— Угадал, — хищно оскалилась она. — Меня послала Гера.
— Гера? Ты пляшешь под её дудку?
— Твой язык столь грязен, что я засуну его туда, где ему место — в твою задницу! — высокомерно смерила она его презрительным взглядом с нотками ненависти. — Гера стала моей наставницей и подарила смысл жизни после того, как римляне убили моего мужа — короля кельтов. А потом они убили меня, когда я подняла против них восстание и пыталась отомстить за смерть Прасутага. Она многому меня научила.
— Оставь меня без подробностей вашей большой женской любви, — фыркнул Хенг. — Лучше скажи, с чего вообще Гера решила послать за мной свою цепную собачку?
— За собаку ты одним языком не отделаешься, узкоглазый мужлан, — гневно сузила она глаза. — Я буду тебя убивать медленно и мучительно. Так, что ты проклянёшь своё бессмертие и будешь меня молить о смерти.
— Звучит многообещающе, но ты не ответила на вопрос. Ты иудейка? Ицены — это откуда-то из-под Иерусалима?
— Ты поплатишься за свои слова! — разозлилась она. — Но так и быть, я тебе всё расскажу. Гера считает, что ты сын Зевса.
— И почему она так считает?
— До Греции из Сатаваханы дошли слухи о полубоге, который умеет создавать гром и выпускать дым и пламя подобно вулкану. Стоило этим слухам дойти до ушей Геры, как она потребовала выяснить больше информации. Вскоре ей стало известно, что этот полубог является учеником Гефеста. Божественный кузнец не мог отдать оружие богов в чужие руки без согласия громовержца. Зевс не позволил бы отдать такое оружие в чужие руки, следовательно, ты его сын, а Гефеста он попросил за тобой присмотреть. А найти тебя было просто — оказалось достаточно добраться до родины слухов и расспросить купцов.
— Спасибо за пояснения по работе конченой женской логики… Как тебя там? Боа чего-то там… Нет, это слишком сложно. Я буду тебя звать бурёнка — вон какое вымя себе отрастила!
— Полагаю, это согласие на поединок…
С лёгким шорохом рыжеволосая бестия извлекла из ножен меч, клинок которого был украшен кельтскими рунами.
— То есть ты преодолела половину мира, чтобы прирезать меня в моём доме?
От внимания Хенга не ускользнуло, что служанка, которая до этого тихонько стояла в уголочке, скользнула к чёрному выходу. Наверняка побежала за помощью. Ближайшие, кто могут помочь — кузнецы. Скорее всего, она позовет их.
— А ты тугодум, — ухмыльнулась она, но не спешила сокращать расстояние.
— Угу-угу-угу… При этом ты знаешь о том, что у меня имеется божественное оружие, но обнажаешь меч. Тебе не кажется, что в твоих действиях отсутствует логика? Если у меня есть могучее оружие, то я им воспользуюсь для твоего убийства.
— Это против правил Игры!
— Я тебе сразу сказал, что по вашим правилам играть не собираюсь. Итак, чего ты ждешь?
— Какая милая девчушка, — посмотрела ему за спину Боадицея. — Твоя любовница? Не бойся, малышка, я быстро расправлюсь с этим ублюдком, а потом займусь тобой и всеми в этом доме.
— Господин, — Дина держала руки за спиной и её потряхивало от нервного напряжения, — кто эта женщина?
— Сумасшедшая кельтская самка собаки, у которой потекла крыша после смерти мужа, — спокойно пояснил он, так и не достав меча. — И ей пора умереть!
Дина восприняла его слова как приказ к действию. Тут же она вскинула из-за спины револьвер.
Боадицея рванула в сторону, но ствол револьвера вильнул вслед за ней. Не зря же Чжао потратил сотню патронов и тонну нервов, чтобы научить вечную девчонку стрелять хотя бы в сторону мишени. А на таком небольшом расстоянии промахнуться сложно даже новичку.
Громкий выстрел эхом разнесся по помещению. Пуля обезобразила лицо огненной красавицы, попав прямо в нос. Через мгновение её тело безжизненно рухнуло на пол.
— Отличный выстрел, Дина.
— Эм… — смутилась она. — Вообще-то я целилась в живот…
— Тоже неплохо, — запах горелого пороха щекотал ноздри. Из-за него Хенг громко чихнул. — Нужно её раздеть и связать.
— Раздеть? — поджала губы Дина. — Хочешь посмотреть на её дойки?
— Не без этого. Но ты думаешь не о том, дитя влажных фантазий, — подойдя к ней, он щёлкнул её по носу. — Кто знает, где она спрятала оружие? Я бы её ещё налысо побрил и проверил рот и интимные места — убийцы могут там такого спрятать, что в жизни не поверишь в возможность подобное туда запихнуть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Так бы сразу и сказал, что хочешь её трахнуть!
— Хочу, без сомнений, но… — он забрал у девчонки пистолет. — Заниматься фистингом будешь ты! Поторопись, пока она не ожила.
— Твою мать! — одарила ненавистным взглядом она рыжеволосую. — Там у трупов я ещё не ковырялась…
— Она жива, и ты это прекрасно знаешь, — Хенг выдвинул барабан и пересчитал патроны и достал пустую гильзу. Как и положено, их осталось пять. — Где патроны?
— В кабинете, — Дина поспешила к телу женщины. — Я не стала их брать, потому что негде было спрятать.
Интуиция завыла белугой. Хенг резко с щелчком вставил на место барабан. Большего он сделать не успел. В гостиной резко прибавилось людей: двое мужчин в кожаной броне зашли с парадного входа, а парочка появилась со стороны чёрного хода.
— В кабинет! — шикнул он Дине.
Она тут же бросила возню с кельтской девицей и рванула вглубь дома.
Чжао не спешил открывать огонь, поскольку патронов было мало. Пять пуль на четверых воинов — это ни о чём.
О том, что мужчины опытные воины — говорило многое. Они двигались подобно хищникам, были вооружены прямыми мечами, выглядели грозными и крепкими. А главное — их взгляды матёрых убийц.
Один из них — брюнет с короткой стрижкой имел шрам на лице, который пересекал правый глаз от середины лба до середины щеки. Он щурился этим глазом, отчего создавалось впечатление, будто находишься у него на прицеле.
Квартет воинов чувствовал себя уверено. Они не демонстрировали страха, зато превосходства во взглядах им хватило бы на десяток императоров.
Шрамированный окинул взглядом помещение и задержался на теле бывшей кельтской царицы.
— Ты был прав, Смерть, — поднял он взор на товарища. — Божественное оружие действительно у этого мальчишки.
Тот был похож на шрамированного, словно выходец из того же клана: такой же высокий и жилистый брюнет, только с чистым лицом и спокойным взглядом карих глаз.
— Я знал, что эта девка приведёт нас к нему, — спокойно констатировал он.
— Господа, я вас не звал, — вмешался в их диалог Хенг. — Кто вы и что вам нужно?
— Мы? — ухмыльнулся человек со шрамом, эффект от ухмылки усиливал прищуренный глаз. — Рад, что ты спросил. Я Чума. Это Смерть, — показал он на озвученного товарища. Затем он посмотрел на мужчину с пышными каштановыми усами и с выбритой полоской-ирокезом. — А это Голод. Ну и, наконец, — устремил он взгляд на крупного, чрезмерно мускулистого рыжего мужчину с короткой бородой и круглым лицом, — Война. А вместе мы Всадники Апокалипсиса!
— Дайте угадаю, вы тоже служите Гере, а кельтскую шлюху использовали в качестве наживки и прикрытия, чтобы незаметно подойти к дому?
— Браво, — приподнял меч Чума. — Какая догадливость! Мы давно выполняем просьбы Геры. Я уже сбился со счета сколько столетий. Сейчас же она попросила убить тебя и вернуть ей вещь мужа.
— Во-первых, у меня нет ничего из вещей её мужа. Всё оружие я сделал сам. Во-вторых, я не сын Зевса.
— Нам плевать, — усмехнулся Чума.
— А вы не боитесь, что пойдя стричь овец, сами останетесь стриженными?
— Нас четверо, а ты один, — чуть сильнее прищурил глаз со шрамом Чума. — Никакое оружие тебе не поможет. Так что давай поступим проще: ты не будешь сопротивляться, а я обещаю убить тебя быстро и безболезненно.
Вместо ответа Чжао выстрелил от бедра по Чуме и попал ему в живот. Второй выстрел ушёл в молоко, но он целился в Смерть. Тот каким-то животным чутьём почуял угрозу и ещё до выстрела прыгнул в дверной проём и перекатом ушёл в сторону.
Парочка крепышей справа рванула к нему с обнаженными мечами. С одной стороны, расстояние небольшое, но с другой стороны, револьверу не требуется много времени на выстрел — хватило бы патронов. Небольшое расстояние в данном случае играло ему на руку — сложнее промахнуться.
