было видно. Можно было бы попытаться все списать на мираж, однако на полу валялись пучки срезанной травы. Виктор сделал несколько глубоких вдохов, стараясь унять дрожь в пальцах, и подошел к очищенному от растений пульту. По экрану ползли строчки. Что-то о разрывах. Виктор поднял голову, но выбоин от пуль не обнаружил. Похоже, мерцающее нечто все сожрало.
Виктор взял стул и подсел поближе к пульту. Все произошедшее больше смахивало на фильм. Даже нет. На видение. Руки перестали дрожать, стало полегче думаться. Только гул занудный, надоедливый… Гул? Человек оглянулся. Над полом покачивался робот. Виктор хмыкнул:
— Поздно ты приперся, дружище. К шапочному разбору, считай. Уже все закончилось.
Машина равнодушно поблескивала линзами окуляров. Вопрос, откуда она появилась и почему именно сейчас?
Виктор задумчиво посмотрел окно: на первый взгляд снаружи не поменялось ничегошеньки. Может, робот потерялся или произошел программный сбой какой-нибудь? Все бывает. Или такой фантастический вариант, что удалось ступить на краешек будущего, а машина туда попасть была просто не в состоянии. М-да, загадка. Одно хорошо: что не случилась эта… ликвидация.
Поглядывая в окно, Виктор принялся неторопливо вставлять патроны в обойму. Закончив процесс, он убрал оружие и машинально бросил взгляд на экран. И по спине темпоролога пробежали мурашки: судя по цифрам, вот-вот должна начаться буря. И не просто буря! Такого еще никто никогда не видел там… в том мире. Даже рядом с воронкой.
И тут, словно чтобы развеять сомнения Виктора, заработало голосовое предупреждение.
— Внимание! Темпоральный протуберанец! Внимание…
Предупреждение повторялось постоянно. Виктор не мог припомнить такого термина, но видимо, те, кто здесь работал, понимали все про этот самый протуберанец. И возможно, даже знали, как надо выживать при возникновении такого явления. Но пришедшему из другого мира темпорологу это состояние Времени было в новинку, поэтому он только пожал плечами, взял стул, рюкзак и разместился у окна.
Снаружи ничего не менялось. Разве что ветерок теперь стал заметно теплее. Если и происходили какие-то катаклизмы рядом, то не явные. Протуберанец… И что? Темпоральный протуберанец, надо же…
Пол под ногами начал заметно подрагивать. Сперва Виктор решил, что это землетрясение, но потом увидел, что огромная скала кусок за куском падает в море. Связано это было с катаклизмом или нет, но катастрофа выглядела не столько страшно, сколько величественно. Неторопливо соскальзывали обломки, вздымая фонтаны брызг.
Чтобы лучше видеть происходящее, Виктор подхватил рюкзак и вышел на полянку. Почва заметно вздрагивала, а затем вдруг ушла из-под ног, ухнула куда-то. Полянка исчезла, но тут же снова появилась. И только она: ни домика, ни деревьев, ни фуникулера поблизости не было. Робот, берег и рушащиеся скалы…
Снова встряска, от которой на миг помутилось сознание. Очнувшись, Виктор не сразу сообразил, что лежит на песчаной отмели. С трудом поднявшись на ноги, он огляделся. Полянка превратилась в идеально круглый остров метров в сто диаметром. До другого берега не слишком далеко, но рушащиеся скалы быстро расширяли пролив. Оставалось только наблюдать, как исчезает неведомая земля.
— «В один бедственный день и в одну бедственную ночь…» — процитировал Виктор, вспомнив описание гибели Атлантиды.
Интересно, а ее, часом, не Эксперимент ли зацепил? Как вариант. Здесь вот протуберанец. Там, возможно, какой-нибудь т-ураган. Только тогда станций не было.
Когда берег окончательно исчез из поля зрения, Виктор шумно выдохнул и уселся на песок. Пришло время подбивать итоги. Итак, только что исчез огромный кусок суши. Разрушился и утонул. Остался прекрасный пляж с кварцевым песком, где, вероятно, закончится жизнь темпоролога, ибо отсюда выбраться невозможно. А вслед за гибелью смертника, не выполнившего задачу, и все сущее сгинет в неведомом катаклизме. Какую форму примет апокалипсис — дело десятое. Но миру крышка — в этом можно не сомневаться: Айк свое дело знает туго.
Размышления отвлекли Виктора, и он пропустил тот момент, когда на море установился штиль. Вроде бы и ничего не случилось. Мелкие волны лениво наползали на песок, солнышко припекало. Прямо курорт! Жаль только, деревьев не наблюдалось. Тенечек бы не помешал.
Хорошо бы окунуться, да кто знает, что таят в себе воды этого мира. Но перспектива получить тепловой удар была для него куда реальнее, нежели поджидающие в глубинах монстры. Да и вряд ли они тут на мелководье загорают. Вода прозрачная, чистая. Их за километр видно будет.
Отбросив мысль об опасности, Виктор разделся, сложил одежду и с разбегу нырнул. Вода оказалась довольно прохладной. Сделав несколько энергичных гребков, Виктор быстро согрелся и взбодрился. Выбравшись на берег, он лег прямо на песок. Голова теперь работала четко, хотелось действовать.
Для начала Виктор попытался даже определить свое местоположение, что, в общем-то, не имело большого смысла. К тому же мир двигался вокруг своего солнца по довольно замысловатой траектории. А однажды, Виктор мог в этом поклясться, светило перепрыгнуло из одной точки небосвода в другую. Возможно, так проявились последствия какого-нибудь очередного протуберанца.
Позади раздалось сердитое жужжание. Снова появился робот, и опять из ниоткуда. Виктор улыбнулся машине, как старому знакомому, и поприветствовал ее:
— Здорово, банка ты моя консервная! Что ты прилетел? Считай, кончился уже твой клиент, ищи другого.
Робот с минуту покачался, словно прислушиваясь к словам, затем пролетел мимо человека и камнем упал в море. Это было настолько неожиданно, что Виктор еще долгую минуту смотрел в воду, будто ожидая, что машина снова появится.
— Вот елки! — прокомментировал он, приходя в себя.
Вообще, машина по своему желанию в море топиться не станет. После недолгих размышлений Виктор решил, что вероятнее всего по каналам связи поступила команда на «самоубийство». Однако следующие события заставили усомниться в предположении. В том месте, куда рухнул робот, море вдруг забурлило, словно там ожил подводный вулкан, и над волнами повис какой-то предмет. Когда пар развеялся, предмет удалось разглядеть: это был мерцающий куб. Глядя на полупрозрачные грани, Виктор подумал, что куб этот доводится каким-то родственником давешней стене, что не пускала к пульту.
Внезапно верхняя грань куба откинулась, увлекая за собой ту, на ребро которой опиралась. Затем дрогнули и начали открываться боковые грани. Куб превратился в плоский неровный крест. Однако плоской фигура оставалась недолго: над всеми ее поверхностями выросли стопки парящих друг над другом полупрозрачных же пластин. Теперь в воздухе парили уже шесть своеобразных кубов.
Действо разворачивалось неторопливо и завораживающе. Виктору спешить было некуда, и он решил в полной мере насладиться зрелищем. Он лег, подложив под голову рюкзак, и продолжил наблюдать за происходящим.
Посмотреть было на что. Получившиеся кубы понемногу видоизменялись. Часть пластин мутнела, часть меняла цвета. Весьма
