кота привели на осмотр. Что там… у него и я вечно – «больной»! Поначалу я показал ему, какой я «больной», – порвал там кое-что, поцарапал, горшки цветочные покидал. Но он как не понимает, твердит одно: «Больной, не балуйтесь!»
Тут как раз на кухню вышел доктор Иванов.
– Ну что, больной? – весело спросил он у Лапы. – Обустраиваешься? Молоток. А я сейчас обедать буду. Кому сосиску вредную, но вкусную? Пока Рая не видит?
Сосиски они честно поделили между собой, и Рая, поборница здорового питания, как среди людей, так и среди животных, про то не узнала.
О том, что наступил вечер, Лапа понял по пустым чашкам и скомканным бумагам на столе у Максима. Пришла Кумушка в сопровождении хозяйки. Рая объявила, что сегодня ей некогда болтать, она решительно идет к зубному, и не хочет ли Подарок сопровождать ее и поддерживать на этом мероприятии? Подарок никак не отреагировал – уже почти час он не спускал глаз с входной двери. И вот – стены клиники огласил его победный мяв!
Так он приветствовал седого старичка, еле тащившего большую красно-белую переноску. Не успел хозяин открыть дверцу переноски, как Лапа уже знал, что сейчас его познакомят с Неподарком.
Два брата обнюхались после долгой разлуки. Лапа наблюдал за ними издали. Неподарок был бы точной копией Подарка – если бы не рыжая масть. Даже глаза у него были рыжие!
Доктор Иванов выглянул из своего кабинета и сказал, что готов принять «больного».
После осмотра Подарок представил брату новенького.
– Ищи своего человека, – внимательно осмотрев Лапу, сказал Неподарок, – ты не из тех, кто может быть сам по себе.
– Ищи да ищи! – сердито зашипел Подарок. – Где искать, можешь ты объяснить? Или рецепт ему выпишешь?
– Это не бывает по рецепту, – помолчав, сказал Неподарок. – Когда сюда пришли мои хозяева, я понял сразу. Вот – мой человек.
И кот указал взглядом на старичка, который, сидя на скамейке, о чем-то разговаривал с хозяйкой Кумушки.
– Но их же было двое. Как я слышал, – робко подал голос Лапа.
– Их и сейчас двое. Но бабушка была человеком прежнего кота. Она и сейчас его вспоминает. Знаете, когда они пришли в тот раз, они ведь не хотели брать котенка. Просто гуляли, ходили туда-сюда и зашли погреться. А потом дедушка увидел меня, я увидел его – и все. Когда соседи пришли за нашей сестренкой Маркизой – они взяли ее не потому, что она трехцветная и счастье приносит. Это были ее люди. А она была их кошкой.
– А бывает, что человеку совсем не нужен кот? – совсем осмелел Лапа.
– Бывает. И часто! Кому-то нужна, к примеру, лошадь. Или вон, – он кивнул на хозяйку Кумушки, – собака. Каждому кто-то нужен. Только не нашему Подарку.
– Мне нужны они все! На кого-то одного я не согласен! – воскликнул Подарок, обводя лапой помещение.
– Конечно! Все – значит, никто! – фыркнул его брат. Как видно, такие споры были у них не редкость.
Лапа отошел в сторону – ему надо было все как следует обдумать. Он и сам не заметил, как очутился в синей бочке.
– Диоген снова на посту! – объявила Анна Борисовна. Ей очень хотелось, чтобы нового кота звали не Лапа, и уж тем более не Лапоть, а как-нибудь культурно. Все-таки интеллигентная клиника, а не склад готовых гвоздей. Но ее выдумку никто не поддержал.
Следующее утро Максим начал не с уборки – хотя за ночь поверхность его стола не сделалась ни на вот столько чище, – а с украшения клиники к Новому году. Достал из кладовки коробку с гирляндами и фонариками, принес белую пушистую елочку, навесил на нее синие стеклянные шарики. Включил музыку, навевавшую мысли о скором празднике.
– На штоле бумаги шобери, елку не видно! – прокомментировала Рая.
– Вижу, ваш поход к зубному состоялся, – вежливо кивнул Максим.
Потом, почти одновременно, пришли доктор Иванов и Анна Борисовна. Максим сказал им, что сегодня забежит Лешка, и они очень обрадовались.
– Лешка – это тоже кот? – спросил у Подарка Лапа.
– Нет, он человек. Это наш практикант. Осенью работал в клинике, помогал Рае, а сейчас за учебу взялся, хвосты сдает.
Лапа вздрогнул. Нужно было сразу спросить у Подарка, какие такие хвосты сдает этот Лешка, но он не решился. А вскоре ответ явился сам собой. На прием пришли мама и дочка и принесли крепкого темно-бурого бесхвостого кота. Кот ни видом, ни запахом не походил на больного, но доктор Иванов все равно назвал его «больной» и пригласил вместе с хозяевами в кабинет.
– Еще один наш постоянный пациент, – сказал Подарок, когда дверь в кабинет закрылась. – Его зовут Медведик.
– Это его Лешка так? – с ужасом спросил Лапа. – За что?
Подарок помотал головой, выражая недоумение.
– Хвост отрезал, – выговорил Лапа страшные слова
Подарок захохотал так, что даже на пол повалился. И рассказал Лапе, что «хвостами» у нерадивых студентов и школьников называются не сданные вовремя экзамены и зачеты. А Медведик – он из курильских бобтейлов. Это такая порода. Никто этим котам хвосты не отрезает, они у них сами по себе растут короткие и пушистые.
Лапа устыдился своей необразованности. Он двинулся было к своей бочке, но Подарок остановил его:
– Ерунда, со всеми бывает. Поработаешь тут – привыкнешь к тому, что коты хоть и похожи, но все разные. Я, когда тебя увидел, решил, что тебе уши отрезали! – признался он. – Мне уже потом Максим объяснил, что у тебя порода такая – вислоухая.
Лапа помотал головой: уши как уши, у него с детства такие. Потом полюбовался своим хвостом и все-таки отправился отдохнуть в синюю бочку.
Он не слышал, как ушел курильский бобтейл Медведик, как двое мальчишек притащили с улицы кошку, нализавшуюся крысиной отравы, как всем сотрудникам, за исключением Подарка, пришлось держать большую собаку, которая до смерти боится уколов. Проснулся Лапа только к вечеру. И как раз к приходу Лешки.
Потягиваясь по очереди каждой из четырех лап, вислоухий котик выплыл из кухни. И увидел незнакомца, который держал в руках вяло подрагивающий лысый хвост!
– Вот, Лешка, смотри, взяли тебе на замену сотрудника, – сказала незнакомцу Рая. – Наши зовут его Диоген. Сокращенно – Лапа.
Лапа не спускал глаз с хвоста. Значит, это правда. Этот Лешка – никакой не студент, а просто мучитель котов. Сейчас поймает – и…
Не помня себя, Лапа побежал по коридору, свернул в темный пустой кабинет, где (так бесконечно давно!) его осматривали в первый раз, забрался на подоконник и затаился между жалюзи и оконным стеклом.
Очень скоро в
