Свет был слабым, но Зоя по нему просто истосковалась. Порядок восстановлен; девушка оказалась в месте с контурами и размерами: закруглённый утрамбованный туннель, блестящий от влаги. Пол был покрыт бледной, почти прозрачной растительностью, по которой ползали мелкие насекомые со жвалами. Со стены свисала сеть, сплетённая существом вроде паука — переплетение хлопчатобумажных, на вид, нитей, на которых налипли высохшие насекомые.
«Светлячка» хватит на час или два. На поясе остались ещё семь таких же; Зоя пересчитала их пальцами. Нужно быть осторожной.
Разумеется, ей ни в коем случае нельзя здесь оставаться. Зоя не смогла бы здесь остаться, даже если бы сильно захотела. Еды нет, воды тоже. Немного воды в костюме есть, он даже способен перерабатывать мочу — но это незамкнутая система, которая в отсутствие пополнения извне способна проработать лишь день, максимум два. Короче говоря, Зое необходимо срочно вернуться в свой лагерь, найти в нём пищу и воду (и, если повезёт, исправного робота), а затем двинуть к Ямбуку.
Ресурсы, подумала Зоя. Возможно, мыслила она не совсем чётко; голова дико болела в том месте, куда пришёлся удар дубинки, а когда девушка трогала висок, то чувствовала под мембраной костюма шишку. Ресурсы: есть ли у неё в распоряжении что-то такое, что можно использовать для получения преимущества? Телеметрия, связь… Желание поговорить с Тэмом Хайсом было настолько навязчивым, что Зоя едва не разревелась. Но когда она попыталась вызвать к жизни протокол связи, несущей частоты не оказалось. Никакой связи с Ямбуку — ни широко-, ни узкополосной. Это могло означать, что её передатчик вышел из строя — или их. Либо, как вариант, передачу мог блокировать курган копателей.
Зоя задалась вопросом, как далеко её унесли под землю. Она понятия не имела, как глубоко идут эти туннели; да этого никто не знал. В своё время с помощью дистанционно управляемых роботов были проведены несколько экспериментов по сейсмической разведке у курганов, и результаты позволили предположить лишь то, что эти норы имеют огромную протяжённость и тесно переплетены. Копатели могли создавать их в течение столетий, могли уходить вглубь на целые километры… Нет, нет, это плохая мысль. Непозволительная. Зоя почувствовала, что паника, словно застрявший в горле кусок, пытается её задушить. Солнечный свет может быть от неё в километре, но может быть и всего лишь в дюйме над потолком этой камеры. Зоя не имела на этот счёт никакой информации и принудила себя вообще об этом не думать.
Девушка ненадолго задержала дыхание и жадно вслушалась. Одна ли она? Туннель шириной с разведённые локти был единственным входом в этот тупик. «Светлячка» хватало на то, чтобы осветить пространство на расстоянии метра или около того; Зоя видела только, что туннель имеет круглую форму и что он под небольшим углом идёт вверх — может, градусов двадцать. Слушай! Зоя замерла и попыталась утихомирить биение пульса в ушах. Слушай! Но тишина была абсолютной. Передвигающиеся по этим туннелям копатели наверняка выдали бы себя звуком, постукиваниями клешней о землю, утрамбованную до твёрдости камня. Такого звука не было. Это хорошо.
Быть может, уже наступил день, и копатели выползли наружу в поисках пищи, подумала Зоя. Она попыталась вызвать часы, но роговичный дисплей, похоже, вышел из строя — возможно, ещё одно последствие удара по голове.
Не в силах решиться, девушка замерла — то ли на миг, то ли на час. Она с подозрением смотрела на тесную каморку, страшась обменять это относительно просторное помещение на сдавленную узость туннеля. Но потом «светлячок» затрепетал и погас, и Зоя решила, что предпочтёт что угодно, всё, что угодно, новой порции тьмы.
Она сорвала с ремня новую лампочку и попыталась её зажечь, но света не было. «Светлячок» был сломан.
У неё дрожали пальцы, когда она снимала с ремня ещё одного «светлячка». Зоя нажала на кнопку, и он послушно выпустил яркий пучок света. Девушка облегчённо вздохнула.
Но это значит, что у неё остались всего лишь пять лампочек… причём в рабочем состоянии могут быть как ноль, так и все пять.
Пора, Зоя, подумала она. Шевелись!
Она зажала «светлячка» в правой руке и легла на живот. Мох-альбинос под мембраной костюма был прохладен. Что дальше? Зое придётся продвигаться руками вперёд вот так, скорее изгибами тела, чем ползком. Придётся отталкиваться ногами. И что с ней станет, когда она заблудится в этом лабиринте? Что, если все её лампочки одна за другой погаснут? И вообще, сможет ли она в таких узких проходах снять с ремня очередного «светлячка»?
Нет, ответила она себе. Не сможет — ничего себе не вывихнув.
Зоя выбралась обратно из туннеля, сняла с себя ремень и закинула его на плечо. Теперь, если возникнет такая необходимость, она без труда снимет новую лампочку.
Пять штук. Скажем, шесть-семь часов света, при условии что все они рабочие. А что потом?
Ещё одна скверная мысль. Зоя выбросила её из головы и снова ввинтилась в туннель.
Места хватало ровно настолько, чтобы приподниматься на локтях, продвигаясь на считанные дюймы, упираясь ботинками и коленями, наподобие краба. Зою радовало только то, что под нею был вездесущий мох; он был мягок и не давал мембране костюма порваться или протереться на локтях и коленях.
«Светлячок» высветил в метре-двух перед нею круглое пространство. Мне нужен план, подумала она. (А может, произнесла это вслух. Зоя старалась этого не делать, но разрыв между мыслями и словами сузился до предела, и сейчас она время от времени ловила эхо своего хриплого шёпота, доносящееся издалека. Девушка опасалась, что этот шёпот её выдаст. Тем не менее, копатели не возвращались.)
План, подумала она снова. Вот он лабиринт, и где-то там в нём притаился минотавр. Зоя решила, что если окажется на развилке, то всегда будет выбирать путь наверх, а если уклон будет одинаковым, то будет уходить вправо. Двигаясь таким образом, она рано или поздно выберется на поверхность — или (пожалуйста, только не это!) сумеет выбираться из тупиков и находить обратный путь.
Зоя решила, что сможет придерживаться такой стратегии даже в том случае, если, не дай бог, ресурс выработают все её лампочки. Сможет её придерживаться даже в кромешной тьме.
«Светлячок» померцал и угас, темнота вернулась. Насколько далеко ей удалось продвинуться? Зоя понятия не имела. Ей казалось, что она ползёт уже долго, но этого было слишком мало. Никакой развилки на её пути так и не встретилось, ни разу. Или — ужасная мысль! — копатели прорыли новые туннели и запечатали старые; может статься, Зоя доберётся до дальней стенки, и…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
