Арлетт улыбнулась и взяла его за руку.
— Тебе надо отдохнуть сегодня.
— Я не устал, — прошептал он, целуя ее шею.
— Лгун. Ты слишком утомлен, чтобы предаваться любовным утехам.
Он погладил обнаженную спину Арлетт.
— Я скорее умру, чем почувствую себя слишком утомленным для этого.
Арлетт перехватила его вторую руку.
— Попробуй мысленно переключиться на что-нибудь другое. Где бы ты хотел жить, если бы у тебя была возможность выбирать?
— В Вене, — не задумываясь ответил Сергей.
— В Вене? — удивленно переспросила Арлетт.
Он начал слегка покусывать ее обнаженное плечо.
— Да, в Австрии. Особенно хорошо там весной. Мы бы танцевали с тобой вальсы Штрауса в Шенбруннском дворце, на тебе было бы алое платье вот с таким декольте, — и он провел рукой по ее груди, — из воздушной ткани, подол при каждом твоем движении изящно взмывал бы вверх, открывая туфельки и твои точеные лодыжки, — он закрыл глаза, его теплое дыхание согревало плечо Арлетт. — Это был бы последний танец, после которого я увел бы тебя, раскрасневшуюся и запыхавшуюся, по широкой лестнице в спальную комнату с огромной кроватью под золотистым бархатным балдахином, откуда мы все еще могли бы слышать далекую чудную музыку. И я взял бы тебя на руки и уложил бы на кровать… и склонился бы над тобой, и начал бы целовать твою прекрасную грудь и твои очаровательные ножки, изящные лодыжки, икры, белоснежные великолепные бедра и твою восхитительную розовую… гм… — он припал губами к ее шее. — И на тебе не было бы в этот момент никакого нижнего белья, ровным счетом ничего.
Арлетт зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться над этими фантазиями.
Сергей страстно поцеловал девушку. Вскоре его тело вновь наслаждалось нежностью и теплотой Арлетт. Он даже и не мечтал, что сможет когда-нибудь так любить женщину.
ГЛАВА 19
Узнав, что отъезд в Лондон перенесен на более ранний срок, Арлетт не удивилась. Она знала, что Клод будет вести свою линию до конца. Джулии тут же послали телеграмму о том, что в интересах дела дата прибытия в Лондон изменена. Арлетт решила позвонить Сергею, чтобы сообщить: она сможет позировать до отъезда только один раз, в субботу днем.
Когда Арлетт постучала в дверь мастерской, ей открыл ассистент Сергея.
Арлетт переоделась и, подойдя к зеркалу, постаралась придать прическе тот же вид, с такими же выбившимися прядками.
— Отлично, — отозвался Сергей, когда она заняла нужную позу на постаменте. — Только подбородок чуть повыше. Вот так.
Через некоторое время Арлетт попросила сделать перерыв и приготовила кофе, но Сергей отпил только один глоток, а потом продолжал работать, несмотря на отсутствие натурщицы.
Было уже довольно поздно, когда он объявил об окончании рабочего дня. Ассистент ушел.
Сергей запер дверь и, вернувшись в комнату, увидел, что Арлетт еще не сняла шелковую тунику и стоит полуобнаженная, удивительно прекрасная с распущенными волосами. Сергей встал перед ней на колени, обнял изящные бедра, страстно целуя их через тонкую ткань… Их ждала еще одна ночь любви.
Внезапно жгучая ревность нахлынула на Сергея. Его пронзила мысль о том, что Клод мог вполне воспользоваться зависимым положением Арлетт, это привело его в ярость. Ведь молодой человек не был ее кровным братом, они жили под одной крышей, и при желании тот мог тащить ее в постель каждый раз, как только ему это заблагорассудится. Причем его вряд ли будут приводить в отчаянье мысли о возможных последствиях.
Нет, думать об этом было просто невыносимо.
Сергей поднялся с колен и обнял Арлетт. Отбросив пряди ее шелковистых волос, он начал целовать мочку ее уха и шею. «Нужно отвлечься от этих неприятных мыслей», — сказал он сам себе.
Арлетт прижалась лбом к его плечу и, лукаво улыбаясь, начала расстегивать пуговицы на жилете. У Сергея захватило дух от этого вполне невинного действия. Он наклонился и поцеловал ложбинку между ее грудей.
Арлетт со вздохом облегчения и радости прижала его голову к себе. Она испытывала удивительное чувство покоя от того, что Сергей вновь был с ней, исполненный страсти и желания. Присев на корточки, Сергей провел руками по ее ногам, пока не добрался до точеных лодыжек, чуть скрытых подолом длинной рубашки.
Возбуждение охватило Арлетт, она прислонилась к перегородке, прикрыв глаза. Сергей тем временем начал медленно поднимать подол рубашки, целуя обнаженные ноги и бедра Арлетт.
— Ты пахнешь цветами, — хрипловатым голосом произнес он.
Арлетт засмеялась.
Сергей прижался лицом к нижней части живота Арлетт и втянул в себя воздух.
— Ты всегда благоухаешь, словно небесное создание!
Арлетт учащенно задышала, почувствовав, как его язык коснулся самой чувствительной точки тела, отчего ее бросило в жар.
— Сергей, — застонала она, запустив пальцы в его густые волнистые волосы.
Он промычал ей что-то в ответ и, и крепко обхватив ладонями ее ягодицы, теснее прижал Арлетт к себе и впился в ее лоно горячим ртом. Она начала извиваться в его руках от сладостной муки, пытаясь сдержать рвущиеся из груди крики и стоны.
Он довел ее своими ласками и поцелуями почти до экстаза. Ее судорожно сжатые пальцы разжались, и, задыхаясь, Арлетт начала умолять его продолжить свои ласки. Но Сергей встал с колен, снял с Арлетт ее рубашку, а затем припал губами к ее губам, лаская грудь. Она вновь застонала от наслаждения, чувствуя, как ей в живот упирается его набухшая плоть. Медленно — пуговица за пуговицей — она начала расстегивать ширинку на его брюках, дразня Сергея неспешностью своих движений, пока он не оттолкнул ее руку и не сделал все сам.
— Кто придумал эту нелепую одежду? — пробормотал он.
Арлетт взглянула на него с улыбкой, испытывая новые для себя ощущения, поскольку впервые находилась обнаженной в руках одетого мужчины.
— А мне нравится одежда, — прошептала она. — На мой взгляд, ты выглядишь совершенно очаровательно… элегантно… и… так обольстительно…
— Действительно так считаешь? — он поцеловал ее в подбородок. Его выпущенное на волю горячее, налившееся кровью копье уперлось в обнаженный живот Арлетт. — В таком случае я не буду раздеваться.
— Отлично, — пробормотала она. — Очень хорошо. — Он хрипло засмеялся и начал легонько покусывать ее шею.
Сергей прижал Арлетт спиной к стене — она хорошо знала, чего он хочет. Изогнувшись всем телом, она раздвинула ноги, чтобы впустить его напряженную плоть.
Сергей застонал от наслаждения, и этот звук еще больше воспламенил Арлетт. Он, как всегда, не вошел в нее до конца, а скользнул по ее увлажнившейся промежности. По телу девушки пробегали судороги, она тяжело дышала. Прижавшись спиной к стене, она ощущала жар от каждого прикосновения Сергея.
