Глава 22
Банки были примерно литрового объема. Хранила я их под своей кроватью. Пол не был ледяным, но не был и теплым. Воск, все же, не то вещество, которое можно оставить в тепле. Если всё получится, надо будет подумать над тем, что добавить в воск, чтобы консервы было не опасно брать с собой и летом, в жару. Терпения нам все, похоже, не доставало. Первую банку с молоком мы решили открыть в середине зимы. Просто посмотреть, что там и как.
На пробу пригласили весь сарг, Грая и Гарлу. На ее присутствии настояла я.
В доме было тесно, кроме меня – еще пятеро, но никто не проявлял недовольства, все терпеливо ждали.
Узкой палочкой я с трудом удалила воск из щели, конечно, не весь, тот, что был с обратной стороны крышки – не удалить. Раскачивать крышку пришлось долго. Казалось, что она приварена намертво. Я, хоть и волновалась, но действовала осторожно – отломаю ручку от крышки – вообще открывать неудобно будет.
Наконец додумалась, что нужно сделать. Подожгла в топящейся печке длинную щепку и начала водить по кругу над краями консервов. Когда крышка стала теплой на ощупь, она легко снялась.
Разлила часть содержимого по приготовленным кружкам. Совсем понемногу, грамм по пятьдесят. И поняла, что все ждут, когда я выпью первая. Они просто боялись пить молоко, которое получили от коровы больше двух месяцев назад!
Я понюхала – пахло приятно. Глотнула…
М-м-м… Какой кайф! Насыщенный вкус топленого молока, густое, жирное и безумно вкусное… Даже вкуснее, чем прибалтийское концентрированное. А ведь я раньше так его любила…
А тишина-то какая напряженная стоит!
-- Пробуйте, это очень вкусно и не опасно!
Первой рискнула Гарла, за ней потянулись другие.
-- Ох ты, и правда вкусно-то как! – выговорил наконец улыбающийся Рума.
Его я знала меньше, чем остальных участников сарга. Был он домосед, работящий, но не слишком общительный, в общинном доме стал появляться чаще только когда, когда там появились шашки. Да и там сыграв несколько партий молча уходил с женой к себе в дом.
-- Плесни-ка еще, хозяюшка! – и протянул мне пустую кружку.
-- Рума, это нельзя пить так, как простое молоко! Оно слишком жирное, слишком концентрированное/тут я употребила местное слово – густое/. Поверь, мне не жалко, но лучше, если использовать его для варки каши, налить немного в блюдце и макать в него теплые лепешки. А если выпьешь полную кружку – запросто можешь… -- я замешкалась, не знала, как сказать «диарея» на местном.
Потыкала себя в область между желудком и животом.
-- Вот тут заболит, и будешь весь день в туалете сидеть. А вот если вы посидите немного, я сварю вам интересную и вкусную кашу.
Ждать согласились все – им было любопытно, что и как я буду делать. Расселись ожидать на скамейках и кровати. Благо, недавно я сделала себе хороший широкий плед.
Сперва я тщательно, с мылом, вымыла руки. Поставила на огонь горшок, налив чуть меньше половины воды.
В миску разбила крупное куриное яйцо, щепотка соли, размешала и начала добавлять муку. Когда размешиваться ложкой перестало, я, обмакнув руки в муку, начала брать небольшие кусочки теста, и, все время добавляя муку, перетирать их между ладонями в довольно мелкую крошку.
Пожалуй рассказывать об этом дольше, чем делать. Минут через пять у меня была довольно большая кучка мучной крошки с яйцом. Кусочки не прилипали друг к другу и выглядели как необычная крупа.
Гарла не утерпела, встала рядом со мной и внимательно наблюдала, что и как я делаю.
Небольшими горстями я закинула это крошево в кипящую воду, постоянно размешивая поварила минут пять, потом влила туда полную кружку молока, добавила пару ложек меда, снова довела до кипения и сдвинула горшок на самый край плиты – пусть потомится еще минут пять хотя бы…
-- Ну вот, сейчас чуть постоит, и можно будет пробовать.
-- Рава Лейна, неужели одной кружки такого молока на всех хватит? Или ты решила себе остальное приберечь?
-- Гарла, можешь забрать остальное себе, но учти, долго оно храниться не будет. А того, что я вылила – достаточно. Слишком много не стоит лить – жирно получится. Это ведь не просто молоко, это густое молоко. В одной этой кружке – целых четыре. Так его и разводить нужно. На одну кружку молока – четыре воды, можно даже пять. Вот сама подумай, если налить воду в горшок и забыть его на плите, что будет? Сперва она вскипит, а потом р-р-раз – и ее нету. Вот я и убрала из молока обычного лишнюю воду. Ты не переживай. Я обязательно научу тебя так делать.
Затируху я разложила во все свои тарелки и мисочки, самой мне уже не досталось, пришлось налить в кружку.
Ели в полном молчании, так же в молчании, неторопливо, выскребали все со дна. Это было не просто вкусно, а потрясающе вкусно! Напоминало заварной нежный и густой крем для дорогого торта! Ум-м-м… Давненько я так не лакомилась!
После того, как я собрала тарелки и поставила их в раковину, участники сарга переглянулись, и рава Нум непонятно спросил:
-- Будем еще ждать?
На что Рума солидно ответил:
-- Надо бы и остальное попробовать!
Потом повернулся ко мне:
-- Рава Лейна, завтра откроешь такой горшок с рыбой?
-- Конечно, приходите опять так же, перед обедом, откроем и попробуем.
На следующий день я, в присутствии «высокой комиссии» открыла банку с рыбой и овощами. На вид и запах все было нормально, на вкус – отлично, как свежее.
Банку опустошили до дна. Доев остатки рава Нув встал, поклонился мне в пояс, вот прямо реально пальцами пола коснулся и сказал:
-- Рава Лейна, сегодня вечером собирается сарг, Мы просим тебя присутствовать.
Каждый из участников сарга после этих слов поклонился мне так же…
Сперва я растерялась, все же здесь женщины такой чести не удостаивались. Или я просто мало знаю? Потом сообразила ответить на их поклон таким же низким и сказать:
