здоров! Ты на себя не похож! — я отмахнулась от его слов и предположила: — Хватит курить эту дрянь!
Маг покачал головой, будто я сказала глупость, на которую можно не обращать внимания. Потом он выдохнул и уставился на меня.
— Ты должен уйти, — твердо добавила я, начиная раздражаться. Паника нарастала — я не знала, как от него избавиться.
— Почему?! Чем я плох? Ты до сих пор сохнешь по Рейнсейру? — упомянув Ника, он чуть не зарычал.
У меня внутри всё скрутило в толстый жгут, который натянулся до предела. Довольно!
— Нам не о чем разговаривать. Ты мне не нужен, ясно? Просто уби…
— Ты снова хочешь сбежать! — повысив голос, перебил меня Диаман и поджал губы, затаив обиду. Он метался, рассматривал мое лицо, в его глазах читалась мольба, а голос дрогнул: — Сбежать от меня. Я… я не отпущу. Не в этот раз, Дара!
— Убери руки, — зло прошептала я, надеясь, что мне не придется драться за свою свободу с рехнувшимся магом, сознание которого помутилось.
— Почему? Почему ты не даешь нам шанса? Почему ты не даешь шанса мне?
Это… это из-за Рейнсейра, да? Опять он, всегда ОН!
— Уходи. Сейчас же! — сквозь зубы выплюнула я, ощущая, как сильно сжимается моя челюсть от злости. Я чувствовала, что вкладываю в эти слова и ка́к смотрю на мага. Мой злой тон его не отрезвил, а твердость слов не заставила очнуться, но Диаман отступил. Всего на несколько растерянных шагов.
Он злобно пыхтел, но ничего не мог сделать. В нем боролись противоречивые чувства, отражающиеся на его худом лице.
— Сука! — это последнее, что я услышала в свой адрес.
Я увидела, как в его глазах блеснул хитрый огонь. Там же читалась жгучая ненависть. Охватившая злость придавала Диаману особый стиль, превращала того в отрицательного персонажа, обещающего вернуться. Он боролся с собой, но проиграл эту битву. И всё-таки ушёл, резко развернувшись на пятках. Диаман так быстро прошагал до своей машины, что мокрый снег под его ногами разлетался в стороны.
Тяжело дыша, я, раздираемая противоречивыми чувствами, стояла и смотрела на удаляющуюся спину Диамана. Меня колотило.
— Почему? Почему не я?! Сука! — он удалялся, а я только и слышала негодующие вопли, растворяющиеся в шуме улицы и проезжающих машин. — Нет, ты не достанешься никому!
Злость разыгралась, разгорелась внутри подобно костру, вытесняя все другие чувства. Я сжала кулаки в карманах пальто. А следом к горлу подкатила отвратительная, мерзкая обида. Всё происходящее со мной показалось несправедливым и абсурдным. Да какого демона! Они будто все помешались! Все вокруг помешались на своей мании, а я словно была чудесным главным призом, таким недоступным и своенравным. Но я этого не желала!
По телу пробежала волна мурашек. Я уткнулась носом в синий кашемировый шарф. Снежинки продолжали плавно падать на прохожих, тут же превращаясь в капли воды. Я чихнула. По телу разлилось странное тепло, и я блаженно выдохнула, отпустив ситуацию. Неторопливо приблизилась к оживлённому перекрёстку, за которым начинались жилые кварталы. Асфальт пустой дороги быстро наполнился спешащими по своим делам водителями. По ту сторону перехода никого не было. Никаких пешеходов кроме меня. На светофоре горел красный и он уже начинал тревожно мерцать, готовый сменить для меня свой цвет на зелёный.
Какая простая необходимость — перейти дорогу. Как жаль, что я слишком наивна, чтобы предположить, что могло ждать меня дальше…
Я срываюсь с места, устремившись к пешеходной «зебре». Мокрый снег продолжает падать на землю, мир искажается, плывёт перед глазами превращаясь в разноцветные яркие пятна.
Поворачиваю голову, наблюдая за машиной, едущей прямо на меня.
По телу прокатывается ледяная волна, сковывающая по рукам и ногам беспомощным ужасом, заставляя застыть на месте. Кожу обжигает мерзкое ощущение от безумного взгляда водителя, устремлённого прямо на меня. Диаман свирепо жал на газ.
«Ты не достанешься никому!»
Хочу крикнуть, позвать на помощь, сделать хоть что-то — но язык мой отнялся, а тело моё онемело. Осознав, что сейчас умру, я беспомощно зажмуриваюсь.
Следующие мгновения тянутся бесконечно долго. Воздух вокруг становится ещё холоднее, а тело вдруг легче, и я выдыхаю, возможно, в последний раз.
Снежинки замирают прямо в воздухе. И время, кажется, тоже.
Чувствую, как что-то обхватывает мою талию, будто железными тисками и резким движением отпихивает. Закружилась голова. Мир рассыпался, звуки пропали. Распахиваю глаза, пытаюсь осознать, что происходит.
Затем были чужие руки, прижимающие меня к себе. Я ощущаю тепло чужого тела, согревающее, рассеивающее холод. Различаю среди тяжёлого холодного воздуха необыкновенный запах, приятный и в то же время отрезвляющий. До сознания наконец доходит, что я не одна.
Хочу расслабиться, сделать вид, что ничего не происходит, забыть, раствориться, исчезнуть отсюда. Я задыхаюсь, не могу сделать ни одного полного вдоха! Воздух вокруг такой острый и колкий, ледяной, будто злой, полный ярости, несмотря на тепло, которое я чувствую, прижавшись к своему спасителю. Я жива. Всё ещё жива!
С огромным усилием медленно поворачиваю голову. Вижу бледное, перекошенное лицо Диамана. Я слышала истошный визг тормозов, а теперь вижу, что в двух шагах от нас замер его автомобиль. Отдача при торможении была сильна, Диамана швырнуло вперед, а потом вжало в сидение. Его взгляд выражал неверие, и он смотрел только на мужчину рядом со мной, на моего спасителя! И я бы тоже, если бы могла поднять голову вверх.
Я посмотрела вокруг. Снежинки плавно, ужасно медленно опускались по своей траектории на землю. Нескольким зевакам, остановившимся у светофора, было видно, лишь как необычной внешности мужчина встал чуть впереди меня, вытянув руку вперёд — предупреждающий жест перед сумасшедшим водителем. Они не знали, что Диаман жал на газ специально, когда со стороны могло показаться, что он не справился с управлением в холодную зимнюю пору и едва успел затормозить.
Меня спас Арриан. Отчаянный и почему-то бесстрашный.
В этот момент я поняла, насколько мощным был приказ, насколько сильным он был магом.
Мы находились в воздушном коконе, прохожие не могли почувствовать его силу, не могли увидеть волны магии, не могли ощутить её колебания, которые отзывались внутри меня.
Осознав, что без Арриана я уже была бы с переломанными костями, истекающей кровью, я кое-как разомкнула губы.
А потом время потекло с прежней скоростью, поток ветра ударил в лицо, растрепав волосы. Светофор всё ещё горел зелёным.
— Ты в порядке?
И я решилась поднять голову, чтобы посмотреть в серо-голубые глаза Арриана, ставшие ярче. Ответить я не смогла. Меня начала бить крупная дрожь, а зубы застучали.
Без слов было ясно,
