Читаем без скачивания Огненная река - Виктория Угрюмова

По рядам зрителей прокатился неуверенный, нервический смешок.

Веками унгаратгы приукрашивали смерть, пытаясь преподнести ее произведением искусства, истребить в людях жалость, любовь, привязанность, поставив над всем красоту убийства. И Каэ, как всегда, открывала им простую истину – смерть некрасива, это жестокая и грязная штука, и она не может быть другой. Она не испытывала ненависти к Великому магистру, но она ненавидела его принципы, его убеждения. Уничтожая на арене Катармана Керсеба, она тем самым развеивала миф, убивала порочную идею, и на собственную жизнь ей было сейчас наплевать.

С каждым ударом унгаратт терял силы и уверенность в себе. Она вышибла ему передние зубы, перебила нос; сильный удар пришелся и на правую бровь, и теперь кровь заливала глаз, мешая смотреть. Магистр понимал, что она давно уже могла бы убить его – так же легко и небрежно, как поступала прежде со всеми своими противниками. Только теперь он догадался, что это не рыцари были слабыми воинами, а она слишком сильной. Он не представлял, чего же она хочет добиться, избивая его жестоко и грубо. Его мучила не столько боль, которую вполне можно было бы перетерпеть, сколько сознание собственной беспомощности, неловкости и чувство унижения.

Рыцари ордена и сам король Барга Барипад могли разочароваться в нем. Катарман Керсеб знал, чувствовал каждой клеточкой своего тела, что если он и выживет, то ему будет ох как нелегко восстановить свой авторитет. Правда, выжить ему будет очень сложно. Мысль о грозящей ему безобразной, примитивной смерти воодушевила его, и он ринулся в бой с новыми силами.

Самым ужасным было то, что эта страшная женщина стояла, небрежно отставив ногу (стройную и красивую, что уже успел особо отметить его величество король), и смеялась. И мечи держала под мышкой. Это кощунство – мечи Гоффаннона, как какой-нибудь дамский зонтик, зажатый беспечно под правой рукой – довело Непобедимого до белого каления. Взбешенный, как бык, перед носом у которого долго мусолили красную тряпку, он бросился на нее, вращая мечом с такой скоростью, что в первых рядах ощутимо пронесся порыв ветра. Клинок слился с воздухом, превратившись для стороннего наблюдателя в сплошной сверкающий круг. Это смертоносное колесо должно было уничтожить дерзкую, исковеркать ее стройное, хрупкое тело и заставить ее захлебываться собственной кровью на алом песке. Он уже прыгнул, он уже летел к ней, а она все еще стояла на месте, разглядывая его из-под полуопущенных ресниц. А когда Катарман Керсеб приземлился, обрушивая на нее вместе с клинком всю свою ярость и ненависть, Каэтаны не было. Ни здесь, ни справа, ни слева. Она похлопала его по плечу сзади.

И унгаратты разразились громовым хохотом. Да, они боялись великого магистра пуще собственной смерти. До сегодняшнего дня. А сегодня он исполнял для них роль клоуна на той самой арене, где сотнями и тысячами гибли обреченные им на смерть люди.

Подавшись вперед, сидели Рогмо и ее воины. Они были счастливы. И никто не видел, что на краю арены стоит исполин в черных доспехах и с нежной улыбкой смотрит на свою госпожу. На свою Каэтану. На ту, за которую он уже когда-то умер.

Несколько долгих и отчаянных недель провели в Малом Бургане наши друзья. «Астерион» оставили в порту под охраной воинов, а Куланн, Магнус, Номмо, капитан Лоой и почтенный Маарду Лунгарн поселились в одной из самых приличных гостиниц. Каждый день с самого утра уходил банкир в долгие путешествия по городу. Он навещал своих партнеров, должников и агентов. Он посещал друзей и знакомых. Больше всего времени он провел у сородичей-альвов. И везде и всюду расспрашивал о гладиаторских боях, об охране Белого замка, о возможности проникнуть внутрь.

Люди и существа нечеловеческой крови, к которым он обращался, были проверены в сложных ситуациях не раз и не два. Все они заслуживали самого глубокого доверия, вот почему, с позволения Куланна и Магнуса, Маарду Лунгарн сообщил им под строжайшим секретом, что Великая Кахатанна. Богиня Истины и Сути, находится сейчас в Кортегане, предположительно – в плену у Катармана Керсеба, и слезно просил помочь выяснить все подробности. А Куланн от своего имени называл сумму вознаграждения. Цифра была огромная, и те, кому довелось ее слышать, от изумления теряли дар речи. На эти деньги вполне можно было купить небольшое королевство. Но, удивившись, они совершали нечто еще более достойное удивления – отказывались от этих денег. Десятки людей и альвов, посвященных в страшную, по сути, тайну, не хотели никакой денежной компенсации за свои хлопоты. Они рыскали по Малому Бургану, узнавая все последние сплетни и новости. Они подняли на ноги всех своих близких, родных и друзей. И уже через две недели перед нашими друзьями забрезжил свет надежды.

Как-то утром, одевшись и приведя в порядок свой густой мех, господин Маарду Лунгарн деликатно постучал в двери апартаментов, которые занимали Магнус, Куланн, капитан Лоой и Барнаба. Номмо жил вместе с братом, не желая с ним расставаться; случалось, Воршуды болтали всю ночь напролет, что не мешало им развивать днем бурную деятельность.

– Доброе утро, – приветствовал банкир своих новых друзей. – Кажется, у меня есть для вас хорошая новость.

Они ничего не сказали, но жадно ловили каждое слово, так что он счел необходимым не томить их, а продолжать:

– Некий Энигорио, который в свое время служили у меня клерком, а затем получил на день рождения денежный подарок, достаточный для того, чтобы открыть собственное дело, сейчас занимает видное положение в финансовом мире Кортеганы. Я рассказываю это вам только затем, чтобы вы могли оценить, насколько он нужен ордену унгараттов. Казначей ордена раз в три дня обедает у достойного Энигорио, развлекая его последними новостями. Думаю, этот рыцарь прекрасно понимает, что бесконечные ссуды как ордену, так и ему лично даются в соответствии с ценностью предоставляемой им информации.

Не буду занимать ваше время, пересказывая, как намек на возможные боевые действия на границе с Ронкадором может повлиять на цены на шерсть и шелк в Тиладуматти, – это не важно. Важно, что вчера благородный Ариано Корваллис как раз обедал у своего доброго друга. Несколько дворцовых сплетен, без сомнения важных, мы опустим. А вот главное сообщение: несколько недель подряд в ордене все захвачены зрелищем сражающейся на мечах женщины. Как она сама, так и ее мечи – особенно мечи – представляют собой нечто невероятное. Даже война Ронкадора с Эль-Хассасином, которой при дворе придавалось такое значение, как-то отошла на второй план.

В подземельях Белого замка творится нечто несусветное, и простым рыцарям практически невозможно попасть на очередной бой. Женщину заставляют драться каждый день, а иногда и по два раза, потому что унгараттов, желающих получить ее мечи в качестве награды победителю, – пруд пруди. Пока что она убивает всех подряд, но в конце недели должно состояться знаменательное событие: великий магистр Катарман Керсеб объявил о своем желании лично сразиться с женщиной.

Капитан Лоой охнул. Барнаба довольно сказал:

– А преемник у него есть? У этого самоубийцы?

– Преемник есть, – успокоил его Маарду Лунгарн. – Но должен отметить в скобках, что я горжусь тем, что разглядел в клерке Энигорио личность незаурядную. Как вы думаете, что он сделал? Ну конечно же, изъявил неодолимое желание посмотреть на этот поединок. А мест нет. Ну нету мест, хоть лопни, потому что унгаратты рвут друг друга на части, чтобы попасть в подземный амфитеатр.

И рыцарь Ариано Корваллис находился в затруднительном положении – ведь ордену нужны баснословные деньги, а без Энигорио он их не получит. И тогда мудрый казначей решил, что дело поправимо. Достаточно указать почтенному Энигорио на некую предусмотрительно оставленную кем-то открытой дверь, ведущую в потайной ход – прямиком в подземелья Белого замка. Добровольно туда никто не ходит, разве что вот на такие поединки. Поэтому Ариано Корваллис в своем поступке ничего дурного не усмотрел.

На поединке будет присутствовать весь цвет Кортеганы, а также знатные гости из других городов и стран – все члены ордена унгараттов, хоть чем-то славные. А также сам король Барга Барипад. И охрана будет удвоена по такому случаю. Что вы решили?

– Атакуем Белый замок, – просто ответил Куланн.

– Это реально? – осторожно переспросил Маарду Лунгарн, будто не он сам только что подбросил эту идею, хоть и не впрямую ее высказал.

– Сколько там может быть солдат? Тысячи две?

– Нет, – немного подумав, ответил банкир. – Не больше полутора тысяч, но ведь у вас меньше сотни.

– У нас около двух сотен, – сказал Лоой. – Я не думаю, что мои матросы будут сидеть сложа руки. Нам все равно нет смысла жить без нашей госпожи.

– Да что же это за страна такая? – изумился Маарду Лунгарн. – Мне братец Воршуд все уши прожужжал, но я все равно не представляю себе, как может такое быть на самом деле.