им жизни. Без вариантов. Поддашься страху, замешкаешься, и — пиши пропало… Не выдержат нервы, натянутые сейчас, как стальные канаты, — выстрелишь раньше, и танк противника тебя обнаружит и уничтожит. Только стальная воля командира, ювелирная точность наводчика и опыт механика-водителя, сплавленные воедино, словно бронебойный сердечник подкалиберного снаряда, позволяли выстоять и победить.
— Кайзер, вступаю в бой, прием, — раздался в наушниках голос командира роты.
Замаскированный на позиции командирский танк Т-72Б дал залп из пушки по украинскому "Булату". На несколько мгновений облако взрыва скрыло его полностью, казалось, что украинский танк поражен. Но это лишь сработали модули встроенной динамической защиты "Нож". После атаки из засады украинский экипаж сумел довернуть пушку и ответить выстрелом по противнику. Реакция украинских танкистов была отменная, а относительно "продвинутая" система управления огнем "Булата" позволяла выигрывать те самые мгновения, которые отделяют не просто победу от поражения, но и жизнь от смерти.
Теперь уже Т-72Б командира роты ДНР скрылся в облаке взрыва! Но и тут удар подкалиберного бронебойного сердечника пришелся в наклонную лобовую бронеплиту танка, да еще и прикрытую навесной ДЗ "Контакт-1".
— Гриша, бей суку! — рявкнул Артем, доворачивая башню своего Т-72Б.
— Выстрел!
Перед Философом стояла непростая задача — вогнать бронебойный "лом" в башню украинского "Булата" там, где уже выбита встроенная динамическая защита. Он с этой задачей справился ювелирно, с "философским спокойствием" наведя марку прицела точно под башню украинского "Булата". Лазерный дальномер включен, в поле зрения прицела наводчика высветилась точная дистанция: 950 метров. Танковая пушка теперь ориентирована только на одну-единственную цель. Палец жмет кнопку электроспуска на штурвале-"чебурашке".
Выстрел! Привычно, с металлическим лязгом бьет пушка. На скорости свыше 1700 метров в секунду оперенный сверхтвердый сердечник из металлокерамики пробил броню глубоко модернизированного танка Т-64БМ.
Артем Чернов и его ребята увидели, как на столбе ярко-желтого пламени "стартовала" словно ракета, многотонная башня. Детонация боекомплекта разнесла "Булат". Стальные траки гусениц и обгоревшие исковерканные катки разлетались во все стороны, словно шрапнель. "Прилетело" даже по башне "семьдесятдвойки" старшего сержанта Чернова, вызвав срабатывание контейнера "Контакта-1". Перевернутая башня тяжко плюхнулась сверху на кирпичнокрасный от воздействия чудовищной температуры стальной остов украинского танка. Вокруг него образовалась черная обугленная проплешина.
— Женя, уходим! Быстрее!
— Понял, командир! — Механик-водитель выжал сцепление и переключил передачу.
Танк пошел назад "змейкой", лавируя и прячась за укрытиями. В воздухе взвыли тяжелые 120-миллиметровые мины, вокруг дэнээровской "коробочки" взметнулись грязно-черные столбы взрывов. Но опытный мехвод успешно вывел танк из-под обстрела.
— Я — "Черный сепар", цель поражена! — из чистого ухарства открытым текстом по рации передал Артем Чернов. Пусть "бандерлоги" знают, с кем имеют дело!
Вдобавок к минометам, подключились и украинские "Грады". Но с наведением что-то напутали и уложили "полпакета" из двадцати снарядов прямо на украинские же позиции.
— За нас работу сделали! — повернул чумазое от порохового дыма лицо наводчик Гриша.
Вернувшись на исходные позиции, Артем и ребята из его экипажа полюбовались на огрызок металлокерамического сердечника, намертво вваренный в лобовую броню командирской "семьдесятдвойки". Подрыв блоков динамической защиты "Контакт-1", видимо, немного отклонил смертоносное бронебойное жало, которое не смогло преодолеть броневой "бутерброд" лобовой детали танка Т-72Б. "Бутерброд" этот представлял собой 60 миллиметров спецстали, средний слой из стеклотекстолита общей толщиной 105 миллиметров и тыльного бронелиста толщиной 50 миллиметров.
Механика-водителя с тяжелым переломом обеих ног и контузией вытащили из танка на связанных вместе автоматных ремнях вместо положенных по штату в медвзводе эвакуационных лямок. Его обкололи промедолом, за что подоспевший санинструктор 1-й танковой роты обругал бойцов. Ведь при шоке или контузии колоть наркотическое обезболивающее нужно было с огромной осторожностью. Но, с другой стороны, перелом со смещением обеих голеней от сотрясения лобовой брони… Боль же адская — от такой и сердце могло остановиться! От шока…
— Спасибо, командир! — Артем с чувством крепко пожал руку старшего лейтенанта Козырева.
— Не за что… — негромко и невозмутимо, как обычно, ответил Кайзер.
На самом деле, Артему было за что благодарить командира.
Весь этот маневр назывался "танковая карусель", и его цель заключалась именно в том, чтобы выманить и уничтожить этот треклятый модернизированный танк Т-64БМ. "Черный сепар", выполняющий самую главную задачу — "танка-снайпера", выдвинулся скрытно ночью на позицию.
Его выстрел — решающий!
Но и командирский Т-72Б выполнял не менее важную функцию: он координировал и прикрывал действия остальных трех машин "карусели". Постоянно обстреливая укрепрайон противника, они и должны были выманить украинский танк. Но проблема заключалась в том, что и экипаж ВСУ оказался не лыком шит — "Булатом" управлял грамотный командир. Он наверняка предполагал и такой маневр со стороны армии ДНР.
Поэтому командир роты Кайзер, как самый опытный, сам взялся спровоцировать "Булат" на ответный огонь по нему. Только для того, чтобы "Черный сепар" смог всадить бронебойный подкалиберный "лом" в украинский танк. К тому же комроты фактически вверял свою жизнь и жизни двух своих ребят из экипажа Артему и его наводчику. Только они могли с первого выстрела уничтожить украинский Т-64БМ, прежде чем тот сумеет второй раз прицельно поразить командирский танк Т-72Б республиканцев.
Затея была очень рискованной, но бывалые танкисты батальона "Дизель" блестяще Справились с поставленной боевой задачей и в этот раз.
Глава 18
ЛОГВИНОВО — КРОВАВОЕ ВЕСЕЛЬЕ НАЦИОНАЛИСТОВ
Многим украинским солдатам зимой 2015 года название "Логвінове" зачеркнуло судьбу и саму жизнь…
Битый-перебитый армейский грузовик с белыми полосами на капоте и рваным изрешеченным пулями и осколками тентом несся по единственной дороге в сторону Артемовска. В кузове набилось десятка два вояк: обросших щетиной, в грязной засаленной форме, с потухшими глазами. Побелевшие от напряжения или просто от холода пальцы сжимали автоматы. Уже не армия, а просто — вооруженная толпа. Не разобрать, кто из какого подразделения, кто из ВСУ, а кто из Правого сектора или из нацбата.
В кабине небритый майор с сине-желтыми нашивками на бушлате все погонял обреченно вцепившегося в руль солдата:
— Скоріше зйобуймося з цього Дебальцева!
Дорога от окруженного силами ДНР и ЛНР города была сплошь усеяна разбитой, сгоревшей или просто брошенной техникой. Вот скособочилась на обочине раскуроченная прямым попаданием БМП. Вот остов сгоревшего грузовика. Дальше на белом снегу отчетливо виден ярко-желтый микроавтобус "Богдан".
Судя по всему, приметную цель не обошли своим вниманием пулеметчики "сепаров"…
Украинские силовики не отступали — бежали, как стая перепуганных шакалов, из Дебальцева — из-под стальных, лязгающих траков гусениц танков ДНР, из-под страшных артобстрелов и стремительных атак республиканского спецназа. "Спарта", "Сомали", "Оплот" — эти названия у бандеровцев, мягко говоря, энтузиазма не вызывали.
Организованной обороны уже не было, "планового
