этикет меча в этой стране – довольно серьезная вещь. Там целая куча правил и нюансов, из которых я знаю только самые известные. О которых вообще любой японец знает благодаря фильмам и аниме. И мне сейчас говорят, что я должен все это выучить, а главное – следовать? Ох, мать…
– Учитель… – начал я неуверенно. – Вот прям везде? А школа? А различные приемы? А деловые встречи?
А еще я как представлю, что постоянно таскаю с собой меч, так мне сразу стыдно становится. Да, я взрослый человек, но другие-то видят во мне пацана. Который с некоторых пор будет везде понтоваться с мечом.
– Везде, – обломал меня Цуцуи. – Ну ладно, при поездке в другие страны разрешаю не таскать его на людях. Но он должен быть рядом. Ты обязан привыкнуть к тому, что у тебя под рукой всегда есть меч.
– Это будет сложно, – поджал я губы.
– Не вижу тут ничего сложного, – пожал он плечами.
– К императору мне тоже с мечом идти, если что? – усмехнулся я.
– Кхм, – смутился он. – Так-то, конечно, можно… Технически. Но ты прав – при императоре разрешаю его убирать. На всякий случай.
– Может, все-таки не стоит? – добавил я в голос просительные нотки. – Можно же что-то другое придумать?
– Что именно? – посмотрел он на меня.
– Ну не знаю, вам лучше… знать, – уже договаривая, я догадывался, что он сейчас скажет.
– Именно. Я твой учитель, и мне лучше знать, что тебе нужно, – произнес он, после чего сделал глоток чая. – А нужно тебе почувствовать меч.
– Я же буду глупо выглядеть с ним, – не сдавался я. – Ни разу не видел, чтобы кто-то принес меч на прием.
На это Цуцуи пожал плечами.
– Мечников и так в стране немного осталось, а те, кто есть, развиваются с раннего детства, – ответил он. – Им просто не нужно то, что нужно тебе. Им не надо себя ломать, привыкая к постороннему предмету.
– Но с тем, что я буду выглядеть глупо, вы согласны, – вздохнул я.
– Нет, – ответил он. – Это нормально. То, что ты не видел в повседневной жизни людей с мечом, не показатель. Да и вспомни, действительно ли ты никогда не видел таких людей?
– На приемах точно нет, – ответил я. – На улице бывает, но они носят мечи в чехле. Прям вот классического самурая я никогда на улице не видел.
– Ну так современность же, – усмехнулся Цуцуи. – Я тебя тоже не заставляю ходить в школу в кимоно и с катаной за поясом. Тем более носить катану за поясом в школьной форме. Меч должен быть рядом, совсем не обязательно, чтобы он был под рукой. На приемах – да, там можно одеться подобающе мечу, и никто тебе на это ничего не скажет. Потому что это нормально. Тем более ты Аматэру. Члены твоего рода и ненормальность могут сделать нормой. Но даже будь это чудачеством, у нас с тобой достаточно древние роды, чтобы окружающие воспринимали это как должное. Так что хватит ныть, учитель сказал – ты сделал.
– Как скажете, учитель, – покачал я головой. – Но я все же уточню, на всякий случай. Мне дозволяется носить с собой меч в чехле. Так? Не только в школу.
– Так, – кивнул он. – Держи меч при себе, а как именно – на твое усмотрение.
Что ж, с этим уже можно жить.
– И еще, – произнес он с серьезным выражением лица. – Это должен быть знаковый меч. В идеале – тот, которым ты будешь пользоваться до конца дней своих. Если будешь носить с собой просто какую-то железную, а то и деревянную палку, смысла во всем этом не будет. Я тебя не тороплю, Синдзи. Не говорю, чтобы ты уже завтра пошел в школу с мечом. Но и тянуть с этим делом тоже не советую. Найди свой меч, ученик, и держи его при себе. Хотя бы пару лет, а там видно будет.
* * *
Возвращаясь домой, я смотрел в окно машины и думал о превратностях судьбы. Задал мне старик задачку. Так-то я и не собирался делать меч своим основным оружием, кулаки мне как-то ближе, а тут на́ тебе – «найди свой меч», «до конца дней своих»… И где мне взять то, что на фиг не нужно, но чтобы было важное? Еще и таскаться с ним повсюду. Обычная катана явно не подойдет, тут старик прав – я, скорее, привыкну что-то с собой носить, чем к самой вещи. Железная палка… Очень метко сказано, как раз про меня, все эти мечи в моем понимании и есть всего лишь палки. Блин…
Домой вернулся под ужин и, дабы убить время, засел за комп в малой гостиной. Там меня Атарашики и нашла. Молча подошла, молча протянула какой-то конверт. Так же молча я взял конверт, достал содержимое, развернул лист гербовой бумаги, прочитал… Нахмурился.
– Это что, шутка? – бросил я взгляд на Атарашики. – Они там вконец офигели?
– Не совсем понимаю, о какой шутке ты говоришь, – произнесла Атарашики. – Обычная повестка в суд. В необычный суд, но тем не менее.
Сразу уточню – меня вызывали на суд Права и Чести в качестве свидетеля, и проблема была не в факте данного события, а в форме подачи. Меня, главу рода… главу свободного рода Аматэру именно что вызывали. Еще раз пробежавшись глазами по листу бумаги, посмотрел на Атарашики.
– И тебя не смущает, что меня туда как собачку какую-то вызывают? Не приглашают, не просят прийти, а вызывают.
– Неприятно, – поморщилась она. – Но ничего с этим не сделаешь. Игнорировать суд Права и Чести ты не можешь. Слишком многих это оскорбит.
Ну да, чуть ли не всю аристократию.
– Но вызывают-то меня не эти твои «многие», а конкретные судьи, – заметил я. – Получается, кто-то просто воспользовался ситуацией, чтобы нас уколоть?
– Получается так, – кивнула она. – Только уже не узнаешь, кто именно. Все будут прикрываться ошибкой канцелярии.
– И что, у нас вообще нет никакой возможности проигнорировать, – потряс я листом бумаги, – это?
– Нет, – ответила она спокойно. – Я такого способа не знаю.
Еще раз прочитав написанное на бумажке, зацепился взглядом за дату и время.
– Хм. Все проще, чем я думал, – пробормотал я и уже громче добавил: – Кое-кто забыл о том факте, что я школьник.
– Сильно сомневаюсь, что это может считаться достойной причиной не идти в суд, – вздохнула она.
– Это вполне нормальная причина не идти в суд… мне, – уточнил я. – Мы ведь не будем его полностью игнорировать. Просто вместо меня туда пойдет старейшина рода.
– Оу… – замерла она, вскинув брови. – Это… Хм… Почему бы и нет? Да, пожалуй, – проговорила она, скорее, сама себе, после чего перевела взгляд на меня. – Согласна, хороший ход. Я знала, что ты найдешь выход. На грани, но мы остаемся в рамках приличий.
На самом деле я удивлен, что
