Я спросил настороженно:
- И что?
Он сказал брезгливо:
- Кто-то так и сделал. Остальные же плакали, упирались. Их рубили и бросали с моста в реку. Но другие, видя такое, все равно не делали и шагу, хоть с этой стороны их кололи копьями. Так перебили половину населения, прежде чем я вмешался… Мне, дорогой сэр Ричард, услужливые дураки мешают не меньше чем противники! Иногда даже больше. Ведь мне все равно, останутся ли крестьяне в душе преданными старому богу или нет. Главное, чтобы они не выказывали неповиновение. Их задача - растить хлеб, выращивать скот, кормить страну. А убеждения… убеждения постепенно сменятся. Их дети или внуки уже будут думать так, как надо мне. Другое дело - мои помощники! Соратники. Они в самом деле должны проникнуться идеей с головы до пят и пропитаться ею, как тряпка водой. Для того и служат ритуалы.
Я сказал уже с пониманием:
- Понятно, для вашего высшего звена уже обязательно пройтись по иконам? Вообще-то я легко могу представить, что это всего лишь разрисованные доски… чем они на самом деле и являются. Язычество!
- Верно, - ответил он одобрительно. - Чем ближе ко мне человек, тем больше он должен разделять мои взгляды и убеждения. В данном случае, тем больше… вернее, тем дальше он должен отойти от феодальных пережитков, от предрассудков. Понимаете, в чем скрытый смысл? Вернее, дальний смысл?
- Да, - ответил я. - Понимаю.
- Мне показалось даже, что не только понимаете, но и разделяете?
Я засмеялся:
- Напрашиваетесь на комплименты?… Разделяю, аплодирую. Полагаю, что это правильно, мудро, дальновидно и честно по отношению к людям. И вообще ко всем.
Он смотрел на меня пристально, глаза заблестели, губы дрогнули в улыбке.
- Я хорошо вижу, - сообщил он, - когда мне врут или льстят. Но вы предельно искренни, сэр Ричард! У вас нет никаких колебаний. И сомнений.
Я промолчал, почему у меня нет никаких сомнений. Пожил бы кто-нибудь в моем мире, и у того не было бы никаких сомнений, что с феодализмом пора кончать. Правда, захотелось бы покончить и с теми, кто покончил с феодализмом.
- Так вот сразу после завершения ритуала, - сообщил он, - все главы тайных обществ проголосуют, чтобы отдать под вашу власть все земли Юга. Повторяю, вы будете императором и… намного больше, чем императором. На вас, конечно, свалится масса работы, но, как мне кажется, ее-то вы не испугаетесь. В отличие от великосветских хлыщей, что и среди сурового рыцарства ухитряются жить абсолютнейшими трутнями, вы - человек деятельный.
- Не пугает, - ответил я. Сердце мое возбужденно стучало, ибо если я получу под свою власть весь Юг, то получу все сокровища и тайны Старого Мира. А я, в отличие от храбрых рыцарей и христианствующих королей, сумею понять больше. Возможно, найду какие-то работающие механизмы? Звездолет в подземном ангаре? Я слишком много накопил силы в прошлой жизни, сидя на диванной печи…
Скоро полночь, но на землю только-только пал грозный свет заката. Камни побагровели, словно в жарком огне, протянулись и начали с грозной неумолимостью удлиняться зловещие тени, днем почти прозрачные, ажурные, но сейчас из виду пропадает и тонет в черноте все, на что наползает ее тяжелая недобрая тяжесть.
Я тихонько оделся, вывел из конюшни коня и как можно тише выехал из дворца, а потом и вовсе за городские ворота, на этот раз - восточные. На красном, как разрубленное пополам гигантское животное, и еще не желающем умирать небе величественно и надменно чернеет далекий покинутый замок - огромное массивное здание в четыре этажа, причем окна только на последнем, а по бокам, погруженные до половины в дом, две массивные и очень высокие башни. В них тоже окна под самой крышей. На четырех углах здания небольшие башенки. Думаю, чисто декоративные, хотя может поселиться и какая-нибудь сторожевая дрянь вроде гарпий, что ночью не спят и потому заметят приближение противника.
Я подумал, что такой замок в ночи выглядит особенно страшным, когда полная луна льет мертвый свет, а стены замка кажутся синими, как губы мертвеца.
Донесся стук копыт, навстречу лихо несется на сухом поджаром коне всадник в строгой одежде, шляпа без пера, очень деловой и как бы не очень из этого безалаберно флиртующего времени.
Придерживая коня, он сорвал шляпу и помахал в воздухе.
- Сэр Ричард, я барон Файнмент. Послан встретить и проводить вас! Если вы не против, конечно.
- Приветствую вас, барон, - сказал я любезно. - У вас, смотрю, очень быстрый конь! Никогда не видел такого сухого мускулистого тела…
Он довольно заулыбался:
- Это в самом деле редкий конь! Вот уже шестой год одерживает победы в скачках. Я его люблю больше, чем жену.
Мы раскланялись, сближаясь, затем наши кони пошли ноздря в ноздрю. Барон Файнмент, к моему удивлению, оказался человеком веселым и жизнерадостным, с ходу начал рассказывать анекдоты про баб, перечислил самых шикарных любовниц двора, похвастал о своих невероятных приключениях, а я послушал и снова подумал, что само слово «приключения» на Севере и Юге понимают по-разному. Во всяком случае, на Севере никто не назовет приключением амурные дела.
Возможно, барон тараторит, чтобы отвлечь меня от тревожных мыслей. Все-таки каждый человек стремится жить беспечно, а вступление в любую организацию обязывает. Тем более в тайную.
Я повертел головой по сторонам.
- Что-то мы одни…
Он заверил весело:
- Сэр Ричард, только вы зайдете с парадного хода! Как именинник. Остальные зайдут по-деловому, там есть прямой ход. Потому их и не видите.
- А я пойду криво?
Он расхохотался:
- Такой ритуал. Вас надо провести по всем залам, и везде вам что-то скажут или что-то спросят.
- Экзамен? - спросил я. - Не думаю, что я пройду тест, если меня будут спрашивать даже о простейших символах Братства. Я знаю, что есть треугольник и отвес, а что они значат… Ритуалы же, как я слыхивал, сложные.
Он беспечно отмахнулся:
- Маркиз, это для простых! Для людей с весом существуют упрощенные правила.
- Это как везде, - сказал я с облегчением.
Он хитро улыбнулся. Копыта стучат бодро, но, когда мы въехали в черную тень громады замка, даже барон притих и молчал, пока мы не остановили коней перед массивными воротами из цельного, как мне показалось, чугуна старинной ковки.
Я оглядывался в поисках стражей, барон покачал головой:
- Нас уже ждут.
Створки тяжело, но без малейшего скрипа отворились. Я быстро шагнул вперед, по ту сторону ни человека. И спрятаться негде. За спиной все тот же ровный голос барона:
- Сэр Ричард, ворота отворяются сами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
