Прятать зеркало не имело смысла. Даже если бы на кнопки наткнулась уборщица, дальнейшие действия она была не в состоянии воспроизвести, будь у нее трижды диплом физмата. Некоторым консультантам приходилось прибегать к химическим препаратам, но люди очень скоро становились неотличимы от Федора Фулхауса, а работать с наркоманами никому не нравилось. Мне же несказанно повезло: я один из немногих, кто был способен обходиться без инъекций «переходки», как ее еще называют.
Обыватели полагают, что круче лазерных технологий, Wi-Fi и мобильника с модулем для оплаты покупок ничего не существует. Если сказать им о межпространственных вратах – засмеют и посоветуют обратиться к врачу-психиатру. Забавные такие, эти обыватели. Особенно те, что с красными дипломами и докторскими степенями или те, которые с умным видом вечно посылают собеседника что-то «погуглить», о чем сами ни черта не знают. А ведь проецировать свое световое тело не так уж и сложно.
- Эх, - вздохнул я, прежде чем оказаться по ту сторону материка, в другом времени и пространстве.
Этот красивый кабинет, украшенный резными панелями из красного дерева и гобеленовыми панно с лесными пейзажами, уже окутали сумерки. Уютно потрескивал камин с догорающими углями; на журнальном столике, что примостился меж пальм, фырчал кофейник, и пар тонкой струйкой поднимался на фоне бордовых портьер, вырисовывая замысловатые узоры. Мужчина, что сидел в кресле, опустил газету и посмотрел на меня поверх очков, чуть спущенных на кончик носа, таким... пронизывающим до костей взглядом, что по телу невольно пробежала дрожь. Он не нуждался в очках, ибо способность его глаз мало чем отличалась от рентгеновской установки, но почему-то всегда носил их.
- Добрый вечер, - поздоровался я. – Мне бы переговорить по одному очень важному вопросу с...
- Я доложу о вашем прибытии, - поднялся высокий господин. Поправив свой безукоризненный удлиненный сюртук, он широким жестом указал мне на кресла. – Мог бы предложил вам присесть, но, как я вижу, вы всё еще не научились полностью материализовывать своё тело.
- Увы, - процедил я, поджав губы. Действительно, укор был заслуженным - я слишком много времени тратил на всякую бытовую ерунду и бизнес интриги, вместо того, чтобы совершенствовать свои навыки. – Ничего страшного, я подожду стоя.
- Как вам будет угодно, - и он чинно удалился.
Спустя пять минут двери кабинета вновь отворились, и мне пришлось поспешить пояснить причину своего неожиданного появления:
- Возникли обстоятельства, которые портят все планы. Мне нужна поддержка и информация. По всей вероятности, те, другие, в моих услугах консультанта больше не нуждаются, обращаться к ним за разъяснениями – только время терять.
- Мы знаем. Но тебе следует вернуться, как можно скорее. Той, чье световое поле активировано, грозит смерть.
Эти слова вонзились в меня ядовитыми стрелами, рассыпались по венам тонкими ледяными иглами, сковали раскаленным обручем страха...
- Я чувствую, как страх блокирует тебя... Не допускай этого, - пожурили меня, как плохо выучившего урок двоечника. - Позаботься о том, чтобы надежно спрятать девушку. Но тебе придется отказаться от связи с ней. Как минимум на один солнечный цикл.
- Почему так долго?
И тут я увидел огромный глобус, стоявший возле кресла. Подобный декор достаточно распространен, внутри еще мини-бар часто размещают. Вот только здесь баром и не пахло. Макет земного шара был усыпан редкими искорками. То тут, то там загорались огоньки. Какие-то из них едва тлели, какие-то вспыхивали заново, разгорались ярче, разрастаясь с пугающей скоростью. Все светящиеся точки имели разный цвет и форму: какие-то напоминали звезды, и количество их лучей заметно разнилось, а какие-то являлись шариками или молниями, ромбами или настоящими мини-созвездиями.
- Точки военных конфликтов, планируемых и приводимых в действие, согласно планам? – предположил я, так как уже видел подобный глобус там, где чаще всего и давал консультации. Но ответ меня удивил:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Это «там» конфликтами увлекаются, а «тут» ищут тех, из-за которых все конфликты и раздуваются. Действуем на опережение.
Я вновь перевел недоуменный взгляд на глобус.
- Не думал, что их так много.
- Сейчас будет еще больше. Соответственно, и меры будут предприняты беспрецедентные. Клеймить своё стадо – это не такая уж простая задача. Видишь эти голубые овалы?
Я кивнул в знак согласия, уже собравшись возвращаться назад.
- Это активированные шишковидные железы. Вот, например, твоя, - и мне указали на точку, светящуюся на территории Чехии. – Представь себе, если они все соберутся и восстановят мост перехода между мирами, уберут временные барьеры...
- Квантовый скачок? – прошептал я, впервые понимая, какой опасности подверг жизнь Полины.
- Из тысяч одинаковых по характеристикам, потенциалам и открытым способностям, лишь единицы несут в себе подлинный уникальный код. Их будут искать, собирать и использовать. По принципу их работы продолжат строить храмы, повторяя форму шишковидной железы, строго соблюдая вибрационный диапазон, чтобы открыть порталы туда, куда их открывать нельзя... Ты должен уберечь девушку от посмертного вскрытия. Иди, всё остальное не столь важно. Иногда весь грандиозный план, все расчеты, надежды и вложения стоят того, чтобы кануть в лету, исчезнуть, ради спасения одного единственного... шарика.
Наши взгляды встретились, отразив полное взаимопонимание по обсуждаемому вопросу, и в мое сознание вошла четкая картинка того, как мне следовало поступить по возвращении.
«Посмертное вскрытие...» - звенело в моей голове так, словно кто-то ударил в церковные колокола.
Я не мог этого допустить, никак не мог!
Воссоединившись с телом, я вскочил на ноги и уже спустя секунду вылетел из своего кабинета в замке. Дожидаться лифта – это было выше моих сил, отчего я, перепрыгивая пролеты лестницы, вскоре оказался посреди холла первого этажа и принялся лихорадочно разыскивать глазами Полину.
«Она должна быть здесь... Я же оставил ее тут! Может, ее увели на допрос или она отошла в туалетную комнату?..» - крутился я на месте, то и дело натыкаясь на недовольные лица постояльцев отеля.
Посмотрев в сторону коридора, ведущего к туалетным комнатам, я на мгновение застыл в оцепенении. В тот самый миг пришло осознание: «Я опоздал».
Путь до туалетной комнаты, увиденной мной внутренним взором, казался настолько трудным, будто я плыл в некой вязкой жиже. Сопротивление оказывало всё, что меня окружало: люди, их взгляды, их липкая энергетика и даже тяжелый воздух. Добравшись до дверей туалетов, я замер у одной из них. Подергав ручку, понял, что она заперта...
Полицейский, стоявший неподалеку, бросил на меня косой взгляд, точно желая безмолвно урезонить, но когда я принялся ломиться в закрытую дверь, возмутился моей бесцеремонностью:
- Другие же открыты! Там девушка, я видел, как она туда вошла.
- Позовите кого-нибудь, – не своим голосом, воскликнул я, - позовите обслугу! Пусть принесут ключи от комнат! Срочно!!!
- Что с вами? – направился ко мне полицейский, настороженно кладя руку на оружие. – Вы не в себе...
Никто за дверью не отзывался, никто не издавал никаких звуков...
Отойдя на пару шагов, я с разбегу врезался в дубовую дверь плечом, понимая, что ее не так просто выбить. Но страх порой творит чудеса и наделяет неимоверной физической силой.
Не обращая внимания на направленное на меня оружие, я продолжал выбивать дверь, пока не показался управляющий, привлеченный глухими ударами посреди мертвенной тишины холла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Эрнесто... – удивленно заморгал он.
- Ключи!!! – заорал я, пребывая уже на грани помешательства, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что я ощутил, когда дверь всё-таки поддалась, слетев с петель, и вместе с выломанной дверной коробкой ввалилась внутрь туалетной комнаты.
