— Сколько тебе тогда было? — я поникла и опустила глаза. Рэйзельд говорил спокойно, как человек давно переживший эту трагедию, но все равно я ощущала его укор направленный на самого себя:
— Пять.
— Пять?! Ты был пятилетним ребенком в чей дом вторглись убийцы и ты пытаешься винить себя за то что не уберег всех?
— Ты права, но… да, пытаюсь.
— И… как твой отец это пережил? — я сглотнула, примерив подобное на себя. Мне показалось, что я бы просто не справилась с подобной ситуацией. Менталист хмыкнул:
— А как можно пережить смерть любимой жены и двоих детей? Плохо. Сначала ушел в себя, потом постепенно вернулся к жизни и принялся за мое воспитание с утроенной силой. Он больше не женился, с головой уходя в работу. Он был убеждён, что делает правильное дело, если противники короля всеми силами стараются ему помешать. Под конец жизни он стал даже в чем-то фанатиком. Он погиб во время одного выезда в горы. Мне тогда только исполнилось девятнадцать, и я поступил на королевскую службу.
— И ты занял его место?
— По началу, конечно, нет. Я набирался опыта, но вскоре действительно мог стать на ту же должность. К сожалению, до этого меня изгнали сюда.
— Скучаешь по столичной жизни?
— Не особо. Большинство из тех кого я считал друзьями от меня открестились. Дом… да, он был большим и красивым, там было больше слуг, но я не скучаю по нему. Единственное о чем я думал, уезжая, как я смогу воспитать тут Мирабель.
— Она у тебя прекрасная, Рэй, — я сползла с подушек, повернулась на бок, подложив руку под голову, и посмотрела на менталиста. Он лишь повернул ко мне голову, в карих глазах застыла грусть.
— Ты устала, — уличил меня эспер, улыбаясь одной стороной рта. Я сцедила зевок в ладошку и упрямо мотнула головой. Рэйзельд сообщил: — Ты можешь остаться здесь, а я…
— Тоже останешься?
Мужчина поджал губы и смотрел на меня со странным выражением, я никак не могла понять, что же оно означает. Потом он негромко произнёс:
— Я уже не представляю своей жизни без тебя.
— Но я же здесь, — я протянула руку и положила ее на грудь герцога. Он проследил за этим движением взглядом, но вновь посмотрел мне в глаза. Я улыбнулась: — Поцелуешь меня?
— Нельзя, — оно покачал головой. — Слишком частое воздействие может пагубно сказаться.
Я расстроенно насупилась:
— Опять придется смотреть только кошмары.
— Кошмары? Что тебе снится? — нахмурился Рэйзельд, осматривая с видом целителя, к которому попал на прием сложный пациент.
Я размышляла над тем стоит ли говорить герцогу всю правду, но одного взгляда в его карие глаза хватило, чтоб я выложила все как на духу:
— Чаще всего какой-то мужчина. Он стоит у окна, так что свет огибает его силуэт, но лицо в тени. Он держит в руках плеть и говорит мне, что я плохо себя вела. Иногда картинка меняется и он склоняется надо мной, а я лежу на полу в каком-то подвале, не могу разобрать что он говорит. В общем, это какой-то мужчина, лица которого я почему-то не вижу, но он очень пугает меня.
Рэйзельд поднялся на локте, хмурясь и смотря на меня. Он как раз находился напротив окна. Я сравнила его с тем, кого видела во снах и отметила, что они абсолютно не похожи. Даже не знаю, как я могла когда-то подозревать герцога. Тот человек явно был ниже и уже в плечах. Он вообще был болезненно худым, а ещё, наверное, тот человек был старше Рэйзельда. Его волосы были короче и темнее. Вот только лицо… оно ускользало от меня, но я отчего-то решила, что оно не может быть таким же красивым как у менталиста.
— С кошмарами могу помочь, если ты хочешь.
— Как?
— Есть одна руна — для спокойного сна, поможет восстановиться и забыть сновидения. Если захочешь — могу применить.
Я решалась несколько минут, рассматривая темное небо и заглядывающие в окна звёзды. Они холодно и безразлично подмигивали. Все же я отрицательно качнула головой.
— Не стоит. Мне не хочется ничего больше забывать.
Это прозвучало неожиданно твердо и одновременно грустно. Я посмотрела на Рэйзельда, который все еще глядел мне в глаза, будто пытался что-то увидеть в них. Свою силу он ко мне не применял. Я уже знала как ее можно почувствовать — легкое покалывание и холодок в голове, словно разум перестает быть моим, а ещё аккуратные прикосновения, похожие на дуновения ветерка.
— Хорошо, — он кивнул, безропотно принимая мое желание. Потом тихо позвал, хотя я все еще смотрела ему в лицо: — Арэли.
— Да, — отозвалась, будто так было нужно. Просто показать, что я полностью присутствую здесь, слушаю его, вижу его, ощущаю рядом.
— Я смог полюбить тебя, — это было произнесено так тихо, что мне показалось, что я ослышалась, но даже при этом мое сердце сорвалось и упало в пропасть. Я забыла как дышать, просто лежала и неверяще смотрела в глаза менталиста. Его губы вновь шевельнулись: — И теперь это навсегда останется во мне.
Я не поняла той горечи, которая почти физически ощущалась в его словах, но я подвинулась ближе к нему. Мужчина смотрел на меня, а потом медленно лег на подушки. Я устроила голову на его плече, слушая мерный стук его сердца, вдыхая родной запах. Я просто молчала, наслаждаясь близостью. Момент портило лишь то, что я осознавала, что он ничего не чувствует. В этот момент я ненавидела того, кого даже ни разу не видела — некроманта Зельто.
Глава 31 (Отступление. Граница Вламарии и Сордены)
Некромант сидел за дальним столиком таверны, надвинув капюшон на глаза. Вокруг было шумно и многолюдно, почти все столы приграничного заведения были заняты одинокими путниками или шумными компаниями. В воздухе витал запах дешевого пива, квашеной капусты и жареных колбасок. Гремели кружки и железные ложки о дешевые миски, раздавался смех и громкие разговоры. За грязными мутными стеклами таверны виднелась лишь темнота ночи.
— Зельто! — мужчина пробился сквозь нетрезвую компанию людей, которые то ли дружески обнимались, то ли решили затеять пьяную драку посреди прохода, и скорее подошел к столику.
Некромант перекатил зубочистку из одного уголка рта в другой и поднял капюшон. Чёрные глаза внимательно осмотрели собеседника и зачем-то в очередной раз окинули цепким взглядом таверну. Мужчина молча кивнул новоприбывшему на противоположный стул.
— Тебя все ищут! — заявил маркиз Урла, опускаясь на сидение.
— Зачем ищут? — подозрительно уточнил некромант, прищурившись. Лорд де Ларкос недоуменно и возмущенно воззрился на председателя партии Саго ла Вар:
— Заседание конгресса совсем скоро! Тем более король хотел встретиться с тобой как можно скорее. И… Зельто, тут такое произошло! На днях королева упала в обморок. У неё опухоль! Все ищут тебя, ведь только ты продвинулся в лечении.
— Опухоль? — задумчиво переспросил некромант, но удивления в его голосе не было. Он поднял руку с чёрными ногтями, будто их кто-то специально покрасил краской, и коснулся острого подбородка. Мужчина был очень бледным и оттого его чёрные волосы, глаза, ногти и зубы ярко контрастировали с кожей, а на впалых щеках от света колдовских светильников образовались глубокие тени.
— Да, — маркиз Урла не мог понять причину отсутствия какой-либо реакции на это сообщение у соратника, и не видел оснований для его побега из Вламарии. — А ты просто исчез! Король в ярости, Зельто, тебе нужно вернуться и приложить все усилия, чтоб помочь леди Хильдине. Ты понимаешь какую власть ты обретёшь, если исцелишь ее?
— Понимаю, — все так же отозвался некромант, смотря в пустоту перед собой. Маркиз ещё минуту сверлил взглядом друга, а потом подался вперёд и быстро спросил:
— Что с тобой происходит, Зельто? Мне ты можешь все рассказать!
«Когда-то уже рассказал» — зло подумал герцог де Варио, бросив на мужчину быстрый взгляд. — «А ты растрепал о моем секрете лорду Остеноку, заядлому пьянчуге, который при короле стал кричать о той, что жила в моем доме, хоть сам ее даже не видел».
— Это из-за Жозефины? — неожиданно выдал Урла громким шепотом. При этом он смотрел на Зельто преданным щенячьим взглядом. Некромант никак не изменился внешне, но внутренне подобрался, ощутил как к кончикам пальцев прилил знакомый смертельный холод, готовый в любой момент сорваться в сторону маркиза. Тот, не подозревая о нависшей над ним угрозе, тем же шепотом признался: — Я видел ее недавно, но не смог понять, что происходит. Жози сделала вид, что не узнала меня, назвалась другим именем, была одета как служанка. Ты решил приставить ее шпионить за Рэйзельдом?
