нам придется оказаться друг напротив друга, то в открытой схватке мне его не одолеть. Я могу только водить его за нос, отговариваться, притворяться и менять одну маску на другую. Но как только вопрос встанет ребром и он поймет, что Ишта – вот она… будет у нас веселая жизнь. Я уверена, что он всеми силами пытается сейчас увязать Гая и Хозяина. Ищет несоответствия, малейшие несостыковки, строит догадки. Он очень проницателен. И в этой мутной воде плавает уже давно. Он здесь – единственный хозяин и самая главная акула. Поэтому даже такие крохи, как амулет Аса, оговорка Родана, которую какая-то сволочь все-таки услышала, Фаэс, Дагон… сейчас его величеству не хватает всего нескольких звеньев, чтобы выстроить всю цепочку. И только я мешаю ему это сделать. Я – леди Гайдэ, а не милорд Гай, которого он очень ждал и прямо-таки зазывал в гости. Понимаете? Он только меня не может никуда приткнуть. Я путаю ему все карты. Я не укладываюсь ни в один расклад, потому что это рушит все другие цепочки. Но как только он поймет,
кто я есть, будет плохо. Потому что Эннар Второй из той породы людей, которым вполне может втемяшиться в голову, что они способны подчинить себе даже Ишту. Боюсь, он не приемлет мысли, что кто-то в Валлионе стоит выше него. Ему не нужен Ишта. Не нужен второй Хозяин. Он привык быть один и безраздельно властвовать на этой территории. Два паука в одной банке не уживутся, поэтому мне кажется, что второго он всеми силами попытается… устранить. И вот этого я для себя точно не хочу.
Гор нехорошо прищурился.
– Ты опасаешься, что он может начать на тебя охоту?
– Он уже начал, брат, – прошептала я. – Просто охотники еще далеко, пока они ищут следы, шлют вперед собак и искусно прячутся за камышами. Но ланям лучше покинуть ставшее опасным болото пораньше. И лучше, чтобы охотники так и не поняли, что вместо лани там на самом деле притаилась золотая антилопа.
Глава 7
Тем же вечером я обнаружила у себя в кабинете сразу пять писем. Удивилась, конечно, потому что не ждала ни одного, а потом взялась изучать почту под пристальным взглядом Лина, которого тоже одолело сильнейшее любопытство. Забравшись на стол, он бессовестно разлегся прямо у меня перед носом, свернулся клубком и выжидательно замер, когда я принялась за несложный процесс вскрытия.
Первым оказался конверт от какой-то леди та Ворте, которую я в глаза не видела и вообще знать не знала, кто такая. Леди витиевато представлялась какой-то там давней знакомой Эррея, сердечно извинялась за то, что не успела с личной встречей, уверяла, что много обо мне слышала, и… короче, звала на какой-то девичник в грядущую субботу. Ну, в последний день недели по местному календарю.
Так. Это мимо. Пустозвонством заниматься не собираюсь. Связи мне с этой стороны налаживать не надо, так что пусть отправляется в мусор.
Второе письмо пришло от эрхаса Дагона, который очень сильно извинялся за то, что в силу некоторых обстоятельств был вынужден срочно покинуть столицу и не имеет возможности снова меня лицезреть. Хотя очень надеется, что «уважаемая леди» найдет время и заглянет к нему в эрх хотя бы на пару деньков, потому что он был бы безмерно рад снова меня увидеть…
Ладно. Буду иметь в виду.
Третье послание оказалось от лен-лорда Норрэя та Ларо… давненько я о нем не слышала. Милорд выражал искреннее сожаление моим скорым отъездом из его дома несколько дней назад, вежливо интересовался моим самочувствием и еще вежливее намекал, что был бы не прочь видеть меня на готовящемся у него в поместье приеме через четыре дня.
Кхм. Ладно, подумаю.
Четвертым я взяла в руки небольшой конверт с до боли знакомым гербом королевского дома, внутри которого чей-то незнакомый почерк сухо и официально сообщал, что «его величество Эннар Второй желает видеть леди Гайдэ из Фарлиона на балу в королевском замке в честь состоявшейся коронации»… бла-бла-бла… примерно через десять дней.
Ага. Это тоже мимо. Туда я точно не явлюсь – делать мне больше нечего. К тому времени я, надеюсь, уже исчезну из столицы. Так что в мусор…
«Хочешь, чтобы слуги увидели, что ты делаешь с приглашением короля?» – усмехнулся вдруг Лин, и я запоздало чертыхнулась.
Ах да. В мусор низзя: неуважение Его Великолепного Величества. Значит, в стол. В самый дальний и пыльный ящик. Так, чтобы глаза не мозолило.
И наконец последнее письмецо. В простом таком белом конверте. Ни гербов, ни печатей, ни надписей. А внутри – короткое приглашение от его высокопреосвященства ал-тара Георса на совсем-совсем «легкий» ужин в его скромном (и даже очень скромном) обществе. Прямо сегодня. Буквально через несколько часов. И даже карету, как вежливо обещали, пришлют к самому моему крыльцу. Круто, да?
Ага, очень.
Прямо ба-бах, и все, можно стреляться.
Машинально смяв проклятый конверт, я напряженно застыла в кресле.
Обалдеть. Меня хочет видеть первосвященник, несмотря на мой скромный статус, неказистую мордашку, крайне вызывающий стиль в одежде, совсем-совсем простую «охрану», и, конечно же, очень чистую, прямо-таки чистейшую репутацию и незапятнанную никакой чернотой дейри… млин! Вот он где, подвох-то. Вот она, бомба замедленного действия, которую кто-то старательно закладывал под днище моей кареты. Не забыл, выходит, господин ал-лоар Верол своего обещания. Ничего не забыл. Даже приглашения о личной встрече. Да только вместо него мной изволил заинтересоваться человечек рангом повыше. Так повыше, что дальше, кажется, просто некуда.
Вывод?
«Бежать тебе надо, Гайдэ, – тут же подленько зашептал в ушах внутренний голос. – Бежать и как можно скорее…»
Пошел к Айду, трус. А я, пожалуй, рискну закончить эту партию и дойти до финала.
«Пойдешь?» – с интересом спросил Лин, когда я отложила белый конверт и надолго задумалась.
– Пойду. Такие приглашения не отклоняют и на критические дни не ссылаются. Значит, пойду. Вопрос только в одном: что надеть?…
В итоге я с самого утра весь дом поставила на уши, включая братьев, обеих служанок, невозмутимого дворецкого и даже ничего не смыслящего в нарядах Родана, который, как и положено, с рассветом заявился на экзекуцию к Теням.
Я перебрала все свои платья, перетрясла объемистый сундук со шмотками, выслушала два миллиона различных советов и мнений, но в итоге все равно решила – пойду в черном. Строгом, изысканном и предельно простом платьице, в котором за внешней простотой и легкой серебряной отстрочкой скрывалась скромная роскошь натурального бархата и некая
