Сразу стало понятно, кто удерживал корабль. Чахлый с виду демон обладал огромным запасом силы. К тому же у него на груди висело ожерелье из крупных кристаллов, откуда он мог черпать энергию. Что именно он сделал, я не знаю, но палуба корабля замерла, словно погрузилась в очень густое желе. Меня задело в меньшей степени, но всё равно двигаться стало трудно, а воздух в лёгкие входил неохотно.
Не тратя время, я перепрыгнул на палубу через перила мостика. Чужеродная сила очень удачно замедлила падение, позволив использовать великий символ рассечения. Крепкого быка, на спине которого сидел шаман, разрубило на две части, а вот его самого не задело. Я видел след нити, вспыхнувший перед ним и медленно растворившийся. Шаман блокировал чужеродную магию, создав из своей силы плотный барьер, похожий на кокон. Это он ловко придумал, но не учёл, что среди великих символов дами есть пара, способная проходить сквозь подобную защиту. К примеру, символ кровавого цветка, к которому чёрное солнце протянуло один из лучей. Рогатого демона скрутило с такой силой, что раздробило все кости. Загустевший воздух немного приглушил неприятный хруст, но меня всё равно пробрала дрожь. Кровавым месивом шаман повалился на палубу, а сдерживающая магия постепенно начала исчезать.
Корабль поднялся уже достаточно высоко, чтобы не бояться очередных гостей, но бдительности никто не терял. Убедившись, что живых демонов на палубе не осталось, матросы принялись сбрасывать тела рогатых за борт. Стоило бы подойти к шаману и забрать энергетические кристаллы, но я не решился.
— Силён ты, однако, — сказал Максим Артёмович, подходя со стороны спуска на нижнюю палубу. — Даже не верится иной раз.
— Есть немного, — скромно произнёс я, чувствуя, как адреналин постепенно отпускает. Короткое сражение, наполненное криками рогатых, немного привело в чувства. — Почему не верится?
— Как бы тебе сказать, — он покачал головой. — Когда перед тобой королева или кто-то из верхушки светлоликих, ты чувствуешь огромную силу, подсказывающую, что с ними лучше не связываться. Ты же рядом с ними выглядишь нормальным, пока говорить на странном языке не начинаешь. Я этого рогатого старался достать, но…
Он пару раз сжал кулак, пытаясь подобрать слова. Понятно, что он хотел его раздавить, используя дар, но столкнулся с сопротивлением, не позволявшим даже нажать слегка.
— Есть у меня умения, способные проходить сквозь подобную грубую защиту, — сказал я. — Жаль, что против светлоликого императора подобное не работало. Но рогатый был силён, Вы правы. Никто из наших не пострадал?
Как выяснилось, обошлось без убитых и тяжелораненых. Пара человек отделалась глубокими порезами или рваными ранами, но всё это можно было заштопать в полевых условиях. Не ожидали демоны, что на корабле останется три десятка одарённых для охраны. Но это они хорошо и правильно придумали: захватить корабль.
— Видно, что умелые мужи, — говорил Юн Вол, когда мы снова собрались на мостике. После короткого сражения капитан выглядел невозмутимым, отчего матросы бросали на него уважительные взгляды. — Хотя и рогатые, но ловкие и в морских сражениях не дураки.
— Да, мне тоже так показалось, — согласился я. — Хорошо, что одарённых среди них почти не было. Шаман не в счёт. Не знаю, смог бы я такую махину удерживать. Лучше бы он в лагере остался.
Мы посмотрели в сторону лагеря демонов, полыхающего почти целиком. Было далеко, чтобы рассмотреть всё в подробностях, но с той стороны постоянно сверкало, что-то взрывалось, в воздух взметались огненные вихри и клубы дыма. Ко всему прочему быстро темнело. Надеюсь, что информатор королевы оказался прав и рогатые ночью действительно плохо видели.
В городе, куда направилась королева Амалия, было тихо. Пожаров меньше не стало, но и новых не прибавилось.
— Остаётся только ждать, — сказал Максим Артёмович. — Фонари на корабле зажигать будем? С ними страшно, что станем заметнее, но без них неуютно.
На верхней палубе я простоял ещё час. Наблюдал, как люди из Первого царства громят стоянку демонов, методично, никуда не торопясь. Я сначала подумал, что они добьются только того, что демоны разбегутся по равнине, тем более под покровом темноты. Потом обратил внимание, что люди старательно не трогали несколько разломов в центре лагеря, давая возможность демонам отступить.
Вернувшись в каюту для офицеров, застал Тису, сидевшую перед лампой за единственным столиком. Она обрадовалась, пробежала навстречу, чтобы взять за руку.
— Туфельки не надо было снимать, — сказал я. — Полы здесь грязные, не приведи боги, занозу загонишь.
Она улыбнулась, мотнула головой, рассыпая чёрные волосы по плечам. Что-то изобразила свободной рукой, потянув к столу.
— Рогатые тебя не напугали? — спросил я.
Только недавно узнал, что пара демонов сумела пробраться на нижнюю палубу, но была встречена людьми с гор Ракку.
— Знать бы, что этот жест означает, — сказал я. — А кроме тех странных символов ещё какие-нибудь знаешь?
Было видно, что она хочет что-то сказать, но я был слишком непонятливый. Она даже насупилась на секунду.
— Она спрашивает, нужно ли ещё чем-нибудь тебе помочь, — сказала Ива, лёжа в гамаке. При этом использовала язык мира великих сект.
— О, ты её понимаешь? — кажется, мы с Тисой удивились одновременно. Тиса посмотрела в ту сторону, словно впервые увидела Иву.
— Нет, — отозвалась Ива. — Что удивительно, из всех нас только ты её можешь понять. И при этом такой тугодум, что иной раз хочется всплеснуть руками. Если исключить долгие хождения по каюте, махания руками и детские рисунки, то твоя… подруга хочет помочь, но не знает, как это сделать лучше. Предлагает позвать кого-то, кого ты зовёшь Свинёнком. Он быстро наведёт вокруг порядок, разгонит рогатых вместе с людьми, чтобы прекратили драться и убивать друг друга. Кстати, я бы посмотрела, что за Свинёнок такой. Смешно, когда ты за голову хватаешься и бегаешь по палубе кругами.
Ива залилась звонким смехом. Мы с Тисой переглянулись, на что она развела руками.
— Опять меня ждёт долгая головная боль, но уж лучше так, — Ива спустила ножки в чулочках с гамака, затем ловко спрыгнула, поправила платье. — Подруга твоя спрашивает, звать его сейчас или подождать до утра?
— Не надо никого звать, — сказал я на всякий случай. — Люди сами справятся.
Тиса пару секунд смотрела на меня, затем кивнула. Что-то показала жестом, как будто говорит, затем взмахнула рукой.
— Говорит, что ты неправильно силу используешь, — перевела Ива, сделав такой же жест, как и Тиса, только рассыпав яркие искорки. — Хочет научить, но это займёт много времени. Поэтому сейчас решила помочь как-нибудь по-другому.
— Не нужно мне помогать, — я посмотрел на Тису. — У меня всё под контролем.
— Спорное утверждение, — вставила Ива. — Нет, это не она
