пехоты Дроздовского, Келлер двинулся на Будапешт, строго придерживаясь железнодорожного полотна.
Кроме взятия Мишкольца, в этот день у Деникина была и другая приятная радость. 7-я армия Каледина заняла важную стратегическую станцию Чоп, что отныне позволяло использовать на равнинах Венгрии бронепоезда фронта. Едва стало известно о падении Чопа, как комфронта немедленно направил Каледину четыре бронепоезда с перешитыми на европейский размер колесами.
Их появление на фронте дало мощный толчок в дальнейшем развитии наступления русских дивизий. Бронепоезда не только служили как подвижные артбатареи, но и позволяли перебрасывать вперед значительное количество пехоты, которая обычно в день могла пройти десять, максимум пятнадцать километров. Два из четырех бронепоездов имели сдвоенные паровозы, что позволяло дополнительно цеплять к составам по нескольку открытых платформ и полностью заполнять их солдатами.
Появление бронепоездов позволило Каледину уже через сутки после взятия Чопа занять станцию Кишварда, бросив в атаку на нее развернутые цепи пехоты, поддержав солдат огнем пушек бронепоезда. Следующей целью бронеотряда стала Ньиредьхаза, куда уже продвигалась конница Мамонтова, беспощадно громившая тылы войск, противостоящих частям 7-й армии. К этому времени почти все австрийское войско превратилось в некую аморфную массу, которая не столько сражалась, сколько быстро перетекала из стороны в сторону, сознательно избегая боевого столкновения с русскими армиями. Исключение составляли венгры и австрийцы, которые обычно оказывали яростное сопротивление, но их число в силах, обороняющих Карпаты, было очень мало. Все остальные соединения либо стремительно отступали перед наметившейся угрозой окружения, либо, бросив оружие, быстро растворялись среди мирного населения.
Ньиредьхаза был последним узловым соединением северной Венгрии, который еще находился в руках австрийцев. С его падением создавалась угроза выхода русских дивизий во фланг армии Макензена, который уже успел занять Сату-Мару и теперь намеревался занять и Ньиредьхазу, с последующим нанесением контрудара по войскам Каледина.
Штрауссенбург приказал коменданту города держаться до прихода немцев, и полковник Ракоци намеревался дать бой русским полкам. Сражение за Ньиредьхазу началось вечером 26 октября, когда два бронепоезда «Гневный» и «Грозный» приблизились к городку. По дороге поезда дважды останавливались из-за разрушения железнодорожного полотна венграми, стремившимися сорвать продвижение русских ударных частей. Экипаж бронепоездов был готов к подобным сюрпризам, и поездные бригады быстро восстанавливали поврежденные пути, благо запас рельсов у них имелся.
Город был хорошо укреплен, и поэтому взять его с первой атакой не удалось. Венгры сумели создать сильную оборону, прорвать которую силами трех батальонов русским не удалось. Поэтому еще до наступления ночных сумерек бронепоезд подполковника Тарасова «Гневный» двинулся в тыл, чтобы к утру успеть привезти новое пехотное пополнение. Этот маневр удался на славу. Кроме пехоты, Тарасов для штурма Ньиредьхаза привел еще один бронепоезд.
Полученных сил хватило, чтобы полностью подавить сопротивление противника и занять полуразрушенную железнодорожную станцию. Тарасов радостно доложил о своем успехе Каледину, но бои за Ньиредьхазу только начинались. Уже к вечеру 27 октября с востока к городку подошел авангард генерала Макензена, а утром на позиции русских навалилась II Померанская дивизия генерал-лейтенанта Дитерихса. И хотя немцы были сильно потрепаны предыдущими боями, дивизия была вполне боеспособная.
Предупрежденные о появлении врага, русские солдаты еще с вечера начали копать окопы и траншеи, и к началу первой атаки немцев ждала крепкая оборона с многочисленными пулеметными точками. Кроме этого, засевшую в окопах пехоту огнем своих пушек поддерживали бронепоезда, медленно курсирующие по железнодорожному полотну.
Имея столь сильный огневой кулак, солдаты подполковника Тарасова смогли отбить нападение врага на свои позиции. После отбития атаки Тарасов обратился за помощью к Каледину. Генерал приказал продержаться сутки. За это время к Ньиредьхазу должна была подойти конница Мамонтова и четвертый бронепоезд с пехотным подкреплением.
Ближе к обеду немцы подтянули свою артиллерию, которая вступила в контрбатарейную борьбу с русскими бронепоездами, стремясь выбить из рук противника столь важный козырь в борьбе за город. В результате этой дуэли был серьезно поврежден «Грозный», получивший несколько попаданий, а также в нескольких местах было разрушено железнодорожное полотно, что ограничило возможность маневра бронепоездов при обороне города.
Уверенные в том, что, спасаясь от огня немецкой артиллерии, бронепоезда противника покинули станцию, немцы яростно бросились в атаку на русские позиции и в некоторых местах даже смогли приблизиться к передним траншеям. Казалось, что еще немного и немцы ворвутся в русские окопы, и завяжется рукопашная схватка, в которой благодаря своему численному превосходству они бы одержали верх. Однако в самый ответственный момент на наступающие цепи померанцев обрушился огонь орудий и пулеметов бронепоездов, помешавший противнику развить наметившийся успех. Немецкая атака полностью захлебнулась, и солдаты Дитерихса вновь отступили, так и не взяв город.
Едва присутствие бронепоездов на поле боя обнаружилось, как немцы вновь открыли ураганный огонь по ним, и большая часть вражеского огня досталась «Грозному». Экипаж бронепоезда смело вступил в смертельную схватку с врагом и вместе с другими бронепоездами своим огнем громил неприятельскую пехоту.
Эта победа стоила «Грозному» потери паровоза, и к концу боя на бронепоезде было исправным лишь одно орудие и несколько пулеметов. У немцев от огня русских бронепоездов было уничтожено два орудия и выбита прислуга нескольких батарей.
Получив жесткий отпор, Дитерихс обратился за помощью к Макензену, заверяя его, что завтра непременно выбьет русских со станции. Эти слова вызвали гнев старого фельдмаршала, он отказал Дитерихсу в помощи, приказав взять Ньиредьхазу сегодня же и своими силами.
В свою третью атаку немцы устремились после сорокаминутной артподготовки. В результате обстрела бронепоезд «Грозный» был приведен к полному молчанию, а бронепоезда «Звонкий» и «Гневный» получили несколько серьезных повреждений. При этом немцы целенаправленно старались разрушить железнодорожные пути, стремясь ограничить движение русских бронепоездов.
Дважды битый за день Дитерихс отказался от лобовой атаки русских позиций и теперь направил своих солдат в обход станции, намереваясь обойти русские позиции с флангов. Заняв восточные окопы, ранее выкопанные венграми, русские пехотинцы смогли отразить натиск одной из немецких штурмующих колонн. Но вот на западе дела у Тарасова обстояли гораздо хуже. Здесь русские не успели возвести непрерывную линию траншей и окопов, превратив отдельные строения в свои опорные пункты обороны. Кроме этого, прикрывавший своим огнем этот сектор обороны бронепоезд «Гневный» из-за повреждения полотна не мог в полной мере помочь пехоте огнем своих орудий.
Это позволило немцам приблизиться к переднему краю русской обороны и начать выбивать противника из опорных пунктов. Атакованный с разных сторон, не имея в своем распоряжении резервов, подполковник Тарасов не мог оказать помощь западному сектору, и дело стало принимать скверный оборот. Еще полчаса боя и немцы ворвались бы на станцию, но в это время, раньше ожидаемого срока, подошла конница Мамонтова. Быстро разобравшись в происходящих событиях, кавалеристы русского авангарда с ходу развернули свои пулеметные тачанки и
