«Ария»?
— Да, это я, а что?
— Просто мне нравятся ваши песни, а тут оказывается, ваш ансамбль приехал на конкурс, и питается в нашем кафе.
— У вас отличная кухня и безупречное обслуживание. Мне приятно здесь находиться.
— Спасибо, Юрий. Скажите, а где вы будете выступать?
— Пока я знаю, что выступаем со всеми в ДК металлургов, но был разговор, что нас хочет пригласить какой-то клуб.
— А вы согласитесь?
— Непременно.
— Простите. Юрий, а могу я попросить, чтобы вы сообщили, когда и где будет ваш концерт?
— Сообщу, конечно, но ведь и афиши будут.
— Я боюсь, что не успею купить билет.
— Неужели мы так популярны?
— Да, у вас очень хорошие песни. Правда, мне больше нравятся романсы Ирины Корнеевой.
Я с трудом понял, что речь о нашей Ирине Сергеевне: её фамилию мы, разумеется, не употребляли, обходясь именем-отчеством.
— Простите, как вас зовут?
— Алина.
— Скажите, Алина, как Вы считаете, может быть имеет смысл утроить отдельный концерт с романсами?
— Думаю, что это было бы замечательно!
— В таком случае, я поговорю с руководством, может что-то и получится. И билет я Вам обеспечу.
— Огромное вам спасибо! И ещё: ребята из оркестра просили предупредить их, когда вы придёте. Сообщить им?
— Ну, я вкусно покушал, никто мне не помешает. Сообщайте.
Через пару минут ко мне подошли тот самый строгий музыкант, что ругал солистку, и сама солистка.
— Здравствуйте. Вы Юрий Бобров из «Арии»?
— Да, это я.
— Меня зовут Владислав. Владислав Борский. Я руководитель этого музыкального коллектива, а со мной наша солистка, Кристина Буш.
Кристина похлопала мне ресницами, изображая простоту, но взгляд у девицы жёсткий. Чувствуется характер.
— Присаживайтесь, товарищи. У вас, как я понял, ко мне некий разговор?
— Да. Именно разговор. Мы обратились к вашему руководителю, Ирине Сергеевне Корнеевой, но она переадресовала наш вопрос к вам.
— Любопытно.
— Мы бы хотели получить от вас несколько новых песен. Вы начинающий талантливый автор, и мы могли бы по мере сил пропагандировать ваше творчество.
— Угу. Любопытное предложение. А вы в курсе, что в числе тех, кто хочет от меня песен, имеется даже проректор по творческой работе Новосибирской консерватории?
Владислав заметно скис, но Кристина быстро сориентировалась:
— Думаю, что проректора вряд ли интересуют эстрадные песни? А нам они очень-очень нужны. Мы даже готовы заплатить за них.
— А вот это уже разговор. Признаюсь, честно: ВИА — как бездонная бочка, сплошные расходы. Деньги нужны, да, но каковы ваши условия?
— Что вы скажете о ста рублях за песню?
— Щедрое предложение. Но у меня уже взяли шесть песен по тысяче рублей.
Эко я залудил! Цену я озвучил скорее московскую, ленинградскую или с южного курорта.
— Это слишком дорого. Нельзя ли…
— Как вам угодно. — обрываю я Владислава — А, чтобы вы не были в обиде, я бесплатно подарю вам песню, которую только что сочинил. Погодите минутку, я запишу и отдам вам. Да, как фамилия официантки, которая меня обслужила?
— Смирнова.
— Спасибо.
Достаю из кармана блокнот, пишу:
Посвящается Алине Смирновой.
Алина умеет вязать,
Алина рисует в альбомах,
Алину в гостях не застать,
Алина почти всегда дома.
Припев:
Ах, Алина, как бы нам встретиться!
Как поболтать обо всем?
Ах, Алина, просто не терпится
Ах, побыть в доме твоем
С тобою вдвоем!
Алина не любит гостей,
Алина одна вечерами,
Алина сидит на тахте
С коробкой конфет и с мечтами.
А-А-А-Алина ни дня
Не может прожить без малины
Алина — она же дитя!
Но лучше всех А-А-Алина![62]
Ниже пишу ноты. Владислав хватает вырванный из блокнота лист и чуть не стукается головой с Кристиной, которой тоже не терпится ознакомиться с продуктом моего сумрачного гения, честно уворованного у бит-квартета «Секрет».
— Фантастика! — поднимает голову Кристина — Вы посвятили эту песню нашей официантке?
— Да. Очень милая и бесконечно обаятельная девушка. Мне будет приятно, если вы будете исполнять песню о ней.
— Фантастика! — опять повторяет Кристина — Юрий, а вы обо мне сможете написать вот так, сходу?
— Невозможного в этом мире немного.
— Я заплачу по вашему тарифу. У меня есть деньги.
— Вечером, на ужине я передам вам текст и ноты.
Встаю, киваю и ухожу. У меня на сегодня масса дел. Сегодня объявят очерёдность выступлений и наше место в них, поэтому надо не опоздать в ДК на совещание. Кроме того, должны сказать, где это нас ждут с концертом, и уже на месте определиться с нюансами предстоящего выступления. И, если у народа есть такой запрос на романсы, то надо бы попытаться пробить концертную программу для Ирины Сергеевны.
Иду через проспект к ДК,
* * *
Дворец Культуры металлургов впечатляет! Занимает он целый квартал, весь такой весомый, надёжный красивый и функциональный — шедевр сталинского ампира. От фасада вперёд выступают два флигеля, а между ними — роскошный портик. Фасад украшен прекрасными лепными медальонами и симметрично расположенными на флигелях филёнками. В них размещались афиши.
Вхожу в огромные двери, оглядываюсь, в поисках объявления о совещании участников республиканского конкурса, и натыкаюсь взглядом на стоящего у стенда молодого мужчины с фигурой профессионального борца. Ба! Да это же будущий Президент Казахстана! Нурсултан Абишевич что-то читает на доске объявлений, которой я до этого не заметил. Ну что же, лучшего времени и повода для знакомства мне не найти! Надо решаться. И я делаю шаг вперёд:
— Здравствуйте, я Вас знаю!
— Здравствуй мальчик, а вот я тебя не знаю.
Смеёмся.
— Я Юрий Бобров, участник ВИА «Ария». А Вы Нурсултан Абишевич Назарбаев, сотрудник горкома партии?
— Уже первый секретарь, меня совсем немножко повысили. А ты из «Арии», от Целинной железной дороги, значит? С удовольствием слушаю вашу музыку, Юрий. Недавно ездил в Алма-Ату, в поезде крутили ваши песни, многим нравится, мне тоже. Разрешишь задать тебе тяжёлый вопрос?
— Пожалуйста!
— Много денег зарабатываете? Говорят, у вас зарплаты больше, чем у министров!
— Знаете, Нурсултан Абишевич, Марк Твен как-то сказал: «слухи о моей смерти сильно преувеличены». Уверяю Вас, слухи о наших богатствах преувеличены не меньше.
— Разве?
— Понимаете, все песни, что зарегистрированы как на группу, так и на меня или других участников группы, приносят доход, и это справедливо: труд, в том числе и интеллектуальный, должен оплачиваться.
— Согласен.
— Однако мы посчитали, что школьники не должны получать больших денег. Поэтому все
