- Ты видел его? Что с ним? Он болен, да? Ну, скажи же мне!
- Пока нет. И прекрати реветь.
Пока Тениэль не сказал об этом, я даже не чувствовала, что плачу.
- Ты врешь мне!
- Успокойся же, женщина. С ним всё в порядке. По крайней мере, я не знаю ничего такого, о чём стоило бы тебе говорить.
- Но тогда почему ты решил меня напугать своими словами?
- Ты действительно нужна ребенку. Он должен подпитываться твоей силой.
Это был удар. Неужели мой сын носит в себе то же проклятие, что и его отец?
- Нет! Ты врешь! Он не может! Я бы почувствовала!- Но, в отличие от моих слов, я чувствовала это всегда, только не хотела смотреть правде в лицо, предпочитая видеть в Дениске обыкновенного ребенка.
Тэль с сожалением смотрел на меня, пережидая новый всплеск эмоций.
- Ты должна вернуться.
- А ты?
В место ответа он продолжил объяснять мне словно маленькой девочке:
- Твоя сила растет, а это опасно, в первую очередь, для тебя.
Я не слушала его. Не хотела слышать того что он мне говорит. Вырвалась из его объятий и тут заметила шелковую ткань в руке торопливо натянула кофту которая как на зло совершенно не хотела одеваться. Дернула и услышала треск ткани. Это было последней каплей. Я выскочила из спальни ворвалась в его кабинет а от туда понеслась к коридору.
-- Софи! – Мне показалось, или я услышала боль в голосе Тэля? Надежда вновь пустила в душе ростки. Остановившись, я обернулась:
- Что?
- Я не в силах что-либо изменить, Софи.
- И это все, что ты можешь мне сказать?
Он молчал. Он не стал меня догонять.
- Все зря! – Со всей силы ударила рукой по холодному камню, как будто он был виновен в моих несчастьях.
И ничего не добилась этим жестом, а вот кулак рассадила в кровь. На глаза навернулись слезы. Не знаю, от чего больше, - от боли, от обиды или от возмущения. Боль прошла быстро, а рана затянулась на глазах. Почему-то именно этот факт разозлил меня. Я заколотила по холодным плитам, сама не зная, чего, собственно, хотела добиться.
И всё же боль немного помогла прийти в себя. Я обнаружила, что лежу в незнакомой маленькой комнате по виду напоминавшей кладовку. Стеллажи начинались от пола и поднимались к самому потолку. Они были абсолютно пусты, по крайней мере, снизу. Что было наверху, мне было не видно, да и мало волновало.
В изнеможении припав лицом к полу, я мечтала закрыть глаза и больше никогда не открывать их. Убежать, скрыться и не думать… Возможно, просто забыть.
А потом пришли холод и пустота. Стало вдруг всё равно, чем закончится моё пребывание в замке Тениэля.
Я не знаю сколько так пролежала, из оцепенения меня вывел чужой внимательный взгляд.
- Софи! – Позвал нежный голос.
Ангелика! Вот её я хотела видеть меньше всего.
Открыв глаза, я встретилась с жалостливым взглядом, заставившим меня вздрогнуть и подобраться, словно для прыжка. Её жалость унижала меня. Да ещё добавила раздражения глупая поза, в которой меня застали чужие глаза. Я села, подобрав по себя ноги, обессилено привалившись к стеллажу.
- Что уставилась? Оставь меня в покое! – В тот момент говорила не я, а моя злость и эмоциональное перенапряжение. Девушка не ответила, несколько опешив от подобной грубости.
Ох, как же не вовремя она появилась! Стиснув зубы, я пыталась унять ярость. Прищурив глаза, окинула гостью злым взглядом и демонстративно отвернулась, надеясь, что Ангелика поймет и удалится так же тихо, как и появилась. Но, несмотря на явное пренебрежение, девушка уходить не собиралась, а стояла и, молча, буравила меня напряженным взглядом. Пауза затягивалась. И все же первой не выдержала я.
- Я люблю его. И никаких жалоб больше писать не собираюсь. – Отрезала в попытке избавиться от надоедливой гостьи.
Этого, по-моему, было достаточно, чтобы она, наконец, исчезла и дала мне время собраться с мыслями.
- Что же, это твой выбор.
Мне стало не по себе от смирения, прозвучавшего в голосе Ангелики.
- Мы любим друг друга. – С нажимом произнесла я и тут же сообразила, насколько напыщенно и самоуверенно прозвучали эти слова в контрасте с зареванными глазами, но отступать не собиралась.
- Это заметно. – Не смогла сдержать усмешки падшая, а потом её вдруг потянуло на откровенность:
- Послушай, когда-то я, так же, как и ты, поверила, что демон может любить.
Она помолчала, провела рукой по невидимой стене. Видя, что я не реагирую, с жалостью посмотрела на меня, а потом продолжила:
– Как оказалось, зря. У демонов нет души. Они могут только использовать женщин в своих целях.
Я не нуждалась в её жалости, а слова... Они только разжигали мою ярость и отчаяние. Сейчас падшая повторила слова Эрикла. Слова, в которые я не хотела верить. Ведь я же кожей чувствовала боль в голосе Тэля, когда он окликнул меня! А день, исполненный его ласки? Он тоже не был плодом воображения!
И все же, как падшая могла сравнивать Тениэля с его отцом? Тэль другой! Он отдал всё ради нас с Дениской.
Присутствие Ангелики все больше действовало мне на нервы. И зачем только она полезла ко мне? К тому же, её откровения, вместо сочувствия, вызвали новую волну раздражения.
- Он не такой как другие, и не тебе судить о его чувствах. – Кинулась я на защиту любимого.
- Не стоит возлагать больших надежд на его чувства. – Участливо посоветовала моя собеседница.
-Зачем ты тут? Я тебя не звала и твоя помощь, как я уже сказала, мне больше не нужна! И твое сочувствие, знаешь, где я видела?
-Хорошо, не горячись. Хочешь верить в сказку, - верь, я не буду переубеждать тебя. Не ты первая, не ты последняя. Девушка, запертая недалеко отсюда, тоже верит в нее.
- О чем ты? – Я удивленно воззрилась на говорящую.
- Не веришь? Следуй за мной и тогда поймешь, что я имею в виду.
Ангелика ждала моего решения. Я же должна была увидеть своими глазами, убедиться, что она не врет. Встать все же пришлось, как бы мне не хотелось этого делать.
Идти было неудобно, босые ноги не были рассчитаны на холодные и неровные плиты пола, но я стойко терпела и старалась не отстать от Ангелики, которая неслась по коридору так, словно спешила на пожар.
- Откуда ты знаешь про девушку? - Спросила я, едва поспевая за падшей.
- Дениэль запечатал для меня только свои покои.
- Интересно, почему? – Задала я вопрос, а затем язвительно спросила:
– Боялся, что ты во сне вонзишь ему в сердце нож?
В воображении сразу же представилась картина, в которой Ангелика крадется к спящему мужчине. Ее ангельское личико искаженно кровожадной гримаской, а в руках зажат огромный мясницкий нож. Эта картинка выглядела настолько нелепо, что заставила меня хмыкнуть, невольно развеселившись.
