Читаем без скачивания Сокрушительное бегство - Алексей Зубко

— Кто это нарисовал? — поинтересовался я у деда Маздая. — Ты?

— Древние.

— Рассказывай… Рисункам не больше пары-тройки лет. Краска еще почти не выгорела на солнце.

— Древние, — уперся дед Маздай. — Они могли делать на века… За мной!

Он проворно взобрался на кучу битого камня и, подойдя к двери, принялся ковыряться ключом в замочной скважине. Но то ли замок от времени проржавел и механизм заклинило, то ли ключ был не тот — только дверь не желала отворяться.

— Сейчас, сейчас…

— Давай помогу, — предложил я, отстраняя хилого Маздая и берясь за ключ.

— Осто…

Предупреждение запоздало. В моей руке осталось овальной формы колечко с небольшим плоским выступом, по неровной грани облома покрытым рыжими точечками ржавчины.

— Вот же черт! — в сердцах воскликнул я и стукнул кулаком по двери.

Вздрогнув, она с жалобным скрипом начала медленно падать внутрь. Я попытался удержать ее, но потерял равновесие и завалился на бок, увлекая за собой изрядную часть стены.

— Цел? — Протянув мне руку, Ольга помогла подняться на ноги.

— Вроде… — Я неуверенно пожал плечами и пробормотал, стряхивая с головы осколки и пыль: — Нехорошо так получилось… Держи.

Приняв от меня уцелевшее от ключа колечко, дед Маздай растерянно крякнул.

— Джинн вернется, я обязательно попрошу его починить, — пообещал я, разглядывая совершенно пустое внутреннее пространство строения. Это если не считать за обстановку груды мусора и кусты колючек.

— За мной, — уже не уверенно, а скорее просительно произнес обитатель здешних руин и, ступив в образовавшийся с моей посильной помощью проем, направился к одинокой башне, которую безжалостное время вроде бы и не затронуло.

— Ты ее тоже запираешь? — указав на дверь, спросил я у Маздая.

Он нервно дернулся, но ответил утвердительно, поспешив перекрыть мне к ней дорогу.

— Я сам. Помогать не нужно!

Можно подумать, я какой-то вандал и поставил себе целью оставить его без жилища.

Видимо, этот замок оказался в лучшем состоянии или печальная участь товарки навела дверь на правильную мысль, но спустя минуту мы оказались на первом этаже башенки — в прямоугольном помещении семь на десять с высоким пятиметровым потолком.

— Как же здесь сыро! — воскликнула Агата.

— Нужно зажечь огонь в камине, — предложил я.

— Сейчас.

— Располагайтесь, — кивнув на груду прелой соломы, предложил гостеприимный хозяин и поспешил к камину, видимо включив в разряд разрушителей не только меня, но и моих спутниц. — Я сам огонь разожгу!

— Ваур? — поинтересовался Тихон, растянувшись у приставленного к стене стола.

— Проголодался, маленький, — догадалась Ольга. Достав из заплечного мешка кусок вяленого мяса, она протянула его моему прожорливому демону. — Кушай…

Я невольно сглотнул.

Викториния обиженно поджала губы и отвернулась.

Тихон облизнулся, отчего бедного хозяина бросило в дрожь, и, блеснув наивно распахнутыми глазами, поинтересовался:

— Ваур…

— Намекает насчет добавки, — пояснил я валькирии.

— Да я поняла.

Распаковав заплечные мешки, девушки выложили на стол мясо, рис и отварные овощи.

Дед Маздай достал из утопленного в стену шкафа вместительную емкость с нежно-розовым вином и пару металлических кружек с выгравированными на боку драконами, изображенными в момент выполнения мертвой петли.

— А котелок у него есть? — поинтересовалась у меня Агата.

— А я почем знаю?!

— Так спроси.

— Спрашиваю. — Повернувшись к Маздаю, я спросил: — У тебя котелок есть?

— Зачем?

— Некоторые интересуются.

— Ну есть, — подумав, ответил он.

— Ну есть, — повернувшись к голубоглазой валькирии, повторил я услышанное. — И что дальше?

— Давайте сперва покушаем, — предложила она.

— Давайте. А котелок тебе зачем?

— Варить.

— Ага.

— Зачем он ей? — поинтересовался дед Маздай, понимающий из нашего разговора лишь сказанное мною.

— Зелье приворотное готовить будет, — пошутил я и, обмотав полоской мяса розоватый корнеплод, сунул получившийся бутерброд в рот.

Агата лишь хмыкнула и подмигнула Ольге. Та сделала круглые глаза и прошептала:

— Из мяса и зерен, и из овощей.

— За-а-ачем? — Маздай нервно протер очки.

— Приворожить хочет, — по секрету сообщил я. И подмигнул ему.

И тут дед Маздай поразил меня своей простотой до икоты.

— А кого она приворожить хочет? — Поплевав на ладошку, он пригладил ею свои не очень буйные волосы.

— Хм… не знаю.

— А… — Опустив глаза долу, гостеприимный хозяин тихо попросил: — Спросить у нее можно?

— Легко. Спрашивай, — разрешил я.

— Но она… я… а ты…

— Понятно, — шамкая полным ртом и улыбаясь про себя, произнес я. — На роль сводни меня агитируешь?

— Чего это вы там удумали? — недобро сверкнула глазами Агата. — Чего ты там ему наговорил?

— Клянусь, что говорил все, кроме правды, и только правды. Ты ведь сама слышала…

— Какой правды? — насторожилась валькирия.

— А не все ли равно? Да хоть пионерской.

— Ты с кем разговариваешь? — спросила Ольга.

— Со всеми понемногу, — сообщил я. — Только впечатление такое, словно сам с собой… А ты почему не ешь? А ну-ка взяли все по огурцу, или что это за зеленый банан, и дружно зубками хрум-хрум… И ни слова во время трапезы. — Викториния благосклонно кивнула головой и аккуратно взяла с блюда веточку петрушки. Изысканно так, губами. И на протяжении всей трапезы вела себя словно в императорском трапезном зале. Поэтому и насытилась позже всех. Впрочем, нет. Тихон не насытился вовсе. У него существует всего два состояния: он может быть голодным и может быть полуголодным, а вот сытым он быть не может. По крайней мере достаточно долго для того, чтобы успеть отойти от стола и не проголодаться.

— Ладно. — Я решительно поднялся. — Пока не стемнело окончательно, я схожу за дровами. Где топор?

— Я с тобой! — в один голос воскликнули валькирии.

— Ваур, — поддержал их Тихон, видимо созревший для короткой прогулки к ближайшим зарослям.

— Я рублю этим. — Достав из шкафа широкое мачете, Маздай протянул его мне.

— Давай. — Не мечом же мне заниматься лесозаготовкой. Это для него будет унизительно.

Лесозаготовка в джунглях сама по себе вещь малоприятная, а уж на полный желудок и в почти полной темноте совершенно отвратная.

Ударными темпами покончив с ней, мы вернулись в башню с полными охапками сучьев, которые и свалили у дальней от камина стены, рядом с разбросанной соломой.

Мой ваурийский демон тотчас растянулся у жарко пылающего камина, вытянув лапы и распластав крылья.

Викториния стала рядом с ним и, опустив голову между широко расставленными передними ногами, тотчас задремала, всхрапывая и что-то невнятно бормоча.

Поскольку во время дневного перехода я основательно выспался, а деда Маздая тянуло поговорить, то, оставив девушек отдыхать, мы поднялись на чердачный этаж.

— Что это? — спросил я, разглядывая сваленные в один угол вещи, довольно странно смотревшиеся в падающем сквозь узкое оконце лунном свете. Какие-то металлические коробки и пластины, несколько круглых шлемов и пара-тройка длинных ящиков из черного органического стекла.

— Наследие древних.

— И что ты с ним делаешь?

— Ничего. Вот очки ношу, чтобы на мир по-разному смотреть. Сегодня-то они настоящее показывают, а завтра будут чудеса являть.

— Какие?

— Да разные. Смотришь вокруг, а здесь уже не руины, а замок чудный. Вокруг камины невидимые горят, шкафы блестящие, столы с приборами странными, таинственными, лишь древним подвластные. Может, вернется дракончик, возродятся знания, а пока… лишь смотреть остается. Протянешь руку — вот-вот, кажется, коснешься. А там нет ничего, мираж один, обман призрачный. Через два дня очередь сущностей тайных настанет. Все неживые предметы, как и положено, видятся, только ярче немного, а вот живые натуру свою скрытную проявляют. Бредет на водопой слон, а видится железное чудище с длинным прямым хоботом, которым оно водит из стороны в сторону. Жутко становится. Безжалостный он. А то вместо человека скелет бредет.

— Интересные очки. Можно посмотреть?

— Сегодня ничего все равно не увидишь, но, если хочешь, — вон, примерь любой шлем, там очки такие же. Я смотрел. Только носить не получается, не налезает на голову.

Ухватив один из шлемов, я потянул его на себя, за ним потащился прикрепленный к нему костюм. Последний был выполнен на манер спортивного трико, но не из простой ткани, а из кольчужной: маленькие металлические звенья тесно сплетены один с другим.

— Похоже на скафандр, — заметил я, пытаясь обнаружить способ отстегнуть шлем или надеть весь костюм. Современному человеку, умеющему завязать галстук на двойной узел, не должно составить труда отыскать молнию на древних доспехах.