Когда-то он был просто человеком. Теперь он наместник Темной Стороны, но на деле он пленник.
— Кто поставил тебя сюда? — спросил я.
— Если я и знал это когда, знание было отобрано. — Владыка Терний помолчал, глядя поверх наших голов. — Можно предположить, что я вызвался добровольно, но почему-то есть сомнения.
— Должно быть еще что-то, что поможет мне, — сказал я. — Все эти Предвечные, Могущественные, Владыки… кто-то из них должен знать.
— Используй свой дар! — с неожиданной горячностью воскликнула Сладкая Отрава. — В конце концов, дар — часть легенды о Джоне Тейлоре. Ты можешь найти все, что угодно. Почему ты не можешь найти свою мать или хотя бы кого-нибудь, кто приведет тебя к ней?
— Не все так просто, иначе бы я давно так и сделал. Чем лучше вещь спрятана, тем дольше я должен вглядываться, чтоб найти, ее. А чем дольше я держу свой разум открытым и уязвимым, тем легче меня обнаружить — и прислать за мной каких-нибудь монстров. Последний раз я применил свой дар совсем недавно, чтобы прогнать демона у ворот, как его — Вула?.. Я почувствовал, как нечто пытается воплотиться. Нечто гораздо страшнее косильщиков. Если я откроюсь еще раз, меня прихлопнут прямо здесь. Думаю, даже Владыка Терний не может остановить тот ужас, который спустили с цепи мои враги. Так что о даре лучше не вспоминать. Пока нам есть что терять.
— Есть еще Башня Времени, — напомнил Грешник.
Я поморщился:
— Лучше не надо. Если ничто другое не подействует, можно прибегнуть и к путешествию во времени. Но сначала лучше просто закрыть глаза и помолиться: вдруг неприятность уйдет сама собой? Нет, переходы во времени создают больше проблем, чем решают.
К тому же, насколько я знаю, мои враги действуют из будущего и вполне могут пересечься со мной на тропе времени.
— Но мы можем просто вернуться в прошлое к моменту сотворения Темной Стороны! — упорствовала Сладкая Отрава. — Увидим все своими глазами. Никаких загадок и готовые ответы на все вопросы!
— Не очень удачная мысль, — сказал Безумец. — Там, у начала времен, рыщут твари, способные пожрать нас всех. Я могу их видеть. Прошлое — не то, что мы о нем думаем.
Мы выжидательно смотрели на Безумца, но он явно сказал все, что хотел. С некоторых пор он стал почти полностью вменяем, но общаться с ним не легче.
— Власти решили применить вооруженную силу против Нижнего мира, — объявил Владыка Терний, — нарушая тем самым все существующие соглашения. По-видимому, изгнание демона у моих ворот явилось сигналом тревоги. Ворота уже закрыты, также блокируются все известные противнику выходы. — Владыка Терний глянул на меня: — Если хочешь, я могу их уничтожить. Там всего несколько тысяч.
Я нисколько не сомневался, что у него получится, но покачал головой, подумав об ангелах с оборванными крыльями и о людях Уокера, с которыми провел немало приятных минут во внеслужебное (а иногда и служебное) время.
— Порой смерть бывает самым чистым из возможных решений, — сказал Владыка. — Но как хочешь. А свободные выходы, конечно, есть. Никто, кроме меня, не знает всех путей в моих владениях.
— Хочешь сказать, у тебя есть секреты от властей? — спросил Грешник. — Я шокирован.
Владыка фыркнул:
— Мы уже несколько сотен лет не общались. Они отвечают за политику Темной Стороны, я — за ее душу.
— И все же нам понадобится управа на людей Уокера. Возможность спокойно работать, пока я не соображу, кому нанести следующий визит. И если власти объявили охоту на Джона Тейлора…
— Может, я смогу помочь, — успокоила меня Сладкая Отрава. — Я с Уокером… знакома.
— И никогда не говорила мне, — обиделся Грешник.
— Мне много с кем приходилось иметь дело за бесконечные годы… Власти однажды вручили меня Уокеру как подарок. Я могу навестить его, напомнить о прошлом. Попросить, чтобы отозвал своих псов хотя бы временно. Может, даже получить какие-то ответы. А если он не проявит благоразумия…
— Убивать его ты не станешь! — Грешник сел на любимого конька.
— Разумеется, милый! Чтобы отдавать приказы и отвечать на вопросы, он нужен мне живым.
— Живым и невредимым, — подтвердил Грешник сурово.
— Ах, милый, ты так и хочешь испортить мне удовольствие. Будь по-твоему, но тебе же хуже. Нашу встречу вы все сможете наблюдать, я позабочусь об этом. — Сладкая Отрава взяла лицо Грешника в ладони. — Учись доверять мне, Сидни. Я сделаю все, чтобы оправдать твое доверие. — Она неожиданно улыбнулась. — Одно я могу обещать твердо: Уокер ничего и не поймет.
ГЛАВА 9
ДОБРЫЕ СТАРЫЕ ВРЕМЕНА
Изящно ступая, Сладкая Отрава вышла из ореола адского пламени и материализовалась перед изумленным Уокером. Он действительно изумился: было хорошо видно, как поползли кверху его брови. Сладкая Отрава неторопливо осмотрелась, магическим путем отправляя нам картинку: старомодная чайная комната с музыкантами во фраках и горничными в традиционной черно-белой униформе. Музыканты перестали играть и разинули рты, глядя на незваную гостью, горничные испуганно защебетали. За столом, покрытым узорчатой скатертью, Уокер застыл с чашкой чая в руке. Сладкая Отрава улыбалась.
— «Плакучая ива»! Наше любимое место. Столько лет прошло… И как приятно вновь встретиться именно здесь!
Уокер вздохнул и поставил чашку на блюдце. Хорошая чашка: фарфор, как яичная скорлупа, расписанная тонкими узорами. Вооруженная прислуга обоего пола уже окружила Уокера, стволы пистолетов хмуро смотрели на Сладкую Отраву. Кое-кто размахивал амулетами и распятиями, у одного даже была австралийская кость-указатель. Гостья укоризненно посмотрела на хозяина, и тот устало обратился к охране:
— Тревога отменяется. Все в порядке. Время реакции удовлетворительное, исключая Лаветта — явишься ко мне после смены. Всем занять места согласно расписанию.
Охрана неохотно опустила оружие и исчезла. Посетители расслабились и перевели дыхание. Уокер повернулся к музыкантам, те переглянулись и заиграли Баха.
— Здравствуй, София, — сказал он без улыбки.
— Здравствуй, Генри. Как вспомнишь, сколько лет прошло…
— Можно узнать, как тебе удалось миновать систему защиты «Плакучей ивы», да и мою персональную?
— Наше прошлое, милый. Оно соединяет нас, и это навсегда.
— Прошлое… Куда от него денешься, особенно на Темной Стороне? Не скажу, что рад тебя видеть.
Сладкая Отрава кокетливо надула губки:
— Не больно-то ты любезен. Может, хотя бы предложишь мне сесть?
Уокер вздохнул еще раз и скупым жестом указал на кресло напротив. За фасадом его сдержанности наверняка шла лихорадочная работа мысли: Уокера не выбьешь из колеи надолго, уж я-то знаю… Сладкая Отрава грациозно присела, положила руки на стол так, чтоб собеседник их видел, и улыбнулась ему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
