плечи. Несколько раз он переводил взгляд то себе под ноги, то в сторону выхода, но, так и не решив, что делать, шагнул в массу танцующих и скрылся в толпе.
В груди заныло.
А на что я надеялась? Что он поговорит с Лилиан и вернётся обратно к столику?
Опустив взгляд, я заметила огромное тёмное пятно, расплывающееся на одежде. Вишнёвый сок пропитал ткань, я отшатнулась от края стола и влетела во что — то твёрдое.
— Эй, потише, — Майкл мягко отстранил меня.
Джесс, покачав головой, опустила руку мне на плечо.
— Я думаю, тебе стоит пойти, догнать его, что ли.
— Думаешь? — неуверенно переспросила я, поворачиваясь к подруге.
— Определённо.
Джессика была серьёзной и совсем не улыбалась, не говорила забавных слов. Как непривычно!
— А Лили? — попробовала возразить я.
Что бы не происходило в наших личных жизнях, мы всегда ставили интересы друзей превыше собственных. Если кто — то из девочек или Майкл был в беде, мы сначала решали их проблемы, а потом занимались своими. Это пришло как — то само собой, нет, это даже не обсуждалось.
— О ней есть, кому позаботиться, — улыбнулся Майкл, указывая на выход, к которому в данный момент, натыкаясь на людей на танцполе, мчался Честер.
— И… и… и куда мне бежать? — спросила я, совершенно не понимая, что делать.
— Для начала накинь это, — спокойно сказала Мэри, передавая одежду, я благодарно взяла из её рук свою куртку, — а потом на стоянку, думаю, машину Калеба ты знаешь.
Прищурившись, я обвела их троих взглядом.
— Знаю, — аккуратно начала я, затем хлопнула себя ладонью по лбу.
И как я раньше не поняла, что тут не так!
— И как давно вы догадываетесь? — спросила я, понимая, что только что продемонстрировала друзьям свои скрытые чувства к Калебу.
Вернее, я даже не показывала их, ничего не говорила, мои друзья, они сами вели себя, словно всё так и должно быть.
— Господи, — закатила глаза Джессика, — да всю жизнь знаем, иди ты уже быстрее, а то уедет. — Она мягко подтолкнула меня в спину.
Я сделала несколько шагов вперёд, но потом вернулась обратно.
— А Лили? Она знает?
Я нахмурилась.
— Не думаю, она вообще дальше своего носа не видит, — пожал плечами Майкл.
Вскинув брови, я скептически посмотрела на Милтона. Кто бы говорил, Майкл, кто бы говорил.
Но озвучивать этого не стала.
На ходу натягивая куртку, я почти бегом бросилась к выходу.
Контраст прохлады и тишины ночного города и шумного веселья разгорячённого клуба оказался слишком резким. Вынырнув на стоянку, я завертела головой и увидела того, кого искала, Калеба. Он быстрым шагом направлялся к своему джипу.
— Калеб, — крикнула я, прежде чем успела подумать.
И когда он обернулся, я поняла, что совершенно не представляю, что ему сказать. Со стороны выходило так, будто я вмешиваюсь в их отношения или, о господи, навязываюсь ему.
— Да, Таня: — Он остановился, ожидая, пока я подойду. А я использовала это время, чтобы обдумать свои дальнейшие действия.
Я ожидала увидеть его огорчённым или взбешённым, но он, вроде как был спокоен. На удивление.
— Ммм… не подбросишь до Абердина? — робко спросила я, а затем мои глаза широко распахнулись. Я вспомнила, как Алекс звал его в другое место. Что если я вмешиваюсь в его планы? Что если он вовсе и не домой собирается? — Прости, я не подумала, может, ты и не домой…
— Нет — нет, — успокоил он меня, приглашающе махнув рукой в сторону своей машины, — я как раз домой, всё в порядке, Таня. Я с удовольствием подброшу тебя.
— Спасибо, — я нашла в себе силы улыбнуться и заработала ответную улыбку, правда, она не тронула его глаз.
Да, Калеб был спокоен, но задумчив и отстранён.
И на обратном пути до дома, я убедилась в этом.
Мы молчали, лишь тихое мурлыканье радио разбавляло гробовую атмосферу салона.
— Хочешь, пощёлкай станции? — вдруг предложил он где — то на середине пути.
Я подпрыгнула, отвернувшись от окна, в которое сосредоточенно разглядывала проплывающий ночной пейзаж. Как всегда… однообразный. Сплошная стена леса.
— Да… сейчас. — Я бросилась бездумно нажимать на кнопки и что — то сотворила с его магнитолой: она жалостливо пискнула и погасла. — Ой, — пролепетала я, вздрогнув и прижимая руки, которые бы следовало оторвать, к груди, — прости я…
Калеб тихо засмеялся, а я застыла, очарованная его мелодичным смехом.
— Всё в порядке, Таня.
Протянув руку, он что — то нажал, и салон заполнили тихие звуки медленной, романтичной мелодии. Калеб нахмурился. Стараясь не отвлекаться от дороги, он снова нажал на кнопки на руле, поймав на этот раз что — то бойкое и энергичное. Но романтика сейчас была ему не по душе, а динамичной музыки мы наслушались в клубе, поэтому он снова переключил волну, наткнувшись на рэп. Скривившись, Калеб нажал отбой.
— Насчёт тишины ничего против не имеешь? — бросив короткий взгляд в мою сторону, поинтересовался он.
Я энергично замотала головой.
— Я люблю тишину, — брякнула я.
Он снова коротко посмотрел в мою сторону.
— Никогда бы не сказал, по — моему, вы с Джессикой постоянно… шумите, — совершенно внезапно он решил поддержать разговор.
— Ну, рядом с Джессикой сложно соблюдать… тишину, — попробовала я пошутить в ответ. — В ней кипит энергия десяти электростанций, тут уже сам не заметишь, как подзарядишься… от неё… — неуверенно закончила я.
Калеб улыбнулся, и я немного неуверенно улыбнулась ему в ответ.
Ещё некоторое время мы улыбались друг другу, словно идиоты.
Я переместилась на сидении, положив ногу на ногу. Калеб посмотрел в мою сторону, его взгляд быстро скользнул по моим обтянутым тесными джинсами ногам. Смутившись, я опустила ногу, затем подумав: Какого чёрта? — вернула её на место.
Он снова посмотрел в мою сторону, затем вернулся к ленте дороги, исчезающей под колёсами джипа. Калеб улыбнулся и покачал головой.
Моя рука сама собой потянулась к волосам, принявшись теребить их и накручивать на указательный палец. Возможно, именно этот неосознанный кокетливый жест Калеб и расценил в качестве призыва, а, может, он уже некоторое время обдумывал свои действия.
Чтобы не повлияло на него, но на следующей развилке, он повернул руль вправо и выехал на грунтовку.
Я косо посмотрела на него.
Он, проверяя мою реакцию, скользнул по мне взглядом.
Я молчала.
Он молчал.
Через небольшой промежуток времени, Калеб снова свернул на узкую лесную дорогу и остановился, но мотора не заглушил.
Я только открыла рот, чтобы что — нибудь сказать, как вдруг, совершенно внезапно, он развернулся и притянул меня к себе.
— Ой, — только и
