она, Кира.
И когда успел наделать столько?
— Ах ты мерзавец! — не найдя другого определения, процедила она и хотела было удалить всю папку, но передумала.
Тогда парень перестанет ей доверять. Навсегда. Эти неженки из бывших, они такие. Обмана не прощают.
Она выключила компьютер и ушла в свой кабинет.
Борисоглебский тоже из таких. Если она скроет от него беременность…
Внезапно у нее так задрожали руки, что номер Андрея она набрала с трудом.
Телефон снова ответил молчанием, и Кира вдруг подумала, что этот номер он не знает, поэтому не отвечает, а названивает на другой, лежащий в данный момент в ячейке камеры хранения.
Она отметилась у дежурного и поехала на Московский. Собственно, телефон можно было не оставлять. Она же на месте. Никуда без разрешения начальства не едет. Шифроваться на случай, если ее телефон отслеживается, нужды нет. По крайней мере, пока.
Звонок Соловьева раздался, когда она пыталась припарковаться.
— Товарищ майор, я нашел того человека, — отрапортовал Денис. — Румянцев Станислав Владимирович.
— Кто таков? — крутя рулем и оглядываясь, спросила Кира.
— Начальник департамента ФСБ.
— Города? — уточнила Кира и выдохнула, примостившись наконец между двумя «Газелями».
— России, товарищ майор.
Вот славно! Наш полкаш водит дружбу с настолько высокими чинами? Это ново и не похоже на Шарафутдинова. Сам-то он в бытность работы в конторе на побегушках был.
А если господин Румянцев вовсе не дружить приезжал? У него было для полковника задание, и теперь даже можно предположить, какое именно.
Получается, она обратила на себя внимание Кружилина уже давно. Когда же? В тот момент, когда появилась рядом с Андреем? Стало быть, Кружилин не сомневается: в случайную смерть своей бабки от передозировки лекарства Борисоглебский не поверил, решил докопаться до истины, для чего специально познакомился со следователем, соблазнил ее и привлек к поиску убийцы.
Вот почему в кабинете полковника появился высокопоставленный гость, причем не с официальным визитом, а с бутылкой водки. То есть с личной просьбой.
А что было бы, если бы она доложила начальству о расследовании?
Теперь можно смело предположить, что на данный момент никакого расследования уже не было бы.
— Товарищ майор, — прервал ее размышления голос Соловьева, который все висел на телефоне, — есть еще поручения?
— Спасибо, Артем. Только прошу: никому не слова о моей просьбе. Она к работе отношения не имеет. Хорошо?
— Понял, — ответил Соловьев, и Кира уловила в его голосе нотки ревности.
Только этого ей сейчас недоставало!
Кира отключилась, и телефон тут же зазвонил снова.
— Ну чего тебе, Соловьев? — раздраженно ответила она, шагая к камерам хранения.
— Никак нет, не Соловьев, — ответил чей-то густой голос, — меня зовут Анатолий Петрович, и я привез вам гостинец от папы.
— Что? — не поняла Кира и тут же, сообразив, спросила:
— Вы где?
— На вокзале. Только что приехал.
— Идите к камерам хранения. Как вас узнать?
— Я сам подойду. Стойте у входа.
Кира встала, где велели, и проверилась. Кажется, чисто.
— Добрый день, Кира Ахматовна, — раздалось у нее над ухом. — Вот, держите. Это уже обработанные. А это сам предмет. Если проверить захотите.
Кира вскинула глаза. Высокий седой человек в плаще протягивал ей пакет из магазина косметики и вежливо улыбался.
— Спасибо, — проговорила она, заглянула в пакет, а когда подняла голову, рядом уже никого не было.
Вот это настоящий класс! Ей до такого уровня еще лет десять тянуться.
Она зашла в туалет и, выйдя, еще раз осмотрелась. Или слежка очень профессиональная, или нужда в ней отпала. Судя по ее опыту, ничего хорошего это не предвещает.
А значит, надо быть готовой к стремительному развитию событий.
Телефон она включила с опаской, боясь увидеть кучу неотвеченных звонков и сообщений.
Сообщений не было, а звонков всего три. От Андрея.
Кира вздохнула с облегчением и решила, что наберет его из дома. Это не вызовет подозрений, даже если ее слушают и отслеживают.
А по пути она заедет в аптеку и купит тест на беременность. Прежде чем паниковать, в диагнозе нужно убедиться. Вдруг у нее просто расстройство пищеварения от съеденного на голодный желудок малоземовского варенья?
Говорят, пища врага не переваривается. Душа не принимает.
Правда, есть еще надежда, что Малоземов — жертва наговора.
Ладно, разберемся. А теперь самое время узнать, вкусное ли вино было в бочонке.
Ухо востро
Кира не сомневалась, что найдет Анзора Нодаровича на месте. Его вообще раньше девяти вечера с работы не вытуришь. Благо — хотя какое, к черту, благо, — этой самой работы у судмедэксперта хватает.
— Ааа, Кира Ахматовна! Заходи, дорогая, гостем будешь! — обрадовался старик, отрываясь от потрошения очередного трупа.
— Анзор Нодарович, я с личной просьбой к вам.
— Не ври, женщина. У тебя все просьбы только по работе.
— Да как вы все узнаете? — всплеснула руками Кира.
— Давно живу, слушай, — довольно усмехнулся Нодарыч. — Выкладывай свою личную. Тебе ни в чем отказа не будет, сама знаешь.
— Так вино понравилось?
— Какое вино? Где вино? Не видел никакого вина! — поднял кустистые брови хитрюга.
Кира рассмеялась.
— Поняла, Анзор Нодарович. К следующей встрече исправлюсь.
— Смотри, я ждать буду.
— Обещаю, — по-грузински ответила Кира.
Нодарыч расцвел.
Она достала из сумки свои сегодняшние трофеи.
— Анзор Нодарович, чисто по дружбе. Надо, чтобы вы как бы от себя попросили сравнить отпечатки с обертки и бокала.
Старик глянул внимательно.
— Раз сама не можешь, значит, сделать надо аккуратно?
— Очень аккуратно.
— Понял. Сделаю. Но не сегодня, все равно просить некого. Ушли по домам давно. Завтра в самый раз будет. Как сделают, сразу просигналю. Жди. А пока приберу в надежное место. У меня, как в госхране. Живые не суются, а мертвым пофиг. — И махнул рукой: — Иди, а то у меня труп стынет.
Кира вышла и долго стояла, пытаясь унять тошноту.
Да, купить тест точно стоит.
Она зашла в отдел, убедилась, что ни один сотрудник не бдит на работе, и все-таки не удержалась — набрала Борисоглебского.
— Кира! — завопил он так, что она отодвинула телефон от уха. — Что произошло?
— Я тебе сто раз звонила. Посмотри внимательно. Только не кричи. Первый раз в тринадцать десять. Сейчас наберу. Ответь.
Она перезвонила и поняла, что Борисоглебский взял себя в руки.
— Не отвечал, потому что номер незнакомый, прости.
— Я так и подумала. Есть, что рассказать о пансионате? Отец основное сказал, но вдруг что-то еще. Только коротко.
— Твой отец — гений шпионажа. Представляешь, я поселил его по фальшивым документам. Чтобы фамилия не светилась.
— Да, папа профессионал.
— Меня он с собой не взял, велел ждать в комнате у
