не вскрикнула в голос.
Вот вы и попались, господин Кружилин!
Теперь повезло бы с Опочкой. Ты уж постарайся, капитан.
Радости ей хватило почти до самого Питера. То, что она не спала ночь, никак не отражалось на самочувствии, поэтому Кира подумала: тревога насчет беременности, возможно, ложная.
Это было бы кстати.
У въезда в город она остановилась перекусить. На радостях, так сказать. Купив большой стакан кофе и гамбургер с курицей, она устроилась на сиденье автомобиля, открыв дверь.
Лучше бы и не начинала. Ее вырвало сразу после первого куска вкусного американского бутерброда. Она успела только перегнуться через порог машины.
Есть дальше не было смысла, да и аппетит пропал. Кира выпила бутылочку воды и решила, что глупо продолжать тешиться иллюзиями, будто никакой беременности не существует.
Когда все закончится, она расскажет Андрею. А там будь что будет.
На этой здравой мысли ее раздумья прервал звонок отца.
— Слушай сюда, дочка. Только что из Москвы сообщили: Александра Сванидзе выдвинулась в Питер.
— На встречу с сыном?
— Тут вариантов несколько, и ни один мне не нравится. В любом случае мне смываться отсюда рано. Надо следить за Константином. Что-то он сегодня слишком возбужден.
— У меня тоже события разворачиваются.
— Держи ухо востро, дочь. Если что, помни, о чем я тебе говорил.
Она хотела уточнить, что именно он имел в виду, но отец уже отключился.
Несмотря на то что ее распирало от желания сразу взяться за дело, в Комитет она не поехала. Надо было сменить провонявшую одежду и вымыться. Запас был только дома. Придется ехать на Ваську.
К начальству она должна явиться свежей и, как сказал однажды образованный Борисоглебский, «преисполненной сил».
Кира хохотнула и наддала газу.
Если все пойдет хорошо, нынче же ночью Кружилина задержат. И сделать это лучше до того, как он встретится с Александрой.
А еще лучше, если бы ребята из Опочки обнаружили ее отпечатки. Тогда можно взять сразу двоих из этой замечательной семейки.
Она въехала во двор, удачно припарковалась и, выскочив из машины, резво побежала к подъезду.
Не добежала каких-нибудь десять метров.
Наверное, будь на улице светлее или стрелок чуть искусней, этот рывок был бы последним в ее жизни.
Хлопок выстрела она не услышала, почувствовала только грубый толчок в спину, который заставил ее полететь вперед всем телом и свалиться у самой ступеньки. Вторая пуля угодила именно туда. Металлическая ступенька дрогнула, но устояла.
Кира дернулась, пытаясь встать, и потеряла сознание.
Очнулась она от ощущения, будто отлежала себе все бока на каком-то очень жестком диване. Пошевелилась, и тут же пришла в себя от резкой боли в плече. Охнув, она попыталась сесть. Получилось с третьего раза, и ее тут же затрясло. То ли от холода, то ли от раны.
Сцепив зубы, Кира доползла до двери в подъезд и успела удивиться, что из него никто не выходит.
«Ночь, что ли», — подумала она и поползла дальше. В дверь пролезла с превеликим трудом, но дальше дело пошло веселей.
Хватаясь за перила и тяжело дыша, она-таки добралась до квартиры, с четвертой попытки открыла дверь и, ввалившись внутрь, упала на коврик.
Хорошо бы сейчас выпасть в осадок и прийти в себя минуток эдак через триста.
Отдышавшись, она доползла до дивана в прихожей и, прислонившись к его кожаному боку, кое-как села.
— Итак, что мы имеем? — произнесла она вслух и удивилась, как жалобно звучит ее голос.
Стрелять в нее мог только Кружилин. Александра еще в пути, Константин под надзором Смородина-старшего. Мог ли Кружилин нанять кого-то? Только теоретически. Если даже его крышуют из ФСБ, их он подставлять не станет. Киллер — еще один ненужный свидетель, который в случае чего только усложнит дело.
Кому она может довериться? Только Краснову, да и то с оговорками. Рану он ей перевяжет, но посылать его к Шарафутдинову за ордером на арест Кружилина — все равно что сунуть в пасть к тигру.
Нет, довести дело до конца может только она сама. Только как это сделать раненой беременной бабе?
Говорил ей отец, чтобы держала ухо востро, а она…
А ведь он не об этом говорил. То есть не об ухе.
Здоровой рукой — счастье, что правой — Кира пошарила в кармане, достала мобильник для спецсвязи и, потыкав в кнопки, приложила к уху.
— Дедушка Рахим, здравствуйте. Это Кира.
Ровно через час к ней постучали двое мужчин. Кира впустила их и заперла дверь.
Галоп времени
Ей казалось, что она прилегла всего на минуту, но за окном уже вовсю копошилось рабочее августовское утро: чирикало, шуршало, постукивало дверцами машин и женскими каблучками, легонько звякало чем-то металлическим совсем рядом с ухом. Она разлепила глаза и увидела перед носом кружку, в которой незнакомая рука болтала чайной ложечкой. Глазам почему-то было больно, но Кире удалось сфокусировать взгляд на лице и удивиться.
— Хорошо, что проснулась, сестра, — сказал человек, и Кира наконец узнала вчерашнего гостя.
— Привет, Халид. Который час?
— Утро. Как чувствуешь себя? Рана болит?
Кира осторожно пошевелила рукой.
— Болит, но терпимо.
— Это хорошо, а то Аслан беспокоится.
Из коридора вышел серьезный Аслан и, поздоровавшись, положил руку ей на лоб.
— Температура нормальная. Пуля навылет прошла. Ничего важного не задела. Не беспокойся, сестра. Твоему ребенку вреда не причинили.
Кира уставилась в лицо говорящего.
— А это как узнали?
— Опыт, — пожал плечами немногословный Аслан.
Халид протянул кружку.
— Выпей вот. Силы появятся.
Кира приподнялась на кровати и взяла кружку. Итак, все, что она планировала, пошло прахом. Кружилина не арестовали, теперь они с Александрой уже свалили куда-нибудь, папа не в курсе, а ведь наверняка захотят забрать с собой и сыночка.
Дивный результат! Просто блестящий! Браво, майор!
— Ахмата предупредили. Не волнуйся, сестра, — внимательно посмотрев на нее, произнес Халид. — Он сказал, что тебя нужно отвезти в надежное место.
— Зачем? Что это даст?
— Ахмат сказал: ему нужна свобода действий.
— Да вы с ума сошли, что ли! Я на службе, между прочим! И веду дело! Какие поездки! Это мне нужна свобода действий! Срочно ехать в Комитет и разгребать эту кучу дерьма!
Халид кивнул, словно соглашаясь, и добавил:
— Ахмат сказал, чтобы в случае чего тебя увезли силой.
— Силой? Вы что, в мешок меня засунете?
— Зачем в мешок, — обиделся Халид. — На руках отнесем.
— Да как…
Она не договорила. Просто упала на подушку и отключилась.
Халид посмотрел на Аслана.
— Вещи собрал?
Тот кивнул.
— Сколько до этого деда ехать?
— Часов семь, если осторожно.
