и Ханне нечего было скрывать, как и не было повода противиться требованиям. Даже наоборот, в какой-то степени им хотелось, чтобы пришли вышестоящие люди и узнали о случившемся как можно скорее. Корабли состыковались, шлюз открылся, и к ним вошли два человека в защитных костюмах. Мужчина и женщина встали рядом друг с другом, поглядывая чуть сверху вниз из-за роста на Ханну и Кросса, внимательно визуально изучая их, а потом и весь «Лом».
– Меня зовут Наваро, ее Света. Октавия прислала нас.
Кросс и Ханна переглянулись, после чего он спросил:
– Почему вы здесь?
– Потому что вы не отчитались об отправке к этому месту после того, как нашли тела и…
– Да ладно? Твою мать! – выругалась Ханна, действительно осознав эту ошибку и кивнув Кроссу в знак подтверждения. – Да, блин, я забыла… эти правила, когда нужно о каждом шаге писать, несколько нам непривычны, обычно все проще.
– «Обычно» у вас другая работа, – немного грубовато вышло у Светы, которая стала шагать по «Лому», разглядывая все углы, открыто достав пистолет.
– А вы часом не слишком наглеете-то? – Кросс явно был недоволен, поглядывая то на Свету, что уже ушла вглубь, то на Наваро. – Мы, конечно, косякнули, но явно не до такой степени!
– Вас же было трое.
Ханна строго смотрела на Наваро, что подметил и Кросс.
– Он погиб, – кратко бросила она, – пару часов назад вместе со звездолетом упали на этот кусок камня.
Света вернулась, но пистолет не убирала.
– Это очень грустно, – ответил Наваро.
– Мы арестованы? – нагловато высказался Кросс, глядя на Свету и ее пистолет.
– Нет, – грубо сказала Света, – с чего бы?
– Ничего личного, но пока мы не проверим вашу кровь, считайте, введен карантин.
Кросс и Ханна переглянулись, прекрасно осознав, насколько тесно все происходящее сейчас оказывается связано с тем, какой ужас они нашли на обоих звездолетах. После чего они добровольно сами предоставили им образцы, которые Кросс взял на глазах новоприбывших. Пока это происходило, Наваро уселся на выдвижном стуле перед мостиком, Света же предпочла стоять. А вот Кросс и Ханна сели напротив них, прямо под иллюминаторами, откуда отлично была видна темная экзопланета.
Кросс начал рассказ с причины того, почему они пропустили один из этапов отчетности: найденная семья в глубине забытого всеми звездолета для особых персон. Здесь же Ханна отдельно отметила, что в девяти из десяти случаев они обычно находили брошенные корабли да и всякие небольшие базы или же мусор, – тела людей попадались крайне редко, а тут целая семья, такого они не ожидали. Далее Кросс поведал о событиях последних часов, начиная с прилета к этой экзопланете, заканчивая осознанием гибели Алдена. Ханна весь этот этап молчала, внимательно смотря то на Наваро, то на Свету, будто бы пыталась найти в их взглядах или движениях нечто… она и сама не знала что, скорее всего, как думал Кросс, просто пыталась абстрагироваться. Но она заметила их переглядывания с последующим изменением в лице в тот самый момент, когда Кросс рассказала о найденной там Жизни, сумевшей зацвести и распылить свои споры после включения отопления.
– Вы знаете, что это такое, – утвердительно, с особым интересом произнесла Ханна, сверля строгим взглядом из-под болтающихся прядей волос Наваро и Свету, – знаете, с чем мы столкнулись, но почему-то нигде не было указано, что нас…
– Протоколы безопасности были самыми высокими. – Света не сводила взгляда с Ханны. – Дополнительно сообщать было нечего, не просто же так было требование докладывать после каждого этапа. Очень жаль вашего друга.
– Алден поступил храбро, – явно к чему-то подводил Наваро, – я распоряжусь о посмертной награде и компенсации его семье и детям, если таковые имеются. – Обоих это не сильно тронуло, они ждали продолжения. – Но сейчас у нас много дел. Звездолет упал на эту экзопланету, а значит, и иноземная Жизнь. У тебя получилось забрать образцы или провести первичные анализы состава прямо со звездолета?
– Первичные – да, остальное упало вместе с Алденом, – ответил заинтересованно Кросс, сразу продолжив: – У вас что, есть с чем сравнивать? То бишь вы знаете, что это такое?!
– Именно для этого мне и нужны результаты анализов, чтобы убедиться.
– Вот нам точно не хватало, чтобы это оказалось нечто другое! – грубо вырвалось негодование Светы в адрес Наваро. – Если это окажется не та Жизнь, то не поверю, что Октавия не знает про это.
Кросс и Ханна с интересом следили за Светой, чья взвинченность несколько удивляла их, о чем сразу же спохватился Наваро:
– Это наше, не думайте о лишнем.
В этот момент анализы крови Кросса и Ханны были готовы. Увидев отрицательный результат, все выдохнули, на что Кросс подчеркнул отдельно:
– Мы не могли ничем заразиться, прямого контакта не было, как и косвенного. Все осталось в пределах звездолета.
– Теперь мы можем узнать, почему умер наш друг? – Ханна не скрывала характер, что не могла не подметить Света, на которую такие выпады редко действовали должно.
– Он умер, потому что был храбрым человеком, совершившим правильный поступок в правильное время! Он спас ваши жизни, как и жизни всех нас, уничтожив звездолет с заразой, которой насрать на все, лишь бы размножаться да забирать любую биологическую форму жизни на переработку ради своего процветания.
Света не просто говорила строго – она вбивала целые сваи, и помешать этому процессу не смел никто, даже неудовлетворенная ответом Ханна, сверлившая глазами новоприбывшую.
– Будем делать вот что: отправьте на наш корабль все, что успели снять, собрать и найти, после чего вам надо посетить третьи координаты, как изначально и было задано Октавией.
– Не хотите подстраховать? – Кросс спрашивал серьезно.
– Если вы не можете справиться…
– Мы в порядке, – прервала Наваро Ханна, встав с места и решив занять твердую позицию, все же это они у них дома, а не наоборот. – Алден хотел, чтобы мы закончили дело, да и мы не из робкого десятка. Но, судя по всему, мы имеем дело с очень опасной хренью, что уже забрала жизнь нашего друга. Он всю жизнь рисковал ею, был исследователем и путешественником, но встретил свою смерть здесь, желая спасти жизнь владельца корабля!
– Звездолет был не брошенный? – Света впервые искренне удивилась, ожидая от Ханны продолжения.
– В криокамере оказался человек, владелец, – Кросс взял слово. – Почти на грани смерти. Если бы мы не подали напряжение, то с минуты на минуту он бы и помер там. Засранец очень хотел жить. Перенастроил всю систему звездолета, чтобы питание шло в основном на его криокамеру, но сам корабль оказался еле живым. Не сделай он так – возможно, уже был бы на том свете.
– Ну и история! – подытожил Наваро.
Света же была в раздумьях.
– Он точно был жив?
– Тепловая сигнатура была. Но не отрицаю, что, возможно, были повреждения мозга или органов. Я так и не смог его исследовать, он упал вместе с
