— А если…
— А, да не каркай, Гарри! — досадливо отозвался янки. — Что за проклятая манера? Тьфу! Словно ты старая баба, которая всяким приметам верит, да все охает, да все стонет… Ну, скоро будем на месте, своими глазами увидим. А покуда и то уж хорошо, что от индейцев мы ускользнули, из шахты выбрались, через болота прошли не завязнув и приближаемся наконец к цели нашего путешествия, хоть усталые, измученные, но, как видишь, невредимые!
Перед вечером пришлось вновь приостановиться, ибо измученные лошади уже еле–еле двигались.
— Эх, я голоден как волк! — пробормотал Гарри, аппетит которого постоянно давал о себе знать.
— И я не прочь бы основательно закусить! — отозвался Джордж, сходя со своего коня. — Если бы уложить бизона, да вырезать его горб, да поджарить в золе…
— Дьяволы вы, право! — прикрикнул на них агент. — Сразу видно, что вы почти мальчишки! Разве я не такой же человек, как вы? А ведь я терплю же? Потерпите и вы! Наконец, постыдитесь хоть девчонки: голодна она, наверное, больше вашего, а молчит.
— На то она индейское отродье! — сконфуженно ответили трапперы.
Но делать было нечего, рассчитывать немедленно раздобыть какую–нибудь пишу не приходилось и устроить охоту тоже было нельзя, так как утомленные лошади не могли двинуться с места. Значит, оставалось покориться участи и ждать, когда можно будет наконец добраться до желанного основательного отдыха на асиенде полковника Деванделля. Там, разумеется, странников ждал радушный прием, если асиенда еще не подверглась разгрому.
Когда часа через два беглецы вновь тронулись в путь на заметно оправившихся лошадях, подкормившихся в прерии, где для животных было много сочной и вкусной травы, всегда молчаливый гамбусино вдруг заговорил, обращаясь к Джону Мэксиму:
— Сеньор! Я слышал, вы тут упоминали имя Левой Руки, вождя арапахо?
— Ну да. В чем дело, гамбусино?
— Вы, сеньор, встречались когда–нибудь с этим… краснокожим?
— Бог миловал. А что?
— Так. Дело в том, что я видел этого вождя, сеньор!
— Быть не может! — удивился Джон Мэксим.
— Да, видел! — подтвердил Красное Облако.
— И он не снял с вас скальпа?
— Как видите, нет! — мрачно улыбнулся индеец. — Впрочем, это было тогда, когда арапахо еще не вырыли топор войны. Знаете, тогда они кое–как ладили с бледнолицыми. Я был гостем у Левой Руки несколько дней…
— Значит, вы выкурили с ним трубку мира? Индеец молча кивнул.
— Это было бы нам при случае очень на руку! — оживился янки.
— Каким образом? — осведомился Красное Облако.
— Вы как друг Левой Руки могли бы при возможной встрече с арапахо выступить в качестве посредника между нами и им…
По устам индейца скользнула загадочная улыбка.
— Что ж? Если я могу оказаться полезным сеньорам… — И он придержал свою лошадь, пропуская Джона Мэксима вперед.
Почти час спустя, когда готовящееся спуститься за горизонт солнце зашло за огромную тучу, словно налившуюся от этого кровью, маленький отряд добрался наконец до вожделенной цели путешествия: странники находились на берегах загадочного Соленого озера.
ЛЕВАЯ РУКА — ВОЖДЬ АРАПАХО
В эпоху, к которой относится наш рассказ, мормоны еще не проникли к берегам Великого Соленого озера, этого внутреннего моря Северной Америки. Вообще эта местность была хорошо известна только скитавшимся по прериям охотникам да пионерам, искавшим для поселения удобных мест. Но покуда тут еще было безлюдно и на огромных пространствах вовсе не было людских поселений, если не считать летних становищ нескольких кочующих индейских племен. Характерным и заслуживающим быть отмеченным обстоятельством является следующее: раньше и индейцы избегали этих мест, но, когда стали показываться бледнолицые, индейцы поторопились загородить им дорогу, чтобы предотвратить захват пастбищ и лугов, где краснокожие охотою добывали себе пищу.
Соленое озеро имеет около 70 миль в длину и 35 в ширину, находится на высоте 1260 метров над уровнем моря. В доисторические времена озеро занимало огромное пространство, простираясь до предгорий Сьерра–Мадре, и поверхностью не менее 175 тысяч квадратных миль. Действительно, это было целое море. Но первые европейцы, проникшие в эту область, застали Соленое озеро приблизительно уже в том периоде умирания, в каком оно находится в настоящее время, постепенно высыхая. Окружающая Соленое озеро местность представляет теперь низменную равнину с топкими берегами. Таким образом, если бы море–озеро вдруг стало подниматься, то оказались бы затопленными огромные пространства. На самом деле даже в дождливые сезоны, когда разливаются реки, несущие свои воды к Соленому озеру, уровень его повышается не больше чем на полтора метра. Унылы окрестности Соленого озера. Огромные пространства тут — безжизненная пустыня, «мертвые поля». И уныло даже самое небо: воздух почти всегда насыщен испарениями озера, почти всегда туманен, лучи солнца робко проникают к его поверхности сквозь пелену паров. Ночью с трудом различишь на небе немногие тускло сверкающие звезды.
Воды озера насыщены солью, причем раствор этот гораздо крепче морской воды: озеро почти в шесть раз солонее моря. Из четырех ведер воды озера можно получить почти целое ведро соли. Соль встречается в неимоверном изобилии и в окрестностях озера, особенно по его берегам, где, блестя на солнце, она лежит пластами колоссальной толщины. Путнику, попавшему сюда, трудно отделаться от ощущения, что это снег, а не соль. Запасы отложенной озером на берегах соли постоянно возобновляются: выйдя из берегов в периоды притока воды или под влиянием сгоняющих ее в одну сторону ветров, озеро отлагает все новые миллионы пудов соли.
Относительно происхождения Соленого озера американские ученые до сих пор ведут ожесточенные споры. По мнению одних. Соленое озеро является остатком моря, куском его, если можно так выразиться, отрезанным от океана после какого–нибудь гигантского катаклизма. По мнению других, трудно сказать на чем именно основанному, озеро родилось, как и все озера земного шара, от скопления принесенных сюда реками и подземными ключами вод, а присутствие соли объясняется будто бы тем, что именно подземные ключи где–нибудь наткнулись на колоссальные отложения соли и, вымывая ее, отлагают на дне Соленого озера.
Так или иначе, но Соленое озеро, по существу, могло бы называться с полным правом Мертвым морем, как некоторые другие соленые озера в Палестине и Аральское море: рыба и разного рода водные животные, попадая в озеро вместе с водами рек, очень быстро погибают, не выдерживая пребывания в густом соленом растворе. Купание в водах Соленого озера довольно рискованная вещь: даже на привычного к соленым ваннам человека пребывание в воде Соленого озера оказывает заметное действие. Тело покрывается, словно корой, кристаллами соли, кожа раздражается, и боль дает о себе знать в течение часа.
