наживку из ведра с гольяном. Был жаркий день и большинство рыбёшек плавали кверху брюхом.
— Я не собираюсь это есть, — сказал я.
— О, но вы должны. Пока вы не поймаете убийцу, вам придётся пробовать мою еду.
— Что вы имеете в виду? — спросил я.
— Ешьте, — сказала Мэйбл.
За три сотни долларов в день я и не такое сожру. Так что я наколол вилкой эту хренотень, задержал дыхание, чтобы не чуять запаха и запихнул в рот. Вкус был именно таким, как я опасался.
Мэйбл смотрела, как я жую. К своей порции она так и не притронулась. Я проглотил и попытался смыть вкус водой.
Мэйбл продолжала смотреть.
До меня допёрло. Она ждала, откину ли я коньки.
— Оскар умер не в ресторане, — сказал я.
— Нет, — ответила Мэйбл. — Но осторожность ещё никому не вредила.
— Никто не собирается пробираться в кухню ресторана и травить вас, — сказал я.
— Кто знает, — она указала вилкой на нечто в моей тарелке, что выглядело как щупальце осьминога.
Я съел его и рыгнул.
— А теперь это.
Это выглядело безобидно. Это выглядело как печенье из хрустящего риса — типа того. Но вкус был такой, будто это провело ночку в мутной застойной воде из аквариума с золотой рыбкой.
Мэйбл наблюдала за мной с нетерпением. Я не блеванул, а хотелось.
— Отлично, — сказала она. — А теперь поменяемся тарелками.
Мы обменялись и она зарылась в свою. Мне поплохело от одного только вида, как она запихивает эдакую дрянь себе в рот. Я помахал официантке и заказал двойной виски со льдом.
Виски помогло. Я пил и пытался не смотреть на Мэйбл.
Да уж, — решил я, — работёнка — не пикник.
* * *
И вот как она началась.
Покинув суши-бар Ямамото и Вэйт Шоп, мы в лимузине отправились на Вингейт Мэнор. Особнячок был что надо.
Мэйбл представила меня всем, как сына старой школьной приятельницы, который оказался на мели и поживёт здесь недельку. Часть, насчёт «пожить недельку» оказалась для меня сюрпризом, но я не возражал. В конце концов, местечко смахивало на роскошный курортный отель, с бассейном, сауной, теннисным кортом, конюшнями и телевизором в каждой спальне. Не удивительно, что обе дочурки и сынок со всевозможными друзьями-подругами не горели желанием отсюда съезжать.
Никто из них не произвёл на меня впечатления убийцы. Что, собственно и не стало большим сюрпризом, раз я уже решил, что у Мэйбл в колоде не хватает парочки карт.
Во время коктейля мы все расселись вокруг бассейна. Дворецкий Джордж разносил напитки. Хотел-то я виски, а получил «отвёртку» из водки с лаймом — то же, что и Мэйбл. После того, как я отпил, она умудрилась поменяться со мной стаканами. В обменах она была большая искусница. Уверен, никто и не заметил.
Джордж передал поднос с закусками. Канапе, как их назвала Мэйбл. Поскольку я гость, сказала она, должен угоститься первым. Съел одну. Что-то вроде миниатюрного сэндвича с печёнкой внутри. Я не особенный ценитель печёнки, но она уж точно по всем статьям обойдёт суши. Меня не скрючило. Мэйбл взяла себе тоже.
Позже остальные члены клана направились в столовую. Я учуял запах жареного мяса. В животе заурчало. Только я сделал шаг в сторону столовой, Мэйбл схватила меня за руку и остановила.
— Мы с Дюком пообедаем позже, — сказала она остальным. — Нам кое-что надо обсудить.
Она отвела меня в кабинет.
— Они не должны догадаться, что я наняла человека, который будет пробовать мою еду, — объяснила она.
— Я так и подумал, — буркнул я.
— Иначе они поймут, что я раскусила их игру.
— Точно, — сказал я.
У неё не мозги, а каша.
В тот момент я бы не отказался и от каши.
Наконец, столовая освободилась. Наша очередь. Мясо было холодным, но на вкус восхитительным. Мэйбл смотрела и ждала. Я налил соусу на картофельное пюре. Отведал. Она подняла брови. Я глотнул красного вина. Съел добрый шмат броколли.
Мы уставились друг на друга.
— Как ощущения? — спросила она.
— Умираю с голоду.
— Вы это делаете впечатляюще.
Мы обменялись тарелками и стаканами.
* * *
Так продолжалось пять дней. Завтрак, обед, коктейль и ужин — где бы мы ни ели, дома или в ресторане, я пробовал всю еду и пил первым. Затем мы менялись и Мэйбл ела свою порцию. Кроме повторной поездки к Ямамото, всё было не так уж плохо.
Я проводил дни, плавая, катаясь на лошадях, иногда играя в теннис с членами клана. Один из зятьёв, Аарон, продемонстрировал на корте свой подлый нрав. Ему нравилось попадать мячом мне в лицо. Он работал доктором — когда не торчал в поместье. Если бы я искал отравителя, поставил бы на него.
Но мне не приходилось искать.
Никто и не помышлял травить Мэйбл. Ей не нужен был телохранитель или тестер. Кто ей был нужен, так это мозгоправ.
Я знал, что всё в ажуре.
* * *
В пятницу, после обеда, спустя четыре часа после нашей второй поездки к Ямамото, мой желудок не выдержал до коктейля. Я прокрался на кухню. Элси — поварихи — на месте не было. Закуски были готовы. Я вытащил поднос, полный канапе, из холодильника, поставил на стол и взял один крошечный сэндвич. Маффин, который за последние несколько дней исполнился нежности к моим ботинкам, терзал мою лодыжку. Я поднял верхнюю половинку одного из сэндвичей и понюхал. Печёнка, гадость. Я швырнул его через всю кухню и Маффин резво поскакал за бутербродом.
И сожрал.
Адьос, Маффин.
Может быть, Маффин отравился канапе, а может — и нет. Может быть, его моторчик выбрал именно этот момент для поломки.
Может.
Только я — сыщик опытный. Я в совпадения не верю.
Мэйбл таки не была психичкой.
Я вроде как даже обрадовался. Я начинал питать к старой даме тёплые чувства. Я был рад узнать, что она не рехнулась.
Я поставил поднос с отравленными канапе обратно в холодильник. Затем припрятал бренные останки Маффина в кладовку и поднялся к себе за Слаггером[13].
Слаггер — это мой револьвер 38-го калибра, укороченный. У меня нет разрешения на скрытое ношение оружия (забрали, когда я подстрелил того клиента), но идти против убийцы без подстраховки я не собирался, так что Слаггер отправился за пояс. Я вытащил рубашку из брюк, чтобы замаскировать его и вышел к бассейну.
К пяти вся шайка-лейка была уже на месте.
— Кто-нибудь видел Маффина? — спросила Мэйбл.
Никто не видел Маффина. Включая меня.
Джордж вышел с подносом коктейлей. Мы взяли стаканы. Я глотнул. Мэйбл попыталась проделать обычный обмен, но я покачал головой.
