— Я прочел задание, — хрипло сказал хакер, и стало ясно, что первое впечатление обманчиво: это не подросток, а взрослый мужчина лет сорока. — Оно совершенно понятно. Зачем понадобилась эта встреча?
Марч откашлялся.
— Она оказалась даже более необходимой, чем я предполагал. Дело в том, что вы должны работать в Берлине…
— И в чем проблема? — Худые длинные пальцы прошлись по кнопкам, словно по клавишам флейты, включился электромотор, коляска двинулась вперед, назад, развернулась вокруг оси, это что-то напоминало, и через секунду Кевин понял, что именно: хакер танцевал вальс!
— Что ж, хорошо, — несколько смущенно сказал Марч. — Как вы собираетесь решить задачу?
— С помощью программы-паразита, ее называют вирусом. Тип — ленточный червь… Для ваших целей можно назвать ее «Троянский конь». Насколько я понимаю, по смыслу подходит. И звучит красиво…
— Но газовая программа наверняка будет защищена!
— За свою практику я не встречал ни одной незащищенной программы, — слегка обиделся хакер. — На то, чтобы ввести «червя», мне потребуется от трех до пяти часов. Это реально?
Марч кивнул.
— Думаю, да. И как будет действовать ваша программа?
На лице хакера мелькнула тень улыбки.
— Как требуется, так и будет. Только четко сформулируйте задачу, а я соответствующим образом выдрессирую своего «червя». Можно заложить погрешность в работу насосов и задвижек. Крохотную, совершенно незаметную. Но она будет постепенно накапливаться в одну или другую сторону. Или давление в трубе снизится, и транспортировка остановится, причем запустить систему будет весьма сложно, а если запустят, через какое-то время она вновь остановится…
Марч жадно слушал.
— А другой вариант?
— Или давление будет повышаться, — мужчина, похожий на мальчика покачал головой. — Но это способно привести к разрушению фланцевых соединений или даже разрыву трубы…
— Это более предпочтительный вариант, — кивнул Марч. — Трубопровод должен быть полностью выведен из строя. Пол-но-стью!
Хакер недовольно поджал губы.
— Я не понимаю, о чем вы говорите! — резко сказал он. — И не собираюсь ничего выводить из строя! Я решаю математическую задачу и имею дело только с цифрами. Есть множество факторов с вариабельными характеристиками, есть конечный параметр. Моя задача состыковать их определенным образом, и только!
Марч встал, подошел вплотную и наклонился. Чисто физическое превосходство всегда много значит. В бесцветных глазах за толстыми стеклами колыхнулось беспокойство.
— В публичном доме не бывает набожных девственниц! — холодно произнес он. — Я ставлю вам конкретную задачу: уничтожить трубопровод полностью! Вы можете ее решить?
Загудел мотор, коляска отъехала назад, развернулась к окну. Марч смотрел в узкую, перекошенную спину инвалида и испытывал неловкость. Он знал свойства своего взгляда, но сейчас явно перегнул палку. Не стоит так давить. Парень хочет сохранить лицо, и это его право… В конце концов, многие шлюхи выдают себя за набожных девственниц, и если это не сказывается на качестве обслуживания клиентов, то их никто не наказывает!
— Извините за грубость. — Марч вернулся на скрипучий диван. — Вы можете решить поставленную задачу?
С легким гудением кресло развернулось в прежнее положение.
— Почему нет? — пожал плечами хакер. — «Червя» можно выдрессировать как угодно. На определенной стадии, когда давление поднимется до критического, задействуем короткое замыкание в электросети насоса, тогда произойдет не просто локальное механическое разрушение, но мощный тепловой взрыв!
Хакер вошел в азарт и взмахнул зажатой в костлявой руке ручкой, как дирижер своей палочкой.
— Что ж, это вполне подходит, — задумчиво произнес Марч. — А можно обнаружить этого вашего «червя» в основной программе?
Ответом была широкая улыбка.
— Я смогу это сделать. Кобо Уэбо из Токио — тоже. Пожалуй, Саймон Локк справится, но он живет далеко, в Сиднее… Вот и все. Для всех остальных мой «червь» невидим… Еще вопросы?
— Как тебя зовут?
— Робин.
— Мне кажется, мы подружимся, Робин. — Марч извлек из заднего кармана плоскую фляжку с виски. — Хотите выпить?
— Почему бы нет? — кивнул Робин. — Где-то здесь должны быть стаканы…
Через полчаса виски кончился, и Марч уехал первым. Они с Робином остались довольны друг другом.
* * *
Если выехать из Берлина на северо-восток по автобану М120 и через 30 километров свернуть на местное шоссе Е5, то через двадцать минут справа, на лесной опушке, откроется полутораэтажный дом из потемневших от времени досок, стоящий на берегу заросшего водорослями и кувшинками пруда. В просторном, огороженном легкой изгородью дворе стоит новенькая, блестящая черным лаком «Ауди Q-7» и неброский, видавший виды серый «Фольксваген».
Их владельцы, голые, лежат в полутемной гостиной и негромко переговариваются.
— Я правда не похожа на лошадь?
— Да что за ерунда? Такое могли придумать только завистники! Ты настоящая немецкая женщина! Если бы я был скульптором, я бы вырубил тебя в полный рост из мрамора или гранита. Опирающейся на весло…
Человек, который сменил много имен, а последние пять лет звался Куртом, потрогал щегольские усики, усмехнулся, но тут же поспешно стер улыбку, хотя Инга не могла ее видеть: она растянулась поперек широченного дивана, уткнувшись лицом ему в колени.
— Какой ты романтичный, Курт… Почему на весло?
— В России во всех парках стояли скульптуры «Женщина с веслом», — снова усмехнулся мужчина. — Правда, из гипса и с отбитыми носами…
— Ты бывал в России?
— Нет. Дедушка Макс был в русском плену, он много рассказывал…
— Наверное, это было раньше. Я только вернулась из Москвы, но «Женщин с веслом» не видела. Правда, и по паркам не ходила. Переговоры, консультации, протокольный банкет…
— И как прошли переговоры? — Осторожно повернувшись, Курт пытался нащупать на резной тумбочке сигареты, но безуспешно. Тогда он дотянулся до выключателя, щелкнул кнопкой — мягкий голубоватый свет из-под стеклянного колпака торшера осветил просторную комнату со старой, но добротной мебелью, вышедшими из моды коврами и тяжелыми шторами на оконных проемах. Пахло пылью, нежилой запах еще не выветрился.
— Закончились они лучше, чем начинались, — засмеялась Инга и перевернулась на спину, согнув ноги в коленях. — Нас принимали в небоскребе «Трансгаза» — последний этаж, прозрачные стены, прозрачный лифт. Красиво. Но шеф панически боится высоты и открытого пространства. Я думала, у него начнется истерика, и все полетит в тартарары…
— И что?
Курт наконец нашел сигареты, прикурил, дал затянуться женщине. Та, вытянув губы трубочкой, пустила к потолку несколько расширяющихся колец.
— Хорошо, что я дала ему успокаивающую таблетку, — она вернула сигарету и улыбнулась. — Да и русские догадались зашторить окна, так что все прошло гладко. Подписан контракт на пять миллиардов евро!
— На сколько?! — Курт дернулся.
— Пять — миллиардов — евро, — с расстановкой повторила она.
— Да, вижу мне надо переходить в газовую сферу! — с досадой произнес мужчина. — На недвижимости таких денег не заработаешь, даже если продашь «Бурдж аль Араб»![9] Или пирамиду Хеопса!
— У нас тоже нечасто бывают такие контракты. — Инга встала, подошла к столу, налила и жадно выпила стакан колы. — В этот раз фирма взяла полное обеспечение нового газопровода. Оборудование, монтаж, разработка компьютерной программы управления перекачкой… Такие объемы бывают раз в десять лет…
— На этой сделке ты и разбогатела?
Фройлян Шерер взяла с подноса стакан с виски, добавила лед, подошла к окну, раздернула шторы и задумчиво уставилась на морщинистый от ветра пруд, голые ветки деревьев, желтую листву на еще зеленом газоне. Курт внимательно осмотрел ее с головы до пят. Нескладной костистой фигурой она и вправду напоминала лошадь. Развитый плечевой пояс, ноги и руки мускулистые, как у мужчины, откровенно торчащие ребра…
«Худая корова еще не газель!» — вспомнил он поговорку, способную разорить все фитнес-салоны. Но тут же устыдился столь неджентльменских мыслей. Надо найти Инге объективное, но более мягкое прозвище!
— Гюнтер Краус станет еще богаче, — наконец ответила женщина. — Его московский партнер тоже. Все остальные останутся при своих…
— Да ну?! — хмыкнул мужчина. — А как же последние приобретения? Хороший домик, дорогой автомобиль…
Инга залпом выпила соломенного цвета жидкость.
— Моего бонуса на это бы не хватило. Помогло наследство родителей.
— Да ну?! — повторно хмыкнул Курт. — А может, это подарки твоего шефа? Разумеется, абсолютно бескорыстные…
