Как заброшенный, но еще не успевший обветшать, город.
— Эй, Луи, — нарушил давящее молчание Андреа. — Мне любопытно кое-что.
— Да?
— Мы знакомы уже давно. Ты не раз останавливался у меня. Можно сказать, мы почти что семья.
— Не нравится мне, куда ты ведешь...
— Расслабься, — махнул он. — Почему ни ты, ни звездная леди не принимаете книги по тауматургии?
— Понимаешь ли...
— Со снами все хорошо. Вы охотно берете работы по грезам и бестиарии, но остальная часть... Том про ритуалы — запрещен, сборник историй про культы с подробным описанием практик — запрещен. Да даже учебник алхимии, Луи! Что с вами не так?
— Тауматургия — опасна. Сам знаешь.
— И что? Деньги, Луи! Все дело в деньгах! — запротестовал Андреа. — На вокзале графства охраны нет. Никто не досматривает багаж. Местные охотники буквально кричат: «Нам нет дела до ваших книжек!» И что делаете вы? Не покупаете их! Золотая жила лежит перед глазами, так чего же вы ждете!
— Подорвавшийся бедолага... Рентин думает иначе. Неужто хочешь, чтобы таких стало больше?
— Плевать. Чем мы, по-твоему, сейчас занимаемся? Тауматургией, Луи! Снохождение тоже тауматургия.
— Здесь меньше шансов умереть.
— Зато десятки путей сойти с ума и привести в наш мир нечто.
— Кстати, о грезах, — попытался перевести разговор Луи. — Ко мне тут недавно в магазин заходила хромоножка. Искала книгу по снам.
— Хромоножка? Красавица хоть?
— Парень, — покачал головой мужчина.
— Но... — начал Андреа, но затем устало вздохнул. Луи часто использовал слова не по назначению и придумывал новые. Когда они познакомились, Андреа часто поправлял товарища, но потом свыкся. — Неважно. Какой-то парень искал книжку. И? Что было дальше?
— Он отрубился. Ну я перетащил его в гостевую. Просыпается он посреди ночи и как заорет. У меня аж кровь застыла в жилах. Ты бы слышал этот вопль.
Андреа кивнул, призывая продолжить.
— Напялил я одежду для улицы. Маску, очки и перчатки. Я же не дурак — вижу с парнем что-то не так. Захожу в комнату, а он скребет шею ногтями!
— ... Ужас, — поморщился он.
— Вот именно! Еще эта рука... Полностью немая.
— А вот тут поподробнее, — подсел ближе Андреа. — Хромой, немая рука и... ты сказал, шея?
— Ага, — кивнул Луи.
— О боги, Берислави...
— Знаешь его?
— Конечно. Он работает у меня. Приходит постоянно раньше всех, включает станки. Говоришь, он искал книгу про сны?
— Еще и так уверенно, — согласился Луи. — Без запинок сказал название и автора — «Странствия в ночи» Фрэнка Рузова. Так, еще и недавно он приходил вызнавать, где у нас библиотека. Ну я и направил к Краговой.
— Что тебе сделала звездная леди, раз ты послал к ней чумного? — нервно усмехнулся Андреа. Он желал перевести разговор в шутку. Но понимание, что каждый день рядом с ним работает больной, тревожило.
«Нужно поскорее избавиться от него, — подумал мужчина. — Чумной. Да еще и связавшийся с тауматургией... Секундочку. Он знал про книгу. Откуда?»
— Рассудил, что лучше сказать. Ну, чтобы он быстрее ушел, — встал с лавки Луи и зашагал к ближайшему вагону. — Ну, скоро рассвет. Мне еще лавку открывать.
— Было приятно поговорить, — попрощался Андреа.
— Мне тоже, — скрылся за дверью Луи, оставляя мужчину наедине со своими мыслями.
«Завтра скажу Берислави, что увольняю его», — решил Андреа и открыл глаза, просыпаясь.
Глава 9. Последствия
— ... Корона Цепей, — произнес Сэмюэль имя бога в третий раз.
Вызов вестника, чтобы прогнать фею был излишен. Подобно попытке убить назойливого комара взрывом квартиры. Но у парня не осталось выхода. Других способов он не знал.
Немо замер столбом, не веря в происходящее. Секунду спустя резко отбросил в сторону помятую ножку и запустил обе руки в складки хламиды. Покопавшись, вытащил шарик плоти размером с ладонь.
«Такой маленький», — подумал Сэмюэль.
Затем тело феи съежилось, словно из него высосали всю влагу. Кожа обвисла на костях, как одежда на вешалке. Шарик плоти, который когда-то был правой рукой Сэмюэля, шмякнулся на пол. Пальцы Немо всосало в ладони, затем ладони — в локти, локти — в плечи.
Парень поморщился. Тело феи вместе с бело-красной хламидой мерзким червем пролезло через пуповину, а сама мясная трубка рассосалась в воздухе, как сигаретный дым.
В следующий миг он что-то почувствовал. Нечто тяжелым булыжником упало в кокон, создавая волны и тысячи брызг. Скамейки пугливо подпрыгнули, по молочным колоннам поползли трещины, а мозаики лопнули мыльными пузырями.
Сэмюэль не знал, как выглядели вестники. И не желал знать. Палец вдавил ржавый болт глубже в фанеру и... Выстрела не было. Вдавил снова. На этот раз сильнее. Снова ничего. Еще раз, еще, еще и еще. Тщетно. Оружие для пробуждения в одну
