—Теперь уже нет. Какое-то время, долгое время было больно. — Она взяла тряпку и принялась протирать уже чистую поверхность стола. — А сейчас я просто храню хорошие воспоминания. Я должна позвать мальчиков в дом...
Стелла обернулась на цокот каблуков по паркетному полу и изумленно раскрыла рот. Она прекрасно помнила, как при знакомстве была потрясена красотой Розалинд Харпер, но впервые увидела эту красоту в достойной оправе.
Обтягивающее платье приглушенного медного цвета оттеняло сияние безупречной кожи. Босоножки на шпильках еще больше удлиняли стройные крепкие ноги. Изящное ожерелье с каплевидным золотистым топазом в центре обнимало шею, спускаясь до самой груди.
—Дэвид? — Роз окинула кухню быстрым взглядом и закатила темные бездонные глаза. — Я из-за него опоздаю!
Стелла театрально выдохнула.
—Секундочку. Я только скажу: «Блеск!»
Роз, улыбнувшись, медленно повернулась.
—Наверное, я купила эти босоножки в приступе безумия. Они меня точно убьют, но если уж тащиться на благотворительный прием, то я предпочитаю заявить о себе во весь голос.
—Если это заявление: «Я непростая штучка», — вмешалась Хейли, — вы попали точно в цель.
—Чего и добивалась.
—Выглядите сногсшибательно. Элегантно и в то же время сексапильно. Это высший пилотаж. Все мужчины захотят проводить вас домой.
Роз засмеялась и покачала головой.
—Как здорово, когда в доме есть женщины! Тем не менее я должна поторопить Дэвида. Если ему не наподдать, он будет прихорашиваться еще час.
—Желаю повеселиться.
—Уж матерью троих взрослых сыновей она точно не выглядит, — прошептала Стелла, когда Роз выплыла из кухни.
Хейли втирала в кожу масло с витамином Е и смотрела в зеркало, пытаясь представить себя через двадцать лет. Интересно, сумеет ли она сохранить фигуру и уверенность в себе. Конечно, природных данных у нее гораздо меньше, чем у Роз. Бабушка говорила, что порода начинается с костей, и, глядя на Роз, Хейли наконец поняла, что это значит.
Хейли сознавала, что никогда не будет такой восхитительной, как Роз, или такой эффектной, как Стелла, но и она не дурнушка. Ухаживает за собой, пользуется всеми хитростями макияжа, о которых читает в журналах. Парни считают ее привлекательной.
Она опустила взгляд на живот — веское тому доказательство — и скривилась в самоуничижительной улыбке.
Или считали. Большинство парней вовсе не влечет к беременным женщинам. Вот и отлично, потому что она на данном этапе своей жизни мужчинами совершенно не интересуется. Единственное, что сейчас важно, — ее ребенок.
—Все теперь вертится вокруг тебя, малыш.
Надев огромную футболку, Хейли забралась в кровать, взбила подушки и, как каждый вечер перед сном, начала читать одну из сложенных на тумбочке книг о беременности, родах и раннем развитии детей.
Когда глаза начали слипаться, она закрыла книжку, выключила свет, свернулась под одеялом, насколько позволял живот, и прошептала:
—Спокойной ночи, малыш.
Уже засыпая, она почувствовала это. Холодок и уверенность в том, что она не одна. Сердце испуганно вздрогнуло и забилось быстрее. Хейли собралась с духом и осторожно приоткрыла глаза. Она увидела фигуру, стоящую у кровати.
Светлые волосы, прелестное печальное лицо... Хейли захотелось завизжать — такое желание возникало у нее каждый раз, как она видела эту женщину, но она сдержалась и, чуть осмелев, протянула руку.
Пальцы прошли сквозь руку женщины, и Хейли все-таки испустила приглушенный вопль, а потом стала на ощупь искать выключатель. Женщина исчезла.
—Я не чокнутая. Это не галлюцинация... — прошептала Хейли, вся дрожа.
Стелла влезла на стремянку, чтобы повесить еще одну корзинку с цветами. Изучив прошлогодний товарооборот, она решила увеличить предложение на пятнадцать процентов.
—Я и сама повесила бы, — не унималась Хейли. — Я не упаду с какой-то глупой стремянки.
—Даже не думай. Подай-ка мне вон ту корзинку. С бегониями.
—Они и правда красивые. Такие пышные!
—Бегонии и бальзамины покупают помногу. Роз и Харпер столько их вырастили за зиму, что мы легко удовлетворяем спрос и держим низкие цены. Это наш хлеб с маслом.
—Люди могли бы выращивать сами. Им обошлось бы дешевле.
—Конечно, — Стелла спустилась на пол, передвинула лесенку и забралась на нее снова. — Сюда повесим вьющуюся герань. Конечно, дешевле, но как устоять перед таким разноцветьем? Даже заядлые садоводы, которые сами занимаются размножением цветов, не могут равнодушно пройти мимо больших красивых растений. Цветы, моя юная ученица, сами себя продают.
—Тогда развесим корзины повсюду.
—Соблазн — двигатель торговли. То ли еще будет, когда мы выставим перед фасадом однолетники и раннецветущие многолетники! Покупатели потянутся, как мухи на мед.
Стелла взяла еще одну корзину.
—Вот так. Пожалуйста, набери сообщение Роз. Я хочу, чтобы она это увидела и разрешила взять из третьей теплицы цветов для пары дюжин корзин. И выбери вазон. Один из тех больших, что не продались в прошлом году. Я хочу наполнить его цветами и поставить у кассы. Нет, выбери два! И сотри сниженную цену. Когда я закончу, они не просто разлетятся, как горячие пирожки, но и принесут нам хорошую прибыль.
—Есть, командир!
—Пусть один будет с кобальтовой глазурью! — крикнула Стелла вслед помощнице. — Ты знаешь какой? Но ни в коем случае не таскай сама!
Мысленно Стелла уже составляла композицию. Белые гелиотропы, бальзамины, россыпь лобулярии, вкрапления серебристо-голубых васильков и шалфея, стелющийся побег петунии. Надо было попросить Хейли найти горшок серо-стального цвета. Поиграть на контрасте с кобальтом и сделать яркую, дерзкую композицию: розовая герань, лобелия, вербена, красный бальзамин «Новая Гвинея».
Стелла подсчитала в уме стоимость растений, горшков, земли и улыбнулась, подвешивая очередную корзинку.
—Разве вы не должны возиться с документами?
Она чуть не кувырнулась со стремянки, то есть кувырнулась бы, если бы не крепкие руки, удержавшие ее за бедра.
—Это не все мои обязанности. — Стелла начала было спускаться, но поняла, что благодаря лесенке может не смотреть на него снизу вверх. — Логан, вы можете убрать руки.
—А им и так хорошо. — Руки он, конечно, убрал. — Красивые корзины.
—Хотите купить?
—Может быть. Я заметил выражение вашего лица, когда вошел.
—Естественно, на нем было выражение. Лицо на то и лицо, чтобы что-то выражать.
—Нет, так выглядит женщина, когда думает о том, как свести мужчину с ума.
