—Да, — согласилась Стелла. — Хотите верьте, хотите нет, но у меня примерно такие же отношения с файлами.
Логан с изумлением взглянул на нее.
—Скажете тоже! В общем, иногда у меня возникали идеи. Например, кизильник и барбарис лучше бы поменять местами, а в том углу посадить золотистые кипарисовики. Так я и занялся дизайном.
—Я тоже одно время подумывала о дизайне, но не сработало. Я с трудом воспринимала идеи команды... или клиента. Слишком зацикливалась на математической и научной стороне процесса и увязала в нем, когда пора было переходить к искусству.
—Кто занимался вашим садом там, на Севере?
—Я. Если моя задумка требовала больше оборудования и мускульной силы, чем могли обеспечить мы с Кевином, я составляла список. — Стелла улыбнулась. — Очень подробный список со всеми спецификациями и эскизами на миллиметровке. А пока другие работали, я стояла у них над душой. Я чемпионка по стоянию над душой.
—И никто не столкнул вас в яму и не закопал?
—Нет, ведь я милая и дружелюбная. Может быть, когда я найду себе дом, доверю вам консультировать меня по ландшафтному дизайну.
—Я не милый и не дружелюбный.
—Уже заметила.
—И не слишком ли опрометчиво для прямолинейной, целеустремленной фанатки порядка доверять моим советам, если она видела всего одну мою работу и ту на ранней стадии?
—Я возражаю против термина «фанатка», предпочитаю «поклонница». И, между прочим, я видела не одну вашу работу. Они были завершенные. Я взяла несколько адресов из архива и прокатилась. Это моя работа, — уточнила она, когда перед знаком «Стоп» Логан резко нажал на тормоз и уставился на нее. — Я некоторое время наблюдала, как работают Харпер и Роз, остальные служащие, и считала необходимым посмотреть на ваши законченные проекты. Мне понравилось.
—А если бы не понравилось?
—Если бы не понравилось, я бы промолчала. Бизнес принадлежит Роз, и ей ваша работа явно нравится. Но я бы потихоньку изучила других дизайнеров, собрала воедино все данные и представила их Роз. Это моя работа.
—А я-то думал, что ваша работа — управлять питомником и раздражать меня бланками.
—И это тоже. Но в рамках управления я должна обеспечить питомнику «В саду» не просто приличных служащих, субподрядчиков, поставщиков и оборудование, а самых лучших, каких Роз может себе позволить. Вы обходитесь дорого, но ваша работа этого стоит.
Логан не шевельнулся, не проронил ни слова, только хмуро смотрел на нее, и она сделала большие глаза.
—Мужчины обычно не дуются, когда женщины хвалят их работу.
—Хм-м. Мужчины никогда не дуются, они размышляют.
В чем-то Стелла права, но ему пришло в голову, что она много знает о нем... личного. Например, сколько он зарабатывает. Как к этому относиться? Ответ нашелся быстро: ему не очень комфортно.
—Моя работа, моя зарплата, мои расценки касаются только меня и Роз.
—Уже нет, — обрадовала его Стелла. — За Роз последнее слово, без вопросов. Но управляю питомником я и, по моему мнению, пригласив вас, мисс Харпер проявила потрясающую предусмотрительность и прекрасную деловую хватку. Она платит вам очень хорошо, потому что вы стоите этих денег. Почему вы не хотите принять мои слова как комплимент и покончить с размышлениями?
—Не знаю. А сколько она платит вам?
—Это касается Роз и меня, но, разумеется, вы имеете право спросить ее. — Из сумки донесся саундтрек к «Звездным войнам». — Выбор Гэвина, — пояснила Стелла, выуживая телефон. Судя по цифрам на дисплее, сын звонил из дома. — Привет, малыш!
Несмотря на остатки раздражения, Логан заметил, как просияло ее лицо.
—Правда? Потрясающе. Угу. Обязательно. Пока.
Она захлопнула телефон-раскладушку и убрала его в сумку.
—Гэвин получил «отлично» за тест по правописанию.
—Ура!
Стелла засмеялась.
—Теперь я должна купить пиццу пепперони. В нашей семье мотивация или, проще, подкуп — не морковка, как для ослика, а пицца пепперони.
—Вы подкупаете своих детей?
—Часто и без угрызений совести.
—Умно. Они привыкли к школе?
—Да. Зря я беспокоилась и чувствовала себя виноватой. Надо будет запомнить на будущее. Для них это был очень серьезный период: новое место, новая школа, новые люди. Люк легко заводит друзей, но Гэвин немного застенчив.
—Он не показался мне застенчивым. В парне есть искра. В них обоих есть.
—Связь через комиксы. Вы друг Паучка и всех прочих, поэтому они вас не стесняются. В общем, они привыкли, а я могу вычеркнуть из списка тревог пункт «травмирование сыновей тем, что оторвала их от друзей».
—Бьюсь об заклад, у вас на самом деле есть такой список.
—Как у каждой матери. — Когда пикап свернул к питомнику, Стелла довольно вздохнула. — Отличный был день! И разве здесь не прекрасно? Только взгляните! Привлекательно, профессионально, радушно, надежно. Я завидую интуиции Роз, не говоря уж о ее смелости.
—По-моему, и вы смелая.
—Это комплимент?
Логан пожал плечами.
—Наблюдение.
Стелле понравилось, что он считает ее смелой, и она не стала признаваться, что большую часть времени боится до смерти. Просто порядок и рутина надежнее крепостных стен держат в узде ее страх.
Ну, спасибо. За наблюдение и за чудесный день. Без шуток. Я очень вам благодарна. — Стелла открыла дверцу и спрыгнула на землю. И в моем списке необходимых дел есть пункт «попробовать ребрышки».
—Вы не пожалеете.
Логан вылез из кабины и подошел к Стелле. Он сам не знал, почему это сделал. Привычка, наверное. Хорошие манеры, которые матушка прививала ему с детства. Но это же вовсе не возвращение со свидания, когда он должен проводить девушку до двери и поцеловать на прощание.
Стелла хотела было протянуть ему руку для рукопожатия, но решила, что это будет чопорно и смешно, а потому улыбнулась и потрясла сумочкой.
—Я послушаю диск вместе с мальчиками. Интересно, что они скажут.
—Хорошо. Пока.
Логан двинулся было к своей дверце, вдруг выругался под нос, бросил солнечные очки на капот и развернулся.
—Пора с этим разобраться.
Стелла не была ни глупой, ни наивной. Она знала, что задумал Логан, когда он еще был в шаге от нее, но, похоже, увиливать не собиралась.
Логан пробормотал что-то неразборчивое, погрузил пальцы в ее волосы, провел, как гребнем, притянул к себе, и ей волей-неволей пришлось встать на цыпочки. Стелла увидела его глаза с золотыми искорками, припорошенными зеленью, но тут же все расплылось, и его твердые, горячие губы прижались к ее губам.
Ни сомнений, ни осторожности, ни особого дружелюбия она не почувствовала. Сплошная требовательность и раздражение. Как будто он исполнял долг и решил не отступать, хотя и не очень доволен происходящим.
