Кит уже не чаял добраться в Кларимонд-Хаус до темноты и тупо смотрел на мокрый мир за окном. К тому времени, как карета въехала в ворота поместья сэра Генри, на улицах уже зажгли факелы.
Прибыли они с шумом. Прибежал лакей, помог распрячь усталых лошадей и отвел их в сухую конюшню. Джайлз слез с облучка и открыл Киту дверь кареты со словами:
— Проходите в дом, сэр, вам надо согреться.
— Пойдем вместе, Джайлз.
— Мне надо проследить, как поставят карету.
— Потом посмотришь.
— Нет, сэр, нельзя, — последовал ответ.
Кит кивнул и поспешил к дому. В прихожей он долго стряхивал капли дождя со своего плаща, а потом появился высокий слуга в красном камзоле и подал ему чистую льняную тряпку. Кит вытер лицо и влажные волосы, и с благодарностью вернул тряпку. Слуга обратился к нему:
— Вы голодны, сэр?
— Еще как, — ответил Кит. — Теленка бы съел. Мы два дня в дороге.
Слуга кивнул и величественно объявил:
— Я сообщу кухарке.
— Вот и отлично, — согласился Кит.
— Я правильно понимаю, что сэр Генри и мистер Ливингстон отправились в путешествие?
— О, да. Они далеко, — ответил Кит, не зная, что еще сказать. — Мы с Джайлзом вернулись одни.
— Вижу. — Слуга повернулся, но помедлил. — Вам что-нибудь нужно до обеда, сэр?
— Хотелось бы переодеться, если это не слишком сложно, — сказал Кит. — А вещи хорошо бы постирать.
— Конечно, сэр. Я велю принести одежду в вашу комнату. Что-нибудь еще?
— Да, — решительно произнес Кит. — Как вас зовут?
— Сэр?
— Я что-то непонятное сказал?
— Я слуга сэра Генри, сэр. Можете звать меня Вильерс.
— Спасибо, Вильерс.
Слуга загадочно улыбнулся и двинулся прочь.
Кит поднялся по лестнице в свою комнату. Крошечные окошки с толстыми стеклами пропускали мало света, а еще в комнате было холодно. Постучали. Голос слуги произнес:
— Ваша одежда, сэр.
Кит открыл дверь и взял сверток. Он поблагодарил слугу и спросил, не может ли тот зажечь свечи. Пока слуга возился с канделябрами, Кит разложил на кровати одежду. Бриджи кончались под коленями, к огромной рубашке прилагался длинный жилет из синей парчи с пуговицами и с карманами размером с седельные сумки. Ну, такая нынче здесь мода, вздохнул Кит. Он с удовольствием содрал с себя влажную одежду и надел сухую, попутно еще раз удивившись нереальности своего положения. Как рыба на берегу, подумал он, натягивая толстые шерстяные чулки. Он засунул ноги в большие, похожие на лодки туфли. Потом, вспомнив о своей апостольской ложке, достал ее, сунул в карман и побрел вниз по лестнице в поисках места потеплее. В кабинете сэра Генри весело горел огонь. Большое коричневое кожаное кресло с подлокотниками было придвинуто к камину. На маленьком круглом столике рядом с креслом стояли хрустальный графин и маленькая оловянная чашка. В железном подсвечнике горело сразу восемь свечей.
Вот это уже больше похоже на дело, подумал Кит, опускаясь в глубокое кресло. Он вытянул ноги поближе к огню и занялся графином. Пахучая жидкость, по его мнению, могла быть только бренди. Он налил немного в чашку и сделал глоток. Ядовитая субстанция обожгла ему не только горло, но и пищевод, вызвав приступ кашля, от которого разболелись пострадавшие ребра и слезы выступили на глазах.
Перелив остаток обратно в графин, он встал и начал изучать книжные полки по сторонам уютной комнаты. На полках стояли огромные тома в кожаных переплетах. Киту доводилось видеть такие в запертых стеллажах университетской библиотеки. А здесь — пожалуйста. Он взял подсвечник и попытался прочитать названия на корешках. Наверное, латынь… все непонятно: «Principium Agri Cultura»[12], «Модус Мундус»[13], «Commentarius et Sermo Sacerdos»[14] и тому подобное.
Латынь Кит едва знал, но все же смог разобрать несколько названий. Он провел пальцами по некоторым корешкам, прослеживая названия и произнося слова про себя. «Ars Nova Arcana»[15] с трудом прочел он по слогам и понял, что уже не один в комнате.
Почему-то Кит решил, что это Джайлз решил присоединиться к нему, однако, повернувшись, он обнаружил, что его внимательно рассматривает молодая женщина, стоявшая в дверях.
— Ты грабитель? — спросила она, входя в комнату. — Вор? Footpad[16]?
— Э-э, нет… я, м-м…
— Что ты делаешь в кабинете сэра Генри? Почему прячешься? Кто тебе разрешил сюда войти?
— Слишком много вопросов, — не особо обеспокоенный ответил Кит. — Я даже не знаю, на какой из них отвечать первым.
Пожалуй, но выбрал неверный тон. Она еще больше разозлилась.
— Наглец! — воскликнула она. — Я прикажу побить тебя и вышвырнуть вон. — Не сводя с него глаз, она громко крикнула: — Вильерс!
— Подождите, пожалуйста, — вымолвил Кит, — Это недоразумение. Я даже не знаю, что такое footpad.
— Так кто же ты, наконец?! Говори немедленно!
— Ну, можно сказать, что я — гость сэра Генри Фейта…
Она шагнула вперед, выйдя из тени, и Кит понял, что видит перед собой самую красивую женщину, какую ему доводилось видеть в жизни. Изящная фигура в платье из небесно-голубого атласа с мерцающей серебряной вышивкой; ряд крошечных черных ленточек украшал оба атласных рукава, корсаж подчеркивал восхитительные линии тонкой талии. Лебединую шею украшала единственная нитка черного жемчуга. Кита поразили лучистость ее проницательных карих глаз; чувственный рот с полными губами; тонкая линия подбородка; высокий гладкий лоб и длинные темно-рыжие кудри.
Каждая из черт, подмеченных Китом, оказывалась лучше предыдущей. Несомненно, в комнате вместе с ним оказалась богиня, нездешнее создание, с которым он и говорить-то недостоин. Но ситуация как раз требовала говорить. Вернее, требовала красавица.
— Да говори же, наконец! — раздраженно воскликнула она. — Я требую! Невоспитанно заставлять даму ждать.
— Я был с ними, с сэром Генри и господином Козимо, — наконец нашелся Кит. — Ну, они исследуют, как бы это сказать?..— Кит снова заколебался, не зная, как сформулировать мысль.
— Ты имеешь в виду их секретные научные эксперименты?
— Вы знаете о них?
— Я знаю о них все, — небрежно ответила она. Теперь Кит заметил, что дама говорит с легким акцентом, похожим на его собственный, и вообще ее манера говорить выдавала в ней скорее его современницу, чем здешнюю обитательницу. Он бы сразу это заметил,
