— Спасибо! Дальше я справлюсь. — Протянула ладонь, предлагая мужчинам пожать её на прощанье.
— Мы не торопимся, — Марлоу хлопнул меня по плечу и тут же отдёрнул руку.
Я нахмурилась, не понимая причину досады боцмана.
— Богато живут, — заметил Бастер.
Живая изгородь из роз действительно выглядела потрясающе. За ней сновали слуги, слышался вполне понятный говор. Цвет кожи некоторых людей был темнее обычного. Я знала, что в большинстве своём это рабы. У нас в семье плохо относились к такому явлению и никогда не поддерживали. Но это колония, здесь возможно всё.
Цокот копыт привлёк моё внимание. Я с интересом уставилась на белоснежную карету, украшенную позолотой, на чёрных вороных коней, гордо везущих кого-то важного.
И вот ворота дома, где предположительно работал Верн, распахнулись, пропуская внутрь карету. Я бросилась туда, боясь, что не успею.
— Кин, Кинан! — от волнения в горле пересохло, но получилось вполне громко.
Двое огромных слуг как по команде загородили мне дорогу, не желая пропускать внутрь.
— Куда прёшь? - рявкнул здоровый охранник, продемонстрировав увесистый кулак.
И разве это могло меня остановить, когда цель близка? Удар Марлоу решил этот спор в мою пользу. И пока охранники отвлеклись на пиратов, я проскользнула мимо них. Бросилась вслед за каретой, которая к этому времени прокатила к парадному входу и остановилась перед ним.
Услужливый кучер спрыгнул с козел, подбежал к двери, распахнул её.
В считаные секунды на моих глазах рисовалась ошеломляющая картина. Первым показался высокий мужчина в светлом костюме и я узнала его. Это же был мой Кин! Кинан Верн! И я уже открыла рот, чтобы окликнуть его, такого близкого и недосягаемого. Не знаю, что удержало меня в тот момент от повторного зова...
А потом не стало слов. Приличных.
Вот просто не стало и всё!
Я увидела как мой жених протянул руку незнакомке, помогая той выйти из кареты. Молодая леди была чудо как хороша. В свете ярких фонарей я хорошо видела и кремовое кружевное платье, подпоясанное алой шелковой лентой и такая же шляпка в тон. Украшенная алыми цветами, она придавала незнакомке нотку дерзости и красоты. Дарованные природой пшеничные локоны щедро рассыпались, доставая до талии. И только черный ажурный платок на плечах указывал на какой-то траур.
И как Кин смотрел на эту девушку... Как смотрел...
Я замерла, не в силах оторвать взгляда от страстно настроенной пары. Тем временем мой жених поднёс руку блондинки к своим губам. А после и сама она без лишней скромности оказалась в его объятиях. Последовавший поцелуй стал для меня ещё одним неприятным открытием. Они не прятались, демонстрируя чувства.
Я стояла неподалёку и смотрела, а в сердце что-то медленно умирало. Мои стремления и надежды оказались пустыми. Мне было больно и очень. Сама не пойму почему, ведь на какой-то миг лицо капитана встало перед глазами.
— Кин,— вскрикнула ошарашенно и тут же закрыла ладонями рот.
Незнакомка прильнула к Верну, но он уже услышал мой неосторожный зов.
И тут наши взгляды встретились.
Спутница Кинана тоже меня заметила. Недоумение на хорошем личике довольно быстро сменилось недовольством. Девушка что-то резкое сказала Верну и он кивнул. Поднёс её руку к губам и поцеловал. Незнакомка поспешила к парадным ступеням. Кин же двинулся в мою сторону.
Где-то там позади затихла возня охраны и пиратов. А я смотрела лишь на Верна, все отчётливее осознавая, что прежних чувств попросту нет.Другой мужчина притягивал к себе, но не этот.Открытие ошеломило меня настолько, что я пропустила момент, когда Кинан приблизился.
— Лаура... Но откуда?! — недовольным голосом потребовал отчёта мой жених. Бывший. Потому что несмотря на радость, я ему не верила.
— Похоже, ты очень скучал. — Я скривилась и глазами указала в сторону не спешащей уйти незнакомки.
— Это работа. Я все объясню,— торопливо произнёс Верн, попытавшись схватить меня за руку.
Мне стало очень неприятно и я отшатнулась. Устроить скандал? Нахмурилась, понимая, что совершенно этого не хочется. Другой мужчина поселился в моём сердце... Эх! И он тоже отправился к своей невесте.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не стоит. Зря я за тобой ехала.
Повернулась и поспешила прочь, осознавая, что Верн не стал меня догонять из-за той блондинки в кружевах. Может, это и к лучшему. И все равно было очень неприятно.
— Через час в "Синей каракатице",— раздалось вслед.
— Нет! — крикнула я Верну, совершенно не заботясь о слушателях и зрителях.
— Пошли, девочка, — рядом со мной, словно могучий дуб, вырос боцман. Он всё-таки догадался, и меня это не удивило. Наверное, подсознательно давно ждала момента, когда меня раскроют. — Гнилой твой друг, даже не стоит присматриваться.
— Лаура, кто это?! — окрикнул меня Кин. В голосе проскользнули гневные нотки.
Я остановилась и, не скрывая насмешки, повернулась к бывшему жениху.
— Мои друзья. Замечательные люди с брига, — ответила я. А потом поспешила прочь, увлекаемая Бастером.
Марлоу ждал нас у ворот. Он приглушённо ругался. Но так изысканно, что даже слуги не спешили убегать, запоминая слова.
— Свиное рыло! Испортил мне рубашку,— пожаловался лысый штурман. С обидой он приставлял оторванный рукав, который было проще выбросить, чем восстановить.
И тут мои нервы дали сбой. Я не выдержала и расхохоталась, глядя на недоуменное лицо пирата.
— Я пришью, Марлоу. Не волнуйся, — пообещала и похлопала лысого здоровяка по плечу.
— Малыш, а как твоё имя? — поинтересовался штурман, резким движением оторвав второй рукав. Самый простой выход!
— Лаура. — Я грустно вздохнула. — И что же мне теперь делать?
— Давай с нами в таверну? Горло промочить, — предложил Бастер и тут же замолчал, понимая, что для Тоннера это нормально. А вот для Лауры не совсем.
Только я не стала отказываться. Зачем?
— Собачий потрох! — выдохнул Марлоу и виновато посмотрел в мою сторону. Оба пирата узнали, что я леди. Их реакция оказалась слишком бурной, а обращение ко мне изменилось.
Мы с Бастером недоумённо переглянулись. Перед нами улица с мелкими лавчонками, работающими даже в это время суток. Если верить моим спутникам, таверна находилась совсем неподалёку. Я даже слышала шум волн. Значит, наш бриг тоже где-то рядом. Это обнадёживало и странным образом грело сердце. Суровые и порой грубые пираты оказались ближе и честнее моей родни. Я люблю милорда и его семью, но в ней нет открытости и прямолинейности.
— Да я же хотел из вас мужика сделать! — покаянно выдохнул штурман и густо покраснел. — Акулу мне в зад... Задери меня волки! Как же трудно сдерживаться.
— Не корите себя, Марлоу. — Осторожно прикоснулась к руке штурмана, который от этого жеста неожиданно остановился, перестал дышать. — Я знала, что у вас ничего не выйдет. Но объяснить не могла. И давайте говорить друг другу "ты" как и прежде. А то мне неудобно.
— Так не пойдёт, — боцман помотал головой и с сомнением на меня посмотрел. — Мы из простых. А у вас на лбу написано, что из благородных.
— Но раньше вас это не напрягало. И не помешало дать мне подзатыльник, — съязвила я.
Очередное смущение на обветренном лице наблюдать было очень приятно. Кто знал, что у этих мужественных людей такая реакция на открывшуюся правду.
— Капитан не поймёт, если услышит, — уверенно ответил пират.— Рыло начистит без разговоров.
— Никакого капитана! — воскликнула я, остро почувствовав в душе обиду на Найта. И кто бы мне сказал, почему в этот раз гнев был направлен именно на Аррона? Может быть, дело в красавице Элен, чьим именем назван целый бриг? Или та поспешность, с которой этот притягательный во всех смыслах мужчина покинул корабль? И ведь даже не попрощался со мной...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мерзавец.
— Арр мне голову оторвёт, — заметил Марлоу и по-доброму улыбнулся мне.— Но замечу, что такого решительного малого у нас никогда не было. Из вас вышел бы настоящий матрос.
