— Похоже, они охотились, прежде всего, на нашу хозяйку, — задыхаясь, крикнул Култар, поравнявшись с Конаном.
— Но охранники и погонщики тоже погибли, — пробурчал Конан, силясь сквозь начинающуюся бурю увидеть белого жеребца Итилии.
Она сама внезапно вынырнула из песчаного вихря.
— Не отставайте! Нужно уйти как можно дальше!
— Не слишком спеши, если не хочешь потерять верблюдов, а, значит, погибнуть от жажды, — спокойно сказал Конан.
Итилия дрожала, как в лихорадке.
— Что это было? Во имя богов, что это было?!
— Песчаные мумии, — сказал Конан, будто видел такое каждый день.
— Мы остались втроем, — пробормотал Култар, — давайте свяжемся веревкой, иначе потеряемся. Буря усиливается.
Конан накинул петли на седла и к этой же веревке привязал верблюдов.
— Трогаемся. Поедем, не смотря на бурю. Остановиться, значит, умереть.
Замотав лица и закрыв глаза, они осторожно тронули лошадей. Скоро невозможно было разглядеть даже луку седла. Буря выла и стонала, словно скопище грешных душ.
«А, может быть, так оно и есть? — подумал Конан. — Тут собрались души и тела всех тех, кто погиб, пытаясь добраться до этого проклятого Города Колонн!»
Почувствовав, что лошадь остановилась, он открыл глаза. Ярко светило солнце. Вокруг расстилался песок странного зеленоватого цвета…
Внезапная тишина подавляла. Рядом вертел головой Култар. Белоснежный жеребец Итилии нетерпеливо перебирал копытами. Сама она смотрела на Конана не то с ужасом, не то с ликованием. Перед ними возвышался лес огромных колонн. Каждая была украшена резьбой и резьба ни разу, на сколько хватало глаз, не повторялась.
В обе стороны до самого горизонта тянулся этот строй колонн. Прозрачные облака, скорее даже, легкая дымка укутывала вершины.
— Будь я проклят, — прошептал Култар, — да ведь это…
— Это Город Колонн! — Конан оглянулся.
Позади крутилась мутная завеса песчаной бури.
— Мы все же нашли его, — в черных глазах Итилии стояли слезы.
— Скорее, он нашел нас, — сказал Конан, затем, указывая на клубящиеся вихри позади, добавил:
— Мы или случайно нашли проход, или нас провели…
— Интересно, кто?
Конан молча спешился, отвязал веревку, связывающую лошадей, поднял несколько небольших камней, вероятно отколовшихся когда-то от колонн. Неторопливо выложил стрелу, указывающую точно на то место, через которое они попали в город.
— Ты думаешь, этот город… — начала Итилия.
— Да, — кивнул Конан, — город не в нашем мире. И, если мы хотим вернуться, важно не потерять проход.
— Странно, мне как-то не очень хочется углубляться в этот каменный лес, — Култар поежился.
— Поэтому, поедешь последним, — усмехнулся Конан, привязывая повод переднего верблюда к луке седла лошади Култара, — за верблюдов отвечаешь головой!
— И в какую сторону поедем?
— Прямо! — Конан тронул коня и не спеша, двинулся вперед.
5
Четыре огромные ступеньки вели к мощеному плитами основанию колоннады. Клубящаяся дымка мешала разглядеть кровлю, которую, вероятно, поддерживали колонны. Солнце исчезло, едва копыта лошадей и верблюдов зацокали по камню. Кони испуганно ржали. Даже невозмутимые верблюды вели себя беспокойно. Проезжать между огромными каменными столбами было действительно жутковато. Кто знает, что там, наверху, скрыто туманом…
— Смотрите, — негромко сказал Конан, указывая вперед, — кажется, начинается город.
Через несколько минут каменный лес остался позади. Перед путешественниками такими же стройными рядами, располагались одинаковые квадратные здания. Дальше возвышались круглые башни, целый лес башен. На вновь появившемся солнце сверкали золотые купола и шпили.
И, наконец, еще дальше, в синей дымке возвышалась огромная, как гора башня, вмещавшая в себя, вероятно, целый город.
Достаточно удалившись от колонн, Конан остановил караван.
— Култар, посмотри, что у нас осталось из еды, сколько воды в бурдюках. И если осталось зерно, покорми верблюдов и лошадей. Я думаю, травы они долго не увидят.
Итилия легко соскочила с коня и стала помогать Култару. Конан так же спешился и стоял, задумчиво глядя на расстилавшийся перед ним таинственный город. Он хорошо помнил старинные предания.
Ирем, Город Колонн. Великий шах Шаддат, волшебник, владеющий самыми сокровенными знаниями, заставил джинов построить для него этот город. Для него и его подданных — гордых гигантов-нефилимов. Старшие боги уничтожили всех, кто жил в городе за их непомерную гордыню. Но другие легенды говорили о том, что гордыня здесь ни при чем: боги опасались за свою власть, ибо велика была мощь шаха и его подданных.
Так или иначе, но жители города Ирем исчезли. Однако, в библиотеках остались книги, свитки папируса, каменные таблички… А в подземных кладовых — древние колдовские артефакты… Удастся ли их найти?
Какая-то невысказанная мысль беспокоила киммерийца, пока он стоял, глядя на город. Какая-то… он только что подумал… Да, он подумал — сумеют ли они найти книги и артефакты? А нужно ли их искать? Вот что его беспокоило!
Стоит ли вытаскивать на свет то, что волею богов, скрыто от людей? Не приведет ли это к нарушению хрупкого равновесия, которое с таким трудом установилось в этом мире? Вероятно, Шаддат решил править вселенной. Ему не позволили…
А если сейчас красавица Итилия овладеет самыми сокровенными секретами? Познает тайны, которые боги намеренно оставили сокрытыми?
Завладеет могущественными артефактами? Что она может натворить? Она — красавица, злодейка, жаждущая абсолютной власти хозяйка города Ксутал, бывшая убийца, интриганка, ненасытная сластолюбица, стремящаяся покорить все и вся?
До сих пор Конан не задумывался над этим, будучи уверен, что никакого волшебного города не существует…
Но даже, если предположить… То уж им-то его не найти… И вот, этот мертвый город раскинулся перед ним, как на ладони. Вот он — с его тайнами, могуществом, ужасом… Нет, нельзя допустить, чтобы Итилия овладела могуществом древних! Она попытается покорить мир! Именно покорить, завоевать, залить кровью, подчинить своей необузданной воле!
Конан вдруг, неожиданно для себя, почувствовал острую жалость. Бедная женщина — она не умеет смирять страсти, она пойдет до конца… и кончит так же; как шах Шаддат и его нефилимы. Погибнет. Но перед тем, утопит в крови полмира. Нет, тайна Города Колонн должна остаться незыблемой.
— Конан, воды у нас дней на двадцать, не считая того, что оставлено на обратную дорогу! Лепешек и зерна тоже достаточно! — весело крикнул Култар.
