Ибарра пододвинулся поближе и положил руку мне на талию. Я обернулась (сейчас я фактически сидела к нему спиной) и вопросительно посмотрела на мага. Без возмущения, скорее, просто спрашивая: 'И что это означает?' Не отнимая левой руки от моей талии, Ибарра взял мою правую руку и галантно поцеловал. Я милостиво склонила голову, стараясь не прислушиваться к тому шуму, что раздался со стороны узников.
— Ну что же, сыграем? — улыбнулась я.
— Если вы больше ничего не желаете.
— Пока нет, — многозначительно ответила я и перешла к карточному столику, на который указал маг.
За то время, что мы с Ибаррой занимались черешней и друг другом, слуги подготовили всё, что нужно для игры. Мы с магом сели друг напротив друга, но столик был совсем небольшим, так что при желании мы вполне могли бы держаться за руки. Слуга подал Ибарре запечатанную колоду.
— Они действительно новые? — подозрительно спросила я. — Надеюсь, вы будете играть со мной честно?
— Вы меня обижаете, леди. Это совершенно новая колода, вы можете сами её проверить.
Я продолжила сверлить его недоверчивым взглядом. Дескать, кто вас знает, господин маг? Вдруг в вопросе карточной игры вы окажетесь таким же бесчестным, как… я? Думаю, мой учитель, один из лучших шулеров Листонии, по — настоящему бы мной сейчас гордился.
Я действительно вскрыла колоду и бегло её осмотрела. Но проверять тщательно, конечно же, не стала, ибо такая проверка чересчур наглядно продемонстрировала бы мою осведомлённость в данном вопросе. Затем вернула карты Ибарре.
— Начнём? — спросил он.
Я благосклонно кивнула. Положила руку на столик, чуть наклонилась в сторону мага, демонстрируя таким образом содержимое своего декольте. И начала медленно водить подушечкой указательного пальца по столешнице, вырисовывая на ней невидимую спираль. Разумеется, взгляд мага стал перескакивать с груди на палец и обратно. Зато на вторую мою руку, лежавшую на столе неподвижно, он внимания не обращал. А между тем перстень, надетый на средний палец этой руки, обладал весьма интересными свойствами. Одним из них являлось маленькое круглое зеркальце, венчавшее его вместо камня. Это, конечно, не зеркальная шкатулка, но, если правильно расположить руку, то и при помощи такого перстня можно совсем неплохо разглядеть, какие карты получает партнёр по игре. Что я и сделала.
Игра началась. Это было сложнее, чем несколько дней назад с Арманом. Во — первых, в тот раз в моём распоряжении была зеркальная шкатулка и, на первой партии, краплёные карты. Во — вторых, Арман, хоть и пытался разгадать мои секреты, всё же гораздо менее внимательный партнёр, чем Ибарра. И, самое главное, тогда я не нервничала ни капли. Теперь же от напряжения в горле стоял ком.
Впрочем, мне приходилось играть, рискуя куда большим. Так что я сосредоточилась и взялась за работу.
Зная все карты Ибарры, я благополучно выиграла партию. Но главным достижением была даже не промежуточная победа, а то, что к концу игры многие карты уже были мечеными. Сработало ещё одно свойство моего перстня — небольшая тонкая иголка, при помощи которой я наносила царапины на рубашку. Для каждой карты был свой знак, отличный от всех остальных и соответствовавший моей собственной, давно разработанной системе.
Мы приступили ко второй партии. Здесь меня ждала неудача: как следует рассмотреть карты Ибарры не удалось. С другой стороны, некоторые карты я теперь могла определить по рубашкам, но далеко не все. Наступил момент, когда у каждого из нас осталось всего по три карты, а значит, игра подходила к концу. Две карты Ибарры я знала, а вот насчёт третьей уверена не была. Её я пометить не успела. То ли семёрка треф, то ли дама, тоже треф… Или десятка червей? Нет, десятка уже была… Значит, всё‑таки трефы. Но которая карта? Если семёрка, мне имеет смысл ходить валетом. Если дама, то этого делать нельзя.
Я почувствовала, как вспотели ладони. Нет, я отлично понимала, что Ибарра вовсе не собирается держать слово. Если я выиграю, нас вовсе не отпустят из замка. Дело было совершенно в другом. Я не имела права проиграть, потому что должна была поддерживать интерес мага. А этот интерес не угаснет, лишь если я буду соответствовать своей репутации, репутации женщины, которая выигрывает всегда.
Поэтому, когда незнакомая карта оказалась семёркой, я украдкой выдохнула с облегчением, и торжественно объявила свою вторую победу.
Теоретически выигрыш в двух партиях из трёх мог бы означать окончание игры. Но по традиционным правилам последняя партия имела в таких случаях больший вес, чем прочие. Если бы, проиграв в первых двух, Ибарра победил в третьей, он мог настаивать, чтобы итог расценивался как ничья, и требовать дополнительную партию. Поэтому мы продолжили.
Теперь почти все карты были мечеными, хотя маг так ничего и не заподозрил. Но и большого значения это не имело, так как я уже затеяла совершенно другую игру. Ибарра в должной степени утратил бдительность, сосредоточившись на картах. И я поняла: сейчас или никогда.
Боюсь, я иду сейчас на большую глупость. Могла бы отделаться малой кровью, а вот если всё сорвётся, такого шанса уже не будет. Однако ещё глупее терзаться сомнениями, когда всё решено.
Сумку у меня не отобрали. Возможно, не сочли меня опасной как женщину, а скорее всего, просто не заметили, что у меня есть при себе какие‑то вещи. Сумка очень удачно сливалась с платьем. Не случайно, разумеется, она специально была сшита именно так. И вот теперь я осторожно просунула в неё руку под столом, отыскала наощупь нужный предмет…и нажала кнопку подаренного Арманом гасителя.
Все свечи разом потухли, и комната погрузилась в кромешную темноту. Прошло несколько секунд, прежде чем удивлённые и даже испуганные возгласы сменились действиями. Несколько человек одновременно воспользовались огнивами и зажгли свечи. Но этого времени было достаточно. Я приготовилась заранее. Скинула туфли, чтобы двигаться совершенно бесшумно. Выдвинула одну ногу, чтобы мгновенно соскочить со стула. Точно запомнила, где заканчивается стол.
Поэтому к тому моменту, когда в комнате снова загорелся свет, я уже стояла за спиной у Ибарры. Тот собирался подняться со стула, но не успел: лезвие моего кинжала коснулось его горла.
— Сидите спокойно, — посоветовала я, наклонившись к его уху. — И положите руки на стол, ладонями вниз. Хочу быть уверена, что вы не предпримите попытку колдовать.
— Надо же. Скажу откровенно: не ожидал от вас такого коварства, — признался маг, выполняя мой приказ.
— Сожалею, что вынуждена вас разочаровать.
— Ну что вы, я нисколько не разочарован. Даже наоборот.
