Читаем без скачивания Темный ангел. Игры с кожей - Макс Коллинз

Логан осторожно приблизился к двери с номером 417, остановился и постучал.

Нет ответа — никаких звуков из не донеслось из гостиничного номера: ни звука телевизора, радио или поднимающегося из кресла человека — ничего.

Логану действительно было нужно, чтобы Томпсон был дома, и его чутье, несмотря на тишину, подсказывало ему, что человек был по ту сторону двери. ТОмпсон скрывается, он затаился, черт подери, он здесь, должен быть здесь…

Подойдя ближе, Логан снова постучал. По-прежнему ничего. И на третий стук ему ответила тишина.

Или, может быть, чутье подвело его. Логану было интересно, знал ли любящий порно клерк, что Томпсона нет в номере, когда продавал информацию…

В разочаровании Логан громко произнес в сторону двери:

— Мистер Висдом! Мистер Висдом! Мне нужно поговорить с вами. — Затем он приблизился к двери, прислушался и ничего не услышал. Наконец он почти прокричал: — Мистер Томпсон!

Дверь внезапно распахнулась, и Логан обнаружил, что он смотрит в темное отверстие дула ружья.

— Вы можете потише! Вы хотите, чтобы меня убили?

Сфокусировавшись и стараясь не смотреть на направленное на него ружье, Логан увидел тощего бледнолицего белого мужчину всего на несколько лет младше его самого, со спутанными темными волосами, неухоженной бородой и глазами, в которых были одновременно истощение и ужас.

— Нет, мистер Томпсон, я хочу помочь вам остаться в живых.

Рука, державшая ружье дрожала. Логан осознал, что человек с ружьем находится в секунде от того, чтобы отправить его в вечность…

— Больше трех месяцев назад, мистер Томпсон, — произнес Логан так хладнокровно, как только мог, — вы работали на УНБ, и вашим начальником был очень плохой тип по имени Эймс Вайт.

Томпсон поднял ружье, дуло продолжало дрожать, но Логан знал, что выторговал себе немного времени.

Томпсон спросил:

— Кто вы?

— Меня зовут Логан Кейл. Я журналист. Меня послал Зоркий — я думаю, вы должны знать это.

Дуло двинулось в приглашающем жесте.

— Заходите!

Логан сделал то, что сказано, и как только они оба оказались в комнате, Томпсон захлопнул дверь и тщательно ее запер.

В комнате был беспорядок: смятое постельное белье и коробки из-под пиццы и фаст-фуда были разбросаны по полу, запах несвежего пота пропитал все вокруг. Портативный телевизор примостился на потертом комоде, новости были включены, но без звука, угол занимало старое кресло. А на ночном столике стояла лампа, которая в данный момент служила единственным источником света в комнате — несмотря на то, что был полдень занавески были плотно задернуты, и сквозь них свет с улицы почти не проникал.

На отставном агенте УНБ была белая майка, черные брюки, черные носки и не было обуви. Логану стало интересно выходил ли хоть раз парень из номера с тех пор, как въехал.

С ружьем наизготовку, Томпсон посмотрел в глазок на коридор. Удовлетворенный, он повернулся к Логану.

— Скрести руки за головой.

— Ты найдешь пушку, — сказал Логан, поняв, что Томпсон положит его вниз, обыщет и найдет пистолет.

— С каких это пор репортеры ходят с оружием? — спросил Томпсон, его брови поднялись, создав на его лице скептическую гримасу.

— С тех пор, как они связались с Зорким, — ответил Логан. — Власти называют то, что мы делаем, кибертерроризмом — ты должен знать это… ты же работал в УНБ.

Томпсон вытащил обойму из пистолета Логана, сам пистолет сунул себе за пояс, а боеприпасы положил в карман.

Затем он поднес ружье к виску Логана и спросил:

— Откуда мне знать, что тебя послал не Вайт?

— Если бы меня послал Вайт, ты, скорее всего, был бы уже мертв.

— Или ты.

Логан — его руки все еще были сцеплены на затылке, а холодное дуло девятимиллиметрвого касалось его виска — пожал плечами.

— Или я… Вайт хочет твоей смерти, не так ли?

Томпсон глотал ртом воздух.

— Почему ты так сказал?

— Кусочки складываются вместе. Отто Готтлиб сказал мне…

Дуло плотнее уперлось в голову Логана.

— Отто один из них.

— Нет. Он тоже связан УНБ. В любом случае, он никогда не был втянут в махинации Вайта, он был как ты, просто хороший солдат УНБ… Можно мне опустить руки?

— Нет. Но продолжай говорить.

— Готтлиб считает, что все, что произошло с тобой и твоим напарником — и еще некоторые вещи, которые пошли наперекосяк — дело рук Вайта.

— Трансген убил моего напарника.

— Это политика агенства, не так ли? В любом случае, Готтлиб наконец осознал, что Вайт не чист на руку. И часть его грязных делишек заключается в том, что он пытается навредит некоторым… моим друзьям.

Томпсон не понял:

— Не чист на руку? Твоим друзьям?

Но ружье опустилось. Небритый бывший агент убрал его от головы Логана.

— Да, — подтвердил Логан. — Некоторым моим друзьям.

Его глаза вспыхнули в недоумении, и Томпсон решил сменить тему:

— Как ты, черт подери, меня нашел?

— Люди, которые прячутся под вымышленными именами, часто выбирают какой-то вариант их настоящего имени. Это помогает бороться с утратой личности, которая сопутствует уходу в подполье.

— Дерьмо, — понял бывший агент.

Логан продолжил: — я начал с девичьей фамилии твоей матери и имен людей, с которыми ты ходил в школу или когда-нибудь контактировал. Затем я ввел в компьютер все анаграммы из твоего имени, затем искал синонимы для «Сейдж» и попробовал «Том» и «Томас» разные варианты произношения для «Томпсон»… а потом подождал, когда компьютер что-нибудь выдаст.

Даже такие отели как Амбрустер должны были вносить имена своих гостей в правительственную базу данных. Закон о Безопасности Путешествий, который был принят до Импульса, был одним из последствий страха перед терроризмом.

— Дерьмо, — снова сказал Томпсон.

— Теперь, — сказал Логан, все еще держа руки на затылке, — у меня есть вопрос для тебя.

Томпсон держал в руке ружье, но оно не было направлено на Логана. Он просто смотрел на журналиста и злился на себя за то, что выбрал имя, по которому его без проблем можно выследить. Профессионал должен был знать об этом.

— Почему ты не сбежал? — спросил Логан.

— Я сначала не знал.

— О том, что ты под прицелом?

— Да. Я знаю, что был сплавлен из УНБ, но я лечил перелом руки.

— В твоем досье говорится, что ты получил увольнение из-за полной неработоспособности.

— Так и есть… И это, честно говоря, делает меня еще более подозрительным. Это было почти…

— Тебе заплатили.

— Да! Когда я узнал, что Вайт и его люди ищут меня, я отослал свою семью. Они думают, что я тоже сбежал. Поэтому… я остался.

Это кое-что объяснило Логану. Он спросил:

— Слушай, могу я опустить руки?

— Да, да, прости…

— Почему бы нам не сесть и не поговорить обо всем?

Логан присел на стул, а удручающе выглядящий Томпсон устроился на кровати. Ружье было зажато между ног, и бывший агент выглядел как человек, решивший покончить с собой.

— Твоя рука выгдядит хорошо, — начал разговор Логан.

Повращав левой рукой, Томпсон сказал:

— Иногда она еще ноет. — Его лицо изменилось, любопытство перебороло страх. — Почему ты здесь? Почему искал меня?

— Ты, конечно же, знаешь, что происходит в Терминал Сити?

Топсон кивнул:

— Единственное, что я делаю — смотрю телек. Я видел новости. И что там?

— Эти люди — те друзья, о которых я говорил. Я пытаюсь помочь им. Вайт плетет интриги, чтобы федеральное правительство вторглось и убило всех трансгенов. Тотальный геноцид.

Томпсон покачал головой.

— Тогда я не смогу тебе помочь. После того как один из этих… этих уродов сделал с моим напарником, истребление их всех меня порадует.

— Ты уверен, что твоего напарника убил именно трансген?

Томпсон закивал так энергично, что кровать начала пружинить.

— Послушай, Кейл. Перед УНБ я служил в армии, а затем был копом в Лос-Анжелесе. Я видел все дерьмо, которое люди могут сотворить с себе подобными… Но я не видел ничего похожего на то, что сделали с Хэнкинсом.

— Он был не последним.

— Его освежевали! Нормальный человек такого не сделает, только монств, выращенный для жестокости, натренированный убивать.

— Выращенный правительством. И натренированный людьми вроде Эймса Вайта.

— Пусть так, но эти трансгены должны быть уничтожены — либо для того, чтобы не допустить того, что случилось с моим напарником, либо чтобы просто избавить их от страданий. Я не смогу спать спокойно, пока эти монстры на свободе.

— И все же… ты до сих пор веришь, что тебя преследует Эймс Вайт?

Взгляды мужчин встретились, и Томпсон продолжил:

— Нас послали в бой с резиновыми пулями, Кейл. Хэнкинс был сукиным сыном, но он знал свое дело. Мы использовали эти новые портативные тепловизоры…