Рауль оперся на зубец и закрыл глаза. Он мог бы сейчас погнаться за ней, схватить ее за руку, упасть на колени, но гордость не давала ему этого сделать. Он уже было подумал, а не завалить ли ему служанку на сеновале, настолько ему сейчас хотелось женщину. Кстати, Фуа предложил ему одну милашку на такой случай, но в спешном скором акте было бы слишком мало красоты и очарования.
Когда он наконец остыл и к нему вернулось рациональное мышление, Рауль окончательно отказался от подобной идеи.
Проходивший мимо стражник поздоровался с Монваланом, взглянув на него с явным любопытством. Рауль молча кивнул в ответ и отправился спать на ложе, заранее приготовленное для него Миром в зале, но сон как назло не шел к нему. Рыцарь думал о Брижит, о том, как она преследовала его с самого дня свадьбы и насколько теперь стала доступна, просто протяни руку и возьми. Возникали и неизбежные мысли о Клер, о невыносимой близости и невыносимом отчуждении. Он долго ворочался на постели, но так и не изменил своего решения. Будущее было неопределенно, и на кон ставилась жизнь.
* * *
Дорога в горный форт круто петляла по смолистым хвойным лесам. Это был родной дом кабанов, медведей, волков и разбойников, правда, Рауля с Брижит никто из них так и не потревожил. Сквозь просветы между хвойными лапами виднелись снега, все еще покрывавшие вершины Плантореля, хотя уже началось лето. Выше убеленных пиков висело свинцовое небо, разрываемое молниями.
Брижит сказала Раулю, что они не доберутся до форта до заката солнца. А ночевать на открытом месте в такую непогоду очень не хотелось.
Девушка понимающе посмотрела на рыцаря.
— Бояться нечего, мы ведь часть всего этого, — промолвила она, и глаза ее вновь стали теми серыми бриллиантами, так хорошо знакомыми ему по прежним видениям. Ее лицо отражало чистоту и ясность горного света. Девушка, таявшая подобно воску в его объятиях вчерашней ночью, превратилась в недоступную богиню. И Рауль испытывал перед нею благоговейный ужас.
В полдень они решили остановиться на привал. Брижит отказалась от хлеба и сушеных фиг, извлеченных Монваланом из переметной сумы, и даже от фляги великолепного графского вина, напившись вместо этого воды из горного ручья.
Она села отдельно от Рауля и, ничего не говоря, наблюдала за разразившейся над горными вершинами бурей.
Монвалан отобедал без всякого аппетита и даже выпил вина, нисколько не оценив его божественного вкуса. Подобно своей молчаливой спутнице он уставился на черные тучи, собиравшиеся там, куда лежал их путь. Не обладай Брижит столь необычными способностями, он наверняка предложил бы вернуться к Фуа. Но вместо этого рыцарь предпочел держать язык за зубами, прекрасно понимая, что говорить ему не нужно. Девушка и так насквозь все видит. Он чувствовал себя так, будто сделан из прозрачнейшего стекла.
В течение всего дня они пробирались вперед по долинам, омываемым водопадами, туда, где корнями цеплялись за крутые склоны горные деревья. Сосен становилось все меньше, да и те по большому счету были низкорослыми. А вскоре и они уступили место поросли жесткого кустарника. Над лесом возвышались голые скалы, изрытые черными глазницами древних пещер. Один раз они даже видели промелькнувшую вдалеке гибкую рысь. Дикая кошка метнула в их сторону быстрый взгляд и, втянув дрожащими ноздрями воздух, скрылась в зарослях. Стадо горных козлов пощипывало травку на склоне горы, вершину которой украшали поросшие травой руины. Стоявший на валуне вожак обводил свою территорию большими желтыми глазами. Его витые рога были толстыми, как стволы молодых деревьев, а за спиной молния высвечивала растрескавшиеся камни.
Крепость была заброшена еще на закате династии Меровингов. Совы и мыши, хищники и их добыча, устроили себе гнезда в замшелых стенах. Мощный порыв ветра поднял плащ Рауля, когда он въезжал в разрушенные ворота. На каменных столбах еще виднелись изъеденные временем символы и знаки. Похоже, на одном из них когда-то был изображен медведь, а чуть ниже то, что очень напоминало котел. Ящерица выскочила из-под копыт Фовеля, мгновенно скрывшись в траве. В заброшенных руинах, словно угрюмый страж, пребывало запустение. Черное небо предупреждало о скором приближении грозы.
Рауль спешился и стал искать подходящее укрытие для лошадей и место для ночлега. Его внимание привлекли остатки каменного амбара, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что одна из стен этого ветхого строения должна была вот-вот рухнуть. Сплюнув в раздражении, Рауль повел лошадей к развалу оборонительной стены форта и привязал их к проросшему из камней мощному дубу. Лошади вполне могли укрыться от непогоды здесь, но вот для них с Брижит это место явно не подходило. Оглянувшись, Рауль увидел, что она стоит у восточного края разрушенного бастиона. Ветер донес до него звуки пения, но он так и не смог понять, что и на каком языке она поет. В конце концов Монвалан решил заняться лошадьми. Он расседлал их, накрыл попонами и выдал каждой по одной мере зерна. И пока он это делал, Брижит все стояла на открытом месте и пела. Ветер трепал ее одежды.
Рауля охватило внезапное беспокойство, а вместе с ним и нарастающее возбуждение. Он вновь окинул взглядом округу, пытаясь обнаружить хоть какое-то укрытие. Так ничего не найдя, он оставил лошадей и подошел к раскачивающейся в трансе Брижит. Он хотел было обнять ее, но передумал, прокричав вместо этого сквозь вой ветра:
— Мы не можем оставаться здесь. Если разразится гроза, мы до нитки промокнем!
Девушка прервала свои песнопения. Она стояла не шелохнувшись и тяжело дышала, очевидно с трудом возвращаясь к реальности. Наконец Брижит обратила на него свое внимание.
— Здесь есть пещера, — прошептала она. — Для лошадей она слишком мала, но для нас места хватит. К тому же там есть дымоход. Давай, собирай наши пожитки, я покажу тебе, где это.
И, не дожидаясь Рауля, Брижит направилась к другим маленьким воротцам в противоположной стороне крепости. Подтянув платье, она перебралась через завал, перекрывший вход в пещеру, с проворностью горной козочки. Следовавший за ней Рауль не мог не обратить внимание на ее великолепные ноги и сверкнувший белизной изгиб бедра. Густые заросли терновника, судя по всему посаженного здесь преднамеренно, скрывали вход в пещеру от посторонних глаз.
Брижит, раздвинув кусты, шагнула туда. Послышался шум, более всего напоминавший стук дождя по черепичной крыше, и Рауль невольно отпрянул назад, напуганный вылетевшей из черного провала стаей летучих мышей. Живым облаком они устремились в сторону форта. Брижит рассмеялась, и Рауль невольно улыбнулся. Ему пришлось согнуться в три погибели, чтобы войти в пещеру. Когда он наконец выпрямился и набрал полную грудь воздуха, запах помета летучих мышей и замшелого камня был столь крепок, что его чуть не стошнило. Тусклый свет струился сквозь дымоход, вырубленный в скальных породах. Был здесь и прокопченный, давным-давно угасший очаг. Заткнув рукою нос и рот, Рауль красноречиво посмотрел на Брижит. Но она слишком была погружена в свои размышления, чтобы обращать внимание на дурной запах. Окинув взглядом пещерку, она пробралась к небольшой нише.
