еще немного, глядя в пустой проем, в котором чернела стена зала с одной-единственной Дверью, пытаясь вспомнить все то, что хотел сказать на прощание, но чего в итоге не сделал. Ему казалось, будто он виделся с принцессой последний раз, хоть и соврал, что придет к ней вновь – теперь, когда слова отгремели, их сила становилась все слабее.
– В-ваше Великолепие?.. – робко подал голос Джеронимо, выглядывая из-за двери. – В-вы еще здесь?..
Питер промолчал. Джеронимо, видимо, удостоверившись, что за ним больше никто не наблюдает, быстро подбежал к двери и стал нажимать какие-то кнопки, видимо, отключая дверь навсегда. При этом он не забывал ворчать себе под нос:
– Сначала сделай Дверь, потом – запечатай… Сначала похищай принцессу, потом – возвращай. Ну кто так делает?..
Пока старик был занят, сыщик незаметно прошмыгнул мимо него, пронесся по коридору с дверьми и вышел наружу. Подвал по-прежнему казался ему абсолютно невзрачным, непримечательным и недостойным внимания – неужели здесь замешаны какие-то чудо-технологии, отводящие ненужное внимание от убежища злодея-похитителя?
От этих размышлений Блока отвлек топот множества башмаков по толстому стеклянному полу, доносящийся из-за угла. Мгновение – и оттуда показалась стремительно мчащаяся толпа причудливо одетых и вооруженных людей: все они были одеты в черное, на лицах – безобразные звериные маски, в руках – мощные фонари, ножи, ломы, пистолеты, кастеты… Куда мчались эти люди? Сейчас он это узнает!
Сыщик побежал вместе с людьми, пристроившись сзади и ступая бесшумно, словно кошка – впрочем, в таком грохоте сапог и ботинок его все равно никто не услышит. Люди бежали сосредоточенно, не отвлекаясь на разговоры, поэтому Питеру оставалось только ждать, когда толпа прибудет к пункту назначения.
Вскоре они вышли на огромную площадь, сейчас пустую и освещенную множеством рекламных вывесок и объявлений. В центре стоял огромный экран, который толпа и окружила. На поверхности экрана было изображено какое-то объявление. Приглядевшись внимательнее, Питер прочел:
Внимание! Всем гражданам предлагается поучаствовать в поимке опасного преступника, сыщика Питера Блока, известного террориста и диверсанта. В награду за поимку вы получите сто тысяч хэйлов, собственную недвижимость в Стране Чудес, титул герцога и место в Парламенте. Торопитесь – ведь прямо сейчас ваш сосед уже может тянуть руки к вашей награде!
Толпа загудела, оживленно обсуждая увиденное:
– Сто тысяч!.. Сто тысяч за жалкого шпиона!..
– Жалкого ли?..
– Титул герцога!
– Недвижимость в Стране Чудес!
– Появлюсь в Парламенте – я же всегда об этом мечтал!
– Что же мы стоим? Нужно действовать!..
– Это объявление сейчас пустили по всему Дому! У меня нет никаких шансов!
– Ух, мне бы только его поймать!.. Я бы его ножичком раз-раз! Но без жестокости – мы ведь все-таки добрые люди…
– Что ему, так жалко взять и попасться?..
Вдруг толпа притихла, и Питер отчетливо услышал чьи-то одинокие, но уверенные шаги. Он обернулся и увидел подходящего к экрану человека, чье лицо было таким знакомым… Блейк – санитар из больничного кошмара! Но на нем больше не было белого халата, вместо него – строгая военная форма, на плечах – цветастые погоны, на груди с десяток медалей. Чеканя шаг, он подошел к экрану – толпа перед ним поспешно расступилась – прочел объявление, хмыкнул и, не сказав ни слова, пошел прочь. По мере его удаления от толпы прежний шум начинал возрастать.
Вперед, за Блейком! Он помнил эти шаги – они эхом раздавались в его голове там, в Залах Отражений, когда сыщик, обессиленный и сломленный, хотел обо всем забыть и сдаться. Грубые черты лица его бывшего напарника больше не преображались при улыбке, потому что он, казалось, вовсе никогда не улыбался, могучие руки двигались в такт ходьбе, столь сильно похожей на строевой марш. Вместе они дошли до волшебной платформы, скрытой в тупике, затерянном между домами, и Блейк сказал в пустоту:
– Приемная Его Великолепия!
Готовый к перемещению Питер зажал уши. Раздался хлопок, и пространство за платформой преобразилось: теперь они были в прекрасном саду, над платформой раскинули свои ветви высокие фруктовые деревья, за которыми открывался живописный вид на островок посреди пруда, на который вел длинный, абсолютно прозрачный стеклянный мост. На острове стояла причудливая невысокая башня. Здесь был день, птицы пели на разные лады, солнце слепило сыщика – хотя, солнце ли это? В Дом давно не заглядывало солнце, и жители привыкли к тому, что его заменяют огромные лампы.
Блейк вышел на тропинку, по которой торопливо направился к острову. Вокруг не было ни души, не считая генерала и призрака, преследующего его. Перед мостом у Блейка возникла заминка. После небольшой паузы он ступил на стеклянную поверхность, под которой была видна безмятежная водная гладь, и тут же раздался безликий голос, который мог принадлежать одинаково и женщине, и мужчине, и маленькому ребенку:
– По мосту поднимается генерал Блейк. Уровень угрызений совести: восемьдесят один процент; уровень тревоги – девяносто процентов; вероятность сокрытия информации – пятьдесят восемь процентов; уровень преданности – семьдесят пять процентов.
Генерал смачно сплюнул за перила моста и пошел к острову. Казалось, он был сильно недоволен тем, что ему приходится выслушивать. Между тем, на Питера, шагающего вслед за генералом по мосту, голос никак не реагировал.
– Сегодня генерал проснулся в плохом настроении, – продолжал голос. – Количество непристойных слов и выражений превысило средний показатель за день. Генерал обедал картофельными заменителями, пастой, выпил черный кофе. Количество времени, проведенное вне телеобъективов – три минуты пятнадцать секунд.
Дверь перед генералом отворилась, и он пошел вверх по винтовой лестнице. Спустя несколько мгновений он поднялся на последний этаж, где были двери, над которыми висела табличка “Приемная Его Великолепия”.
Сердце у Питера бешено застучало. Неужели за этими дверьми сидит Хэйл? Здесь совсем не было стражи, и, если каким-либо образом избавиться от присутствия генерала, то получилось бы напасть на тирана… Хорошо, он будет ждать удобного момента, а до той поры – слушать и запоминать.
Генерал отворил двери и вошел внутрь. Питер едва успел юркнуть следом. В небольшом, освещенном полуденным солнцем зале из убранства был только пустой металлический стол и придвинутый к нему стул. Одна стена была занавешена темными портьерами. Как только генерал прокашлялся, на стуле возник сияющий прозрачный силуэт, который оказался никем иным, как… Хэйлом!
Владыка Дома был на удивление серьезен. Фактически, Питер видел его таким в первый раз – до этого Хэйл представал перед ним в образе вечно улыбчивого, не обремененного серьезными заботами молодого парня. Сейчас же он был как минимум озабочен – возможно, со скрытой радостью подумал Питер, это из-за действий самого сыщика.
– Вы вызывали меня, Ваше… Великолепие? – хрипло спросил генерал.
Хэйл поднял на Блейка глаза.
– Вызывал, генерал. Вам, возможно, уже стало известно о побеге террориста и шпиона Питера Блока. Как же это произошло?
– Стражи, которую
