Но не уступила. Он решил напиться, чтобы об этом забыть.
Все получилось не так, как он планировал.
Халид надеялся, что Сара не захочет уезжать, когда он объявит ей о том, что отпускает ее. Он думал, что Сара наконец поймет, что для него она не просто очередная женщина, с которой можно переспать. Да и ему казалось, что девушка испытывает к нему нечто большее, чем просто влечение.
Но он, наверное, ошибался.
И теперь Сара действительно уедет, и ему некого будет в этом винить, кроме себя самого.
Почему в том, что касается Сары, он всегда неверно оценивает ситуацию? Неужели она действительно так непохожа на остальных женщин, которых он знал? Она всегда реагировала неожиданно, оставляя его недоумевать и страдать от неудовлетворенной страсти.
Он допил содержимое рюмки и снова наполнил ее ракией из кувшинчика.
Сара вернется в Америку – выйдет замуж за какого-нибудь клерка, продавца или учителя…
Эта мысль вызывала у него желание превратить в щепки всю мебель в своем дворце.
Халид швырнул рюмку в стену, и она разбилась на множество сверкающих осколков.
– Спасибо, что согласилась сопровождать меня в этой прощальной прогулке, – сказала Косем Саре. – Внук говорил мне, как тебе, понравились Сладкие Воды, и я решила, что тебе захочется перед отъездом еще раз побывать там.
Сара сдвинула с лица фераджу, разглядывая сидящую рядом с ней старую женщину. Они ехали в удобной карете Косем. Подушки на сиденьях были такими мягкими, что, казалось, погружаешься в облако. По обеим сторонам от кареты скакали алебардщики, а позади на пегой лошади с белой гривой рысил хислар.
– Почему ты так на меня смотришь? – спросила Косем.
– Вы ужасно похожи на Халида, приготовив мне ловушку, – ответила Сара.
– Это он на меня похож.
– Так вы не отрицаете, что за этой прогулкой стоит определенная цель?
С приглашениями Косем всегда было так.
– Что такое определенная цель? – переспросила Косем.
– Ну, это значит – известная вам.
– Так ты считаешь, я хитрая?
– Это у вас семейное.
– Раз уж ты сделала такое невежливое замечание, мне можно ответить тем же? – осведомилась Косем, наслаждаясь перепалкой.
– Конечно.
– Для женщины, которая вот-вот получит самое желанное, ты не выглядишь счастливой.
Сара отвела взгляд и выглянула в окно кареты.
– Сара, если ты вернешься в Соединенные Штаты, ты больше никогда в жизни не увидишь моего внука. Неужели тебе действительно этого хочется?
– Я должна уехать.
– Почему?
– Потому что Халид меня не любит.
Не будь Сара в этом убеждена, она никогда не смогла бы уехать.
– Ты глупая девчонка, он тебя любит! Из-за любви к тебе он идет на самопожертвование, – решительно проговорила Косем. – Он любит тебя так сильно, что готов отпустить. Я не замечала, чтобы он вел себя так с другими женщинами.
– Он никогда не говорил мне о любви, – сказала Сара.
– Поступки часто говорят больше, нежели слова, разве в твоей стране это не так?
– Это везде так.
– С чего ты взяла, что он тебя не любит?
– Желать женщину и любить – это не одно и то же.
Колесо кареты попало в выбоину на дороге, и обеих пассажирок подбросило на сиденье. Косем привстала и стукнула в крышу кареты своей тростью, усыпанной драгоценными камнями.
– Этот кучер – полный кретин, – проворчала она. – По-моему, он специально находит ухабы на дороге. – Она посмотрела на Сару. – Неужели ты не видишь разницы между симпатией и желанием?
– Халид не видит. Он просто пытался всякий раз затащить меня в постель.
– А что тут плохого? Ты что же, думала, что его интерес к тебе…
Косем замолчала, пытаясь подыскать подходящее слово.
– Платонический? – подсказала Сара.
– А что это значит?
– Просто дружеский.
– Да! – энергично кивнула Косем.
– Вы не понимаете. Конечно, я знаю, что он всегда испытывал желание. – Сара замялась. – Я чувствую то же самое.
– Тогда в чем же проблема?
– Он желал и Фатьму, и не знаю сколько еще других женщин. А мне нужно нечто большее, чем это.
– Ты хочешь быть особенной.
– Да. И боюсь, что интересую его только потому, что не уступаю его страсти.
– Ты думаешь, что он бросит тебя, как только достигнет своей цели? – уточнила Косем.
– Да, Халид привык получать то, что пожелает, – сказала Сара. – Я ему сопротивлялась, и была этим интересна. Когда ему больше не надо будет меня преследовать, он бросит меня, как надоевшую игрушку.
– А если он все-таки тебя любит?
– Что-то я не заметила ни малейших ее признаков.
– Как ты можешь так говорить? Он не отставал от доктора Шакоза ни днем, ни ночью, пока ты была больна. Перевернул вверх дном весь дворец, допросил почти каждого в поисках виновного в твоем отравлении.
– Просто Халиду нужно было, чтобы я осталась жива и в будущем попала в его постель, – упрямо парировала Сара.
Карета медленно остановилась. Косем пристально рассматривала свою спутницу:
– Ты очень сурово судишь поступки моего внука.
– Он купил меня, валиде пашана, а потом держал взаперти, словно осужденную за преступление. Несмотря на сильное физическое влечение к нему, я никогда не смогу забыть, как цинично и расчетливо он меня выбрал, заплатив запрошенную цену, как покупатель платит за аппетитный плод на базаре.
– Так всегда делается у нас в империи, – просто сказала Косем.
– Халид долго жил в Европе и должен понимать, насколько это унизительно для человека.
– Как ты ошибаешься! В душе он – турок до мозга костей, поэтому хочет завладеть тобой. Других вариантов не существует.
Кучер открыл дверцу кареты и опустил ступеньки. Косем вышла и повернулась к Саре.
– Сегодня прекрасная погода, – заметила она, направляясь по дорожке к берегу. – Ты будешь скучать по нашему теплому климату?
– Наверное, ведь зимой в Бостоне бывает очень холодно.
Хислар и двое алебардщиков заняли свои посты на дороге, а Косем с Сарой прошли к беседке, выстроенной для кадин султана, Накшедиль.
– Вы были с ней знакомы? – спросила Сара, усаживаясь на каменную скамью беседки лицом к морю.
– С кем? – уточнила Косем, садясь напротив нее.
– С матерью Роксалены.
– Да. Это была очень сильная женщина. Своевольная, красивая, она имела на султана очень большое влияние.
– Кажется, Роксалена очень на нее похожа.
– Принцесса Роксалена – балованное дитя, отказавшееся выйти замуж за моего внука!
– По-моему, они оба были не слишком в этом заинтересованы, – с улыбкой заметила Сара.
– Зато я была, – ответила Косем, и Сара рассмеялась.
– Я буду по вам скучать, – призналась она.
