в «Кусачую книгу мага». Данное ему Ложей поручение выполнено, но от этого было не легче. Чарли занервничал ещё сильнее, когда госпожа Румпельштильцхен присвистнула сквозь зубы, рассматривая сделанные им с помощью карманного зеркальца снимки.
– Это очень высокий уровень, – бормотала она. – Не знаю, найдётся ли среди нас волшебник, способный разобрать такое заклинание.
– Учитель Лин смог бы, – вмешалась Мангустина. Она задвинула в угол коробку с книгами и присоединилась к ним. Вид у неё был усталый. – Это правда. – Она вытерла пот со лба. – Учитель Лин лучший из вас. Он готовился сдавать экзамен на степень Магистра магии с почтенной Мелиссой. Он способен справиться даже с более сложными заклинаниями.
– Может, и так, – поморщившись, признала хозяйка книжной лавки. – Только его всё равно здесь нет. Спасибо, Чарли, ты сильно рисковал. Эти снимки очень пригодятся Ложе. Твоя бабушка гордилась бы тобой.
– Судья застукал меня в своём кабинете, – сказал Чарли. – Я успел спрятать зеркальце, но он видел, что я рылся в его бумагах.
Он рассказал о случившемся, потом об угрозе судьи и о сообщении, отправленном Лилию Атравису. Мангустина побледнела, и хозяйка лавки повернулась к ней:
– Оставь свою Книгу мага здесь на ночь, Мангустина. Знаю, ты не любишь с ней расставаться, но в этой лавке она будет в безопасности.
Мангустина покачала головой.
– Я бы удивился, если бы Лилий Атравис оставил нас в покое просто потому, что у Мангустины не будет её Книги мага, – сказал Чарли. – Судья заявил, что нам обоим придётся попрощаться с магией. Думаете, он может причинить нам серьёзный вред? – Чарли говорил с явным сомнением, но, к его ужасу, госпожа Румпельштильцхен ответила не сразу, явно колеблясь.
– Если он хочет убрать вас с глаз долой, проще всего будет отрезать вам по пальцу. Не занимаясь магией, вы быстро о ней забудете. Директор Святых Розог уполномочен на проведение такого рода операций, расследование из-за этого никто не начнёт. – Она немного подумала, потом добавила: – Сейчас я ничего не могу сделать, но на людей вроде Лилия Атрависа можно повлиять. Попробуйте выяснить, чего он хочет, и тяните время.
– Единственное, что его интересует, – мрачно пробурчала Мангустина, – это его ужасный дневник «Грязные секретики» – он постоянно в нём что-то пишет! – Она вдруг нахмурилась, словно ей в голову только что пришла какая-то идея.
– Я сделаю всё возможное, чтобы вам помочь, если смогу, – сказала госпожа Румпельштильцхен. – Мужайтесь. – С этими словами она выпроводила их из лавки, глядя на них с тревогой.
Когда они вышли на улицы Тэдема, Чарли взял Мангустину за руку и крепко сжал:
– Мне правда очень жаль. У тебя опять будут из-за меня неприятности.
– Мы ведь согласились пойти на определённый риск, – ответила Мангустина. – Учитель Лин тоже во что бы то ни стало постарался бы предотвратить решение судьи. Ты же видел, какой силой он уже обладает? А теперь представь, как он развернётся, став Аллегорией!
Чарли посмотрел на облачко пара, вырывающееся из его рта с каждым словом. Не сговариваясь, они ускорили шаг. Наступила ночь, и парящие в воздухе свечи уже не казались им такими волшебными, как раньше. Они торопливо покинули город.
Атмосфера, царившая в Святых Розгах, не шла ни в какое сравнение с праздничным настроем Тэдема. Чем короче становились дни, тем сильнее вытягивались лица, и грядущее Рождество казалось чем-то зловещим. Многие ученики были сиротами и смотрели на этот семейный праздник без всякой радости. А уж перспектива провести его в стенах Святых Розог и вовсе усугубляла положение.
После долгой пешей прогулки по обледеневшей грязной дороге под порывами холодного ветра Чарли и Мангустина, добравшись до замка, так и не смогли согреться. Едва они прошли по подъёмному мосту, как перед ними появился один из шептунов, возможно Грозмол.
– Похож-ж-же, Лилий Атравис-с-с ж-ж-желает немедленно вас-с-с видеть… – прошипел он и убежал.
Чарли и Мангустина с тревогой переглянулись и отправились в башню Знамений.
Кабинет Лилия Атрависа, расположенный прямо над их классом, выглядел поистине угрожающе. Едва войдя, Чарли невольно обернулся и посмотрел на картину, висящую на стене у него за спиной. На портрете была изображена женщина с обвисшими щеками, держащая в руке красное яблоко – несомненно, для того чтобы продемонстрировать свою фарфоровую кисть, покрытую синими узорами. В нижней части картины стояла подпись «Мама».
На письменном столе лежала стопка номеров «Магического вестника». Чарли нахмурился. Среди этих газет наверняка были и его экземпляры, которые директор присвоил. Рядом с газетами стояла огромная чернильница, к которой цепочкой был прикован за ногу гном в оранжевой шляпе. Сам директор что-то строчил в своём дневнике «Грязные секретики», дабы наглядно продемонстрировать посетителям, что они не стоят его внимания.
Чарли хотел как-то подбодрить Мангустину. После случая с Книгой мага она стала очень ранимой, и он боялся, что страх её доконает. Однако Мангустина вовсе не выглядела испуганной. Она внимательно смотрела на книжный шкаф, стоящий за спиной директора: все полки были заставлены толстыми книжечками, на корешке каждой был нарисован глаз. Приглядевшись внимательнее, Чарли заметил, что все книжки подписаны одинаково: «Грязные секретики». Интересно, как давно директор ведёт этот свой ужасный дневник?
– Присаживайтесь, – наконец обратился к ним Лилий Атравис, закрывая свой сборник доносов. Он щёлкнул пальцами, и сидящий на столе гном вскочил и торопливо поднёс хозяину сложенный лист бумаги. Когда директор развернул бумагу, Чарли узнал коричневые чернила.
– Честно говоря, мне очень любопытно, чем вы так насолили судье Денделиону, что он так разозлился. Мои милые малыши нашептали мне, что вы как-то связаны с исчезновением Всадника, но мне крайне трудно в это поверить.
– Главным образом судье не нравится общение с нами, – с заговорщицким видом ответила Мангустина.
Чарли кивнул. Тщательно подбирая слова, он спросил:
– Судья приказал вам отрезать нам по пальцу?
Как он и надеялся, директор недовольно скривился:
– Радамант не отдаёт мне приказы – он лишь просит меня об услуге. И я весьма заинтересован в том, чтобы его порадовать. В конце концов, мы с ним живём в одном мире. – Говоря так, он поправил воротник. Впрочем, по тому, как это было сказано, Чарли вдруг ясно понял, что судья Денделион и Лилий Атравис вращаются в очень разных кругах – к большому разочарованию последнего.
«Попробуйте выяснить, чего он хочет», – так сказала им хозяйка книжной лавки.
– Вы хотите иметь союзника в его лице, когда станете академиком? – поинтересовался Чарли.
– Ну что за глупости! – рассмеялся Лилий Атравис. – Нельзя стать академиком по щелчку пальцев, даже если получишь степень Магистра магии. Сначала нужно получить признание, заложить свой камень в фундамент магии…
Впрочем, было ясно, что наивный вопрос Чарли польстил директору.
Чарли
