отъезд напоминает какую-то спецоперацию. И я в который раз радуюсь, что дочь еще слишком мала, чтобы понимать, что происходит.
Страшно ли мне? Определенно. После того, что я пережила за те минуты после взрыва, до сих пор не отошла полностью.
Внутри все еще натянута пружина, и я в любой момент жду подвоха.
Когда приезжаем на место, дочка спит. Поэтому выхожу одна и оглядываюсь по сторонам. Нас встречает молодая женщина в положении. Судя по всему, рожать ей месяца через три.
- Привет, - улыбается она, подходя ближе. - Я - Оля. А ты - Арина, верно?
- Добрый день. Да. А там - дочка моя. Таня. Но она заснула недавно…
- Давай, я помогу.
Оборачиваюсь и замечаю высокого широкоплечего мужчину. Он вроде бы и улыбается уголком рта, однако глаза остаются серьезными. А еще взгляд у него какой-то цепкий, пронизывающий. Такой бывает у Алекса, когда тот оценивает нового знакомого.
- Нет-нет, я сама. Она может испугаться незнакомого.
- Хорошо, как скажешь. Меня Максим зовут.
- Это ведь ваш дом?
- Да. Алекс не рассказал, куда вы едете?
- Только в общих чертах, - смущенно отвечаю. Не признаваться же, что я попросту прослушала некоторые слова, потому что слишком сильно была погружена в свои переживания.
Таня начинает просыпаться, и я все же забираю ее из машины. Она сонно моргает, осматривается, а заметив незнакомых людей, испуганно вцепляется в меня.
- Тише, солнышко, все хорошо, - ласково говорю ей, поглаживая по спине.
- Сколько ей? - спрашивает Ольга.
- Чуть больше двух.
- Нашему сыну - Кириллу - почти четыре. Думаю, они смогут найти общий язык.
И словно услышав, что про него говорят, из-за поворота выбегает мальчуган с самолетом в руках. Он на полном ходу влетает в объятия отца, который подбрасывает того в воздух, отчего ребенок заливисто хохочет.
Таня удивленно наблюдает за происходящим, а затем протягивает ладошку и вопросительно смотрит на меня.
- Сначала надо поздороваться, дочь. Давай.
Но Таня хмурится и поджимает губы. Упрямая. Вся в отца.
- Ничего, - вмешивается Ольга. - Еще успеют познакомиться. Идем, покажу вашу комнату.
Мне крайне неловко, что придется стеснять совершенно незнакомых людей. Но Саша сказал, так надо ради безопасности, и я не стала спорить. В конце концов, что я могу против тех, кто способен так легко лишить ребенка жизни? Ничего. Поэтому нет смысла воевать за право что-то решать.
Привыкнуть к новому месту непросто. Но я стараюсь. Тем более что Оля оказывается очень приятной и искренней в общении. Мы довольно быстро сходимся, тем более что тема детей актуальна для каждой из нас. К счастью, и Таня с Кириллом тоже легко сходятся и играют вместе во все игрушки.
Пару дней я терпеливо жду, что Алекс позвонит сам. Перед самым отъездом он вернул мне мобильный. Но время идет, а Воронцов не дает о себе знать. И я, набравшись смелости, звоню сама.
Вот только абонент вне зоны действия сети. И так не один раз подряд…
Это нервирует. Потому что Саша не звонит и следующие два дня. Зато мама выходит на связь.
- Арина, нам надо увидеться, - требовательно говорит она, едва я отвечаю на ее звонок.
- Что-то случилось?
- Случилось. Это важно. Игорь не может связаться с тобой, а он уже подготовил все для вас с Танюшей.
Я не сразу отмираю и могу говорить. Как? Ведь Саша сказал, что обезопасил маму. Хотя и говорил, что вообще-то она сама виновата, что связалась с этими людьми, но все равно уступил мне и пообещал, что за ней присмотрят.
- Мам, ты что, общаешься с Игорем? Вы виделись? Он приходил к тебе?
- Звонил. Арина, времени мало. Нужно срочно встретиться с ним - иначе потом он не сможет вырвать Танюшу и тебя из лап этого монстра!
Мысленно подбираю слова, но все звучит как-то либо неубедительно, либо слишком мрачно. Так что в итоге вываливаю все как есть.
- Нам нельзя с ним встречаться. Он не поможет нам, мамуль. Игорь работает на тех, кто пытался выкрасть Таню.
- Дочь, ты что-то путаешь. Если ты веришь этому Алексу - то зря. Он тебе пудрит мозги! Понимаешь? Ты ведь не хочешь остаться без Тани? Он же так и будет тебя шантажировать!
- Все не так!
- Вот, ты уже его защищаешь. Я же говорила, надо бежать, пока не поздно. Арина, где ты? Я сама приеду.
- Я не могу с тобой встретиться. Не сейчас.
- Значит, вот так? Теперь ты с ним? С тем, кто виноват в смерти Арсения? И как тебе спать с убийцей твоего брата?!
Обессилено падаю на кровать.
- Что?
- Не хотела тебе говорить так, по телефону. Но ты же снова втрескалась, как кошка. И что только нашла в это прощелыге…
Мама еще что-то говорит, но я не слушаю. Нет, я не верю, что Алекс мог сделать подобное. Он бы не стал врать. Сказал бы, что так было нужно, просто отрезал бы, и все. Тогда, выходит, это Игорь постарался?
- Это не Саша. Это другой человек сделал.
- Ты совсем дура? - злится мама. - Хватит слушать Воронцова!
- Как у тебя дела? - сдавленно спрашиваю. - Тебе что-то угрожает или …
- Это тебе угрожает. Тебе и Тане. Игорь рассказал, что этот твой Воронцов все специально подстроил, чтобы повесить все грехи на Арсения. Поэтому и не довели дело до суда.
Мне больно слышать от нее такое. Но я твердо знаю - это не так.
- Мама, я тебе не верю. Игорь тебе наврал.
- Какая же ты глупая, дочь. Но ничего, я сама помогу тебе.
Она заканчивает разговор, в трубке только короткие гудки, а я ошарашенно смотрю и не понимаю - что значит - сама? Перезваниваю ей, но телефон уже отключен.
И что делать? Алекс по-прежнему вне зоны доступа, а у меня появляется нехорошее предчувствие…
И тогда я решаюсь пойти к хозяину дома. Не могу же я сидеть и просто ждать!
- 54 Арина -
Оля с Кириллом сегодня уехали к врачу, так что мне приходится самой искать Максима. Обхожу полдома, прежде чем достигаю цели.
Григорьев сидит за столом в дальней гостиной и что-то читает.
- Извините, - робко произношу, - можно?
- Арин, конечно, проходи. Что-то случилось?
- Да. У меня… Я не могу связаться с Сашей целую неделю.
Мужчина хмурится и кивает.
- У него командировка. Полагаю, пока он просто не может выйти на связь.
- Это вы его отправили?
Максим откладывает планшет. Теперь он чуть более сосредоточен на мне, взгляд становится изучающим. Отвечать хозяин дома, кстати, совершенно не торопится. И это нервирует.
- Тебе что-то известно?
- Ничего. В том-то и дело. А мне очень надо поговорить с
