в трубах.
Почему по озеру расходится рябь? Ничего хорошего это не предвещает. Старик отошел от перил и на всякий случай поднялся на верхнюю палубу.
Справа стояла пушка для стрельбы гарпунами. Сарган сел в седло, взялся за ручки и склонился над прицелом: две линзы, подвижная гайка для регулировки фокуса и три турели для установки в режиме дрейфа, подъема и параллакса. Обеими руками старик выровнял прицел по всем трем параметрам. За такой гаубицей он сидел впервые, не говоря уже о стрельбе – это была работа гарпунщиков и матросов, обслуживающих катапульты. Однако старик забыл в каюте бинокль и разглядеть, кто шевелится в озере, мог только через прицел. Затаив дыхание, Сарган стал ждать – он тысячу раз видел, как это делают во время рыбной ловли.
Поверхность пруда подернула масляная пленка.
Но в трубах забулькало еще сильнее. Видимо, Сиракк по-прежнему не утолила жажду.
По воде плясали солнечные блики. Оторвавшись от прицела, страж песков осмотрел сонную поверхность озера невооруженным глазом.
Корабль чуть накренился на правый борт.
Всплеск – и в небо взвился гигантский силуэт.
Во все стороны полетели брызги и запрыгали тени. На долю секунды исчезло солнце.
Сарган вскинул голову и выстрелил не целясь.
– Ржавоед по левому борту!
Несколько матросов подбежали к перилам, чтобы увидеть все собственными глазами. Закричали, замахали руками.
Из катапульты на носу вылетел первый снаряд, и тут же выстрелили снова.
Гигантский венчик оглушительно шлепнулся в воду и скрылся из виду.
Следом за ним полетели два гарпуна, но слишком далеко от цели.
– Попал? – заорал кто-то.
– Нет, бери сильно правее! – прокричал в ответ хриплый голос.
Вода бурлила.
Бежали минута за минутой. Матросов у фальшборта, кажется, стало втрое больше, и еще целая толпа собралась на нижней палубе. Но все молчали.
Поверхность воды снова стала плоской как доска.
Золотые блики, тишина…
Сарган не спеша вылез из седла и пустил на свое место настоящего гарпунщика. Болтливого парня, которого хлебом не корми – дай поспорить на что-нибудь.
– Ржавоед затаился на дне, – прошептал тот, смотря в прицел. – Держу пари, что он напуган… и вряд ли собирается нападать с кормы.
Старик молча кивнул, начал перезаряжать орудие вторым гарпуном и бросил на парня взгляд.
– На что спорим?
Гарпунщик похлопал ладонью по гаубице, словно жеребца по холке.
– Я никогда не спорю с офицерами. А эти штуки, – он показал на пушку, – всегда должны быть заряжены.
Может, он злится, что выстрел потрачен зря? – подумал Сарган.
– Давно ты на этом корабле, Фарис? – Страж песков неуклюже попытался сменить тему.
– Одиннадцать лет и девять месяцев.
– Значит, ты уж всякое повидал! Тут, похоже, полным-полно ржавоедов. – Сарган хотел добавить что-то еще, но сдержался.
– Наверняка! И следующий будет иметь дело с профессионалом.
– Жаль, хотел бы я взять одного на мушку, – посетовал Сарган.
Фарис улыбнулся беззубым ртом.
– Не в обиду, страж песков.
В каком-то отсеке у пульта управления Ясир нашел несколько книг и тетрадей. Выбрал один томик. Весил он изрядно. Положил книгу на колени и начал листать.
На страницах одна за другой в алфавитном порядке в сопровождении схем и рисунков следовали карандашные заметки; каждая начиналась большой заглавной буквой, как в старинной книге.
Долгие годы чтение было для Ясира единственным способом хотя бы на время сбежать от жизни, в которой его ждали только нужда и страдание. На борту почти всех кораблей, особенно торговых, имелись книги, которые помогали коротать долгие вечера тем, кто любил читать. И Ясир не упускал случая прихватить томик домой.
Чаще всего это были приключенческие рассказы о путешествиях; время от времени попадались руководства по оборудованию, технические трактаты и сборники по всевозможным темам: от ботаники до рыбалки и хранения продуктов питания…
Но сейчас он держал в руках что-то особенное. На обложке из китовой кожи Ясир прочитал название книги, тисненное крупными золотыми буквами:
Энциклопедический словарь
Иеронима Франка Эйзенаха
Иллюстрированное издание
В восторге от этой находки, Ясир устроился поудобнее в кресле и принялся листать страницу за страницей, не обращая внимания на шум вокруг. Его очаровали прекрасные рисунки растений и существ, которых он никогда не видел. Как эта книга здесь оказалась? Но он тут же сам ответил на свой вопрос: ведь пневмошарниры – это спасательные шлюпки, которые за время путешествия могут проходить тысячи миль, поэтому на борту, кроме стандартного снаряжения, всегда есть что-нибудь для развлечения. Так немного легче справиться со скукой.
Ясир дошел до страницы, испещренной странными графиками и мелкими циферками, зевнул и закрыл глаза.
Мерное покачивание шарнира окончательно его убаюкало…
АзурМиз опустил фонокль и с наслаждением подставил лицо ветру. Когда он спустился в трюм, чтобы понять, что случилось, то ничего не нашел – видимо, просто от колес в днище отлетел большой камень. Поэтому механокардионик вернулся на нос и забрался на бушприт. Завис метрах в шести над первой батареей шин. Одно неверное движение, и никто даже не заметит, как он рухнет вниз, под колеса.
Но механокардионик слишком презирал опасность, чтобы использовать страховку. К тому же был так зол, что даже костяшки вцепившихся в рею пальцев побелели. Он чувствовал всё: каждую вибрацию корабля, шедшего по неровной поверхности. Едкий запах песка. Тяжелое дыхание металла.
Конечно, они могли идти быстрее. Но эту скорость выбрал сам корабль. Ведь АзурМиз знал, что за штурвалом никого не было.
Механокардионик обернулся к капитанскому мостику. Не видя ветровое стекло, он ощущал, как оно раскалилось.
Зажмурился, постарался почувствовать пустыню. Металл перил показал ему кусочек пейзажа: метрах в двухстах от них была плоская как плита водная гладь, покрытая бликами. Напоминающая расплавленную магму.
Робредо тоже увидела это и сбавила ход, размышляя, стоит ли обогнуть препятствие.
– Азу-урМи-из!
Истеричный вопль пробрал механокардионика до костей: он поднимался из трюмов, расходился во все стороны, отдавался гулом в металле и обжигал, как струя горячего масла. У АзурМиза заныли суставы и свело кишки.
Сердце бешено забилось. Нервы натянулись до предела.
Это Робредо II, не зная, что делать, поставила его перед выбором: озеро или песок?
Корабль не паниковал, пока нет. Но ему срочно нужна была помощь.
Механокардионик спустился с бушприта и побежал по трапу на капитанский мостик.
– Отпусти его! – прокричал он Робредо на металлоязе. Может, Зуар не заслужил такого наказания? В любом случае, теперь-то наглец точно усвоил урок. Пора заняться делом.
– Освободи его, пусть встанет за штурвал.
Когда АзурМиз пришел на мостик, Зуар уже держал в руках рулевое колесо. Он разминал ушибленную руку, но в остальном выглядел как новенький.
Механокардионики обменялись злобными взглядами.
– Тебя нужно было проучить, черт подери. Так что не вздумай обижаться, понял? У нас по курсу – какая-то лужа, будь она проклята.
Зуар лишь кивнул, не удостоив АзурМиза ответом.
Радуясь, что кто-то снова встал к штурвалу, Робредо II начала обходить озеро по правому берегу. Перед ними – недавние следы колес. Какая-то каша из грязи и песка, которая быстро высыхала. И что-то похожее на большой листок, плавающий в
