образом и еду встречать папу. В конце концов, попробую прощупать почву, потому что, конечно, мне бы хотелось поддерживать отношения с родней. И с Катиной мамой в том числе. Не могу я в родителях видеть исключительно плохое, не тот я человек.
Но спустя всего лишь час мое мнение рискует поменяться навсегда.
– Ты зачем притащил ко мне какую–то девку? – шиплю недовольно на отца, ставя чайник. – Я тебя приглашал, а не твоих подружек.
– Сын, тон попроще, это не моя подружка, а твоя. Новую невесту решил с тобой познакомить. Вернее, она сама вызвалась приехать, я–то изначально смотрины не планировал, – он тяжело вздыхает.
– Что? – у меня буквально глаза на лоб лезут. – Невесту? Ты снова за свое? Мы ведь договаривались!
– Да, верно, – папа согласно кивает, – договаривались. Ты сам будешь выбирать, я тебе как раз познакомиться поближе предлагаю. Не понравится эта, у моих партнеров еще дочки есть. Я бы сказал, целый цветник, не за кого выдавать замуж.
И почему я считал, что с отцом можно жить в мире и согласии? Он все равно норовит залезть в душу и устроить там все по–своему.
Настасья вскоре выходит из ванной, к счастью, одетая, а то если бы не отец, точно принялась бы соблазнять жениха, то бишь меня, и мы с папой сворачиваем разговор до лучших времен.
День тянется мучительно медленно и уныло. Отец дистанцируется, постоянно уходит в отведенную ему комнату, якобы чтобы поговорить по работе, а девица, естественно, пристает ко мне с расспросами и комплиментами.
– Ой, Дима, ты такой хозяйственный, чай мне налил, накормил, – говорит она елейным голосом.
– Это сэндвичи из ближайшего супермаркета, а пользоваться электрическим чайником всем под силу, – отвечаю безэмоционально.
– И все равно, подумал ведь о том, что гости приедут голодные! Большой тебе плюс, – не успокаивается она.
Я же вяло киваю, медленно прожёвывая резиновые сэндвичи. Кажется, ингредиенты в них свежие, и то хорошо. Не отравиться бы всем троим, а то наше совместное проживание удлинится.
Все время порываюсь позвонить Кате, но, боюсь, она не поймет, если услышит женский голос на заднем фоне. Лгать, что с отцом приехала мачеха, не хочу. А объяснять честно про Настасью будет тоже не лучшей идеей. Она и без того считает, что я недолгий пассажир в их с двойняшками жизнях, никак не хочет меня до конца принять. Мне делать ошибки никак нельзя.
– Сын, сводил бы нас куда–нибудь, чего мы в четырех стенах сидим? – осеняет вдруг моего папеньку.
Медленно перевожу на него взгляд, от болтовни его невесты у меня уже голова гудит, и я не сразу понимаю, о чем речь.
– Точно! Давайте! – вмиг оживляется Настасья, чуть ли не подпрыгивает на стуле. – По городу погуляем, а потом в ресторан!
– Нет, – решительно прерываю фантазии девушки, – в торговый центр мне надо, туда и поедем.
Нужно глянуть, детский магазин начал работать после ремонта или нет. Катя его так хвалила, только не помню, что именно ей там нравилось.
Ай, плевать, просто лишь бы куда–то выйти и увидеть других людей вместо этих двух.
– Ладно, там в кино можно сходить, – не теряет оптимизма Настасья.
– Вы пойдете, молодежь, а я найду себе занятие, – тут же пытается слиться отец.
– Нет, – я снова категоричен, – никакого кино. У меня глаза болят от большого экрана. По этой же причине, папа, ты должен поехать с нами, я зрение в оптике проверю, вдруг они мне закапают глаза, и обратно я не смогу рулить.
Естественно, придумываю на ходу, но как бы мне все равно. И на достоверность тоже.
– А там разве капают глаза? Это ж только врач делает, – хмурится Настасья.
Хоть что–то способно ее вывести из позитивного состояния.
– В нашей капают, – произношу безапелляционно и смотрю на отца. – Ну же, папа, ведь ты так хотел увидеться с сыном, а не только свои рабочие дела решать!
– О да, Александр так тебя любит! Всю дорогу рассказывал, какой ты у него замечательный сын, – Настя снова входит в режим восторженности, – меня это очень подкупило. У меня с папой тоже связь, я считаю, это полезно для будущей ячейки общества, когда у обоих хорошие отношения с родителями.
– Конечно, я еду, – говорит отец после столь пламенной речи.
Кажется, не только я тут должен выбирать невесту, но и она присматривается к нашей семье. Хоть что–то мне на руку. Глава 62
Быстро доезжаем до центра, паркуемся и выходим. По правде говоря, я отвратительный хозяин, если так посмотреть. Да, встретил, да, по комнате гостям выделил, и да, даже накормил. Но развлекать их походом в торговый центр по личным делам – это, конечно, такое себе.
Но каковы гости, таковы и развлечения. Пусть радуются, что не запер в квартире, а сам пошел гулять. Хотя надо было так сделать, Катю и детей увидел бы, целый день не говорим с ними. Это ж кошмар какой–то!
– Проходите, гости дорогие, в наш торговый центр, – ерничаю на входе.
– Димочка, ты такой обходительный, – говорит с улыбкой Настасья и берет меня под локоть.
Ничем эту девицу не пронять. Она так замуж хочет, или дома ее в четырех стенах держат?
– Обычный, Настя, я совершенно обычный, – мягко высвобождаю руку.
– Да еще и скромный! А я знала, что Александр не мог воспитать плохого сына!
Кошусь на отца, мол, откуда ты такую взял, но он лишь пожимает плечами.
Внутри мы немного разбегаемся, Настя, как обычная девушка, тут же вспомнила, что ей нужно что–то купить и нырнула в магазин косметики. Мы с отцом не идем, решаем выпить по кофе. Надо хоть как–то приободрить себя.
– Ты зря кривишься, Настя гораздо лучше Виктории, – отец ожидаемо начинает рекламировать свою протеже.
– Не пойдет налево? Или она, может быть, девственница? – выгибаю бровь. – Справку требовал? Кстати, можно с помощью операции себя снова невинной сделать, имей ввиду, папа.
– А ты не умничай, Дмитрий, – он кривится, – а то посмотрю, больно независимым себя ставишь. Буквально на днях оторвался от моих штанов, а мнишь уже так много.
– Я не прошу помощи, отец, расслабься. Сам справляюсь, и дальше все у меня будет хорошо.
– Женишься на нормальной, детей заведешь, и будет хорошо, – безапелляционно заявляет он. – Мне отец Настасьи нравится, толковый мужчина. И девчонку свою не бросит, подарит вам много чего, не все же время тебе фрилансить.
Язык очень чешется сказать, что поздно, уже женат и обзавелся детьми, причем двумя сразу, но тут к нам возвращается Настасья. Почему–то не хочется при ней скандал закатывать, уж больно позитивной и
