– Посидите здесь, я найду доктора.
– Не морочь ей голову, Дон! – резко приказал Коромель, когда тот помогал ему сесть. – Она занята. Со мной ничего страшного. Это всего лишь старость.
Лунзи неслась, перепрыгивая через две ступеньки. Достигнув первой лестничной площадки, она обнаружила, что вниз по лестнице, навстречу ей, валит ещё одна толпа обезумевших пассажиров, направляющихся в банкетный зал из своих кают. Она попыталась уцепиться за перила, но была сбита с ног. Бегущая публика безжалостно пинала её. Она хваталась за ступни мелькающих над ней конечностей, стараясь подняться, но её сбивали снова и снова. Но она все ещё была внутренне мобилизована, только это и помогло ей откатиться к стене, опираясь на которую она сумела встать. Держась за стену, Лунзи собралась с силами, а потом снова двинулась к своей цели, расталкивая толпу и не обращая внимания на негодующие возгласы оказавшихся на её пути. Она миновала ещё одно человеческое стадо, стремящееся в панике поскорее забиться в безопасное место. Она знала, что ей не менее страшно, чем всем остальным, но, зажатая между самодисциплиной и чувством долга, не поддавалась – не имела права поддаваться – страху.
Следующий этаж уже практически опустел. Вспомогательный люк в метановый отсек, обычно герметически закрытый, был распахнут настежь, метан распространялся по всему кораблю, вызывая приступы тошноты. Спасательные капсулы этого этажа уже отшвартовались. Задыхаясь в жутком зловонии, с трудом подавляя приступы рвоты, Лунзи побежала к своему кабинету.
Свет в этой секции то включался, то угасал. Крышки люков, которые держались на своих местах при помощи магнитных присосок, лишившись силы сцепления, рухнули вниз, продавив полы и потолки. Она миновала их и чуть ли не ощупью нашла вход в лазарет.
Обратный путь проходил уже по пустым коридорам. Внизу Лунзи увидела, что у этой трагедии есть и другие жертвы. Грудная клетка Перкина была уже тщательно выправлена, стянута и зафиксирована. Он находился вне опасности, поэтому она оставила его отдохнуть на мягкой кушетке и отправилась осмотреть пострадавших членов команды.
– Лунзи, сюда! – замахал ей Дон из темного угла, где без сознания лежал адмирал. – У него сердечный приступ.
У Лунзи перехватило дыхание, едва она разглядела сморщенное лицо старика. Даже при красном аварийном освещении можно было увидеть, какое оно бледно-зеленое. Она опустилась на колени, раскопала в медицинской сумке гип-спрей и прижала его к руке Коромеля. Они с Доном с тревогой следили за показаниями портативного сканера, ожидая, пока жизненные показатели не улучшатся. Вдруг адмирал зашевелился, тяжело вздохнул и нетерпеливо замахал на них рукой.
– Я хочу сделать ему витаминную инъекцию с железом, – сказала Лунзи, подступая к нему с ампулой. – Он должен отдохнуть.
– Нечего отдыхать, когда люди в опасности! – невнятно пробормотал Коромель.
– Вы в отставке, сэр, – терпеливо напомнил ему Дон. – Я помогу вам подняться.
– Вам бы лучше пойти в капсулу, – обратилась к ним первый помощник капитана Шарю.
– Я не собираюсь идти в капсулу, – хрипел Коромель.
– Я останусь и помогу, Шарю, – крикнула Лунзи через плечо.
Шарю с благодарностью кивнула и дала сигнал задраивать люки в оставшихся капсулах.
– Капитан, – проговорила она в переговорное устройство на запястье. – Вы можете отдавать приказ.
– Что мы делаем? – спросил Дон, когда они помогали адмиралу идти к лестнице. – Это только повредит адмиралу. Ему требуется помощь!
– Давайте отведем его в одну из криогенных комнат. Я дам ему успокоительное, и он сможет переждать в холодном сне вместе с прочими серьезно раненными членами экипажа, пока нас не разыщут. – Лунзи чуть ли не тащила старика к палате лазарета, беспокоясь, протянет ли он до того момента, когда ему можно будет ввести криогенный препарат.
Корпус корабля снова сильно тряхнуло, и последний свет погас. Они остановились на несколько секунд. Включилась лишь аварийная сигнализация по углам огромной голограммной.
– Вот и оно, – тяжко вздохнула Чибор. – Энергоснабжение накрылось. Эти фонарики на батареях.
Кто-то из экипажа в ярости колотил по корпусу распределительной панели рядом с дверями:
– Компьютерная память сдохла. Все программное обеспечение надо будет грузить заново с керамики. Уйдут месяцы, годы, чтобы опять запустить корабль. Мы можем лишиться всего – энергии, жизнеобеспечения…
– Собираемся в одной секции на время, Найс. Так мы частично обеспечим себе среду обитания, – предложила Шарю. – Я предлагаю гидропонную секцию.
На данный момент свежего воздуха там достаточно для тех немногих, кто тут остался. Запускайте механические циркуляционные вентиляторы, чтобы поддержать движение воздуха. И подключайте аварийный маяк.
– Телеметристы говорят, что мы подошли к планете слишком близко. Никто не в состоянии будет разглядеть нас, – агрессивно возразил Найс. Его нервная система явно находилась на пределе. – Во всяком случае, мы не предполагали тут останавливаться. Гигант – единственный наш ориентир в этой системе. Мы в миллионах километров от нашей точки выхода из подпространства.
– Ты не хочешь, чтобы тебя нашли? – Шарю оборвала Найса, схватила его за плечо и встряхнула. – Пойди-ка к капитану Винлайну, посмотри, что он хочет сделать. Он на мостике.
– Ладно, Шарю. – Найс бросился к проходу.
– Здесь будет опасно, пока мы снова не запустим системы стабилизации, – повернулась Шарю к Лунзи, которая только что вернулась в голограммную. – Могу я чем-нибудь помочь?
– Принесите мне сюда фонарь, работающий на батареях, и я смогу продолжить работу. – Лунзи порадовалась, что не находится в полной зависимости ото всех этих игрушек современной медицинской технологии. Что делали бы на её месте университетские собратья-медики с Астрис Александрии без своих электронных скальпелей?
Она все ещё находилась под влиянием адреналинового выброса, стимулированного самовнушением. Когда бы его воздействие прошло, она оказалась бы почти беспомощна.
Позади неё раздался хлопок, напоминающий приглушенный взрыв. Лунзи остановилась посмотреть, что это такое. В тусклом свете она увидела, как металлические бронированные двери медленно стронулись с места, неумолимо перекрывая путь в опустевший банкетный зал.
– Сорвало зажимы! Двери закрываются! – закричала Чибор. – Берегись!
Махина острым углом шарахнула Лунзи по ребрам, отбросив её назад. Она ударилась о стену, сползла по ней на пол и, лишившись сознания, рухнула поверх тела своего пациента. К ней подбежала Чибор. Она отерла кровь с губ Лунзи и нащупала пульс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
