узнаете все сами.
Софии не понравилась вся тирада. Но деваться было некуда.
— Что за условие? — спросила она.
Зельда озвучил.
Некоторое время она хватала ртом воздух, не находя слов для внятного ответа, а потом упала на стул, обхватила голову руками и некоторое время молчала, глядя прямо перед собой. К н и г о е д . н е т
Это и в самом деле была не помощь, Зельда не обманул. Сделка, в которой каждая из сторон приобретала определенные выгоды в обмен на что-то ценное для другой стороны. И София была готова отказаться от чего-то или пожертвовать чем-то в обмен на возможность прикоснуться к тайнам планеты, которая могла стать первой во Вселенной точкой контакта с другой, чужой цивилизацией, в обмен на возможность — нет, она все еще не готова была признать поражение— остаться рядом с Анной и, может быть, может быть…
— У вас есть срок до дня приземления миссии, — подал голос Зельда.
— Я не пойду на это, — сказала она тихо, поворачивая голову и глядя на него. Еще секунду назад сердце дрогнуло от благодарности за подаренную надежду, но так же быстро, как подарил, Зельда эту надежду и отнял. — Вы же понимаете, что не пойду.
Снаружи донесся легкий звон, возвещавший ранее о наступлении времени птиц — а теперь о включении электрополя. София и Зельда одновременно посмотрели в окно: а вдруг сейчас появятся знакомые силуэты, вдруг раздастся — пусть и неслышно для них — шорох больших крыльев, и колонию снова наполнят эти странные создания. Но небо оставалось пустым, целым, неразрезанным на части. Только немного затуманилось.
— Я обещал предложить вам условия и дать время, — заговорил Зельда, когда все стихло, и София посмотрела на него, уже почти ожидая еще какого-то подвоха. — Я не собираюсь уговаривать вас, хотя мое командование было бы радо такой инициативе. Но пока это ваш единственный шанс остаться, если вы этого действительно хотите. Не отказывайтесь от него просто так, София.
И, видимо, решив, что его речь все-таки уже смахивает на уговоры, Зельда замолчал, развернулся и, не прощаясь, направился к выходу.
Все-таки сегодня он слишком настойчиво вторгался в ее личное пространство во имя своих исключительно прагматических целей. «София, София» — а вчера, даже когда они ехали навстречу неизвестности и не знали, выживут ли вообще, было только «Владимир». Что-то в ней все-таки возмутилось этим из последних на сегодня силенок, и в широкую спину Зельды мелким камешком полетел нарушающий всякую субординацию вопрос:
— Зельда, авас-токак зовут?
Наивная, почему она думала, что сумеет застать коммандера врасплох? Он даже не замедлил шага и не обернулся, когда ответил:
— Габриэль.
ГЛАВА 20. ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ
София перестала готовиться к разговору с Анной около недели спустя, и в этот раз даже не стала жаловаться Фрейе. Тем более что артифиш была на нее немного обижена: вот так запросто ты с утра пораньше отправляешь меня прямо к дракону в пасть, то есть в казармы к коммандеру Зельде?
— Ворчишь, как будто я отдаю им тебя для опытов, — заворчала в ответ и сама София, когда поначалу тихое возмущение робота стало переходить известные пределы. — Передашь им данные и вернешься.
— А вдруг, пока меня не будет, обнаружится что-то важное? А вдруг тебе или Анне срочно потребуются мои знания, а я далеко? — Фрейя воздела руки к небу, будто призывая сам космос в свидетели творящейся несправедливости. — София, согласно теории вероятности, существуетпятидесятипроцентныйшанс, что так и случится!
София только покачала головой.
— Я справлюсь, я тебя уверяю. Иди.
…К тому же, если совсем честно, она и понятия не имела, что стала бы и говорить и делать. Ну не упрекать же Анну, в самом деле, за то, что он выбрал Аманду? Тогда стоит наведаться и к Хелене, приславшему ей вежливый отказ тем же вечером после разговора с Зельдой. Пусть тоже объяснится с ней, какпорядочныйчеловек.
Нет, программа «Стандарт» для нее закончилась насовсем, решила София, и сосредоточилась на прилете миссии, который с каждым днем был все ближе и ближе.
Вынужденное безделье — спасаясь от него, Анна целые дни проводил в Главном доме, — и без того бы нервировало, а тут еще и это ожидание; София хандрила, не поддавалась на попытки Эльвиры вовлечь ее в беседу за обеденным зеленым чаем, сидела целыми днями, бесцельно уткнувшись взглядом в геологическую карту.
Разбавить охватившую весь корпус тоску немного помог прилетевший с новостями Ник. Трава, которую они привезли, заявил он с порога, оказалась такой же искусственной, как и птица, и Ник минут двадцать жаловался Софии на несправедливость:
— Эх, нам бы не крыло этой птички, а голову, чтобы мы могли заглянуть ей в мозг! Может, взломали бы память. Может, нашли бы какой-нибудь алгоритм, программу — хоть что-нибудь, чтобы мы понялизачем! Это ну очень точная имитация тех птиц, которые к нам прилетали, и я тебя уверяю: в стае ты бы в жизни не отличила искусственную от настоящей. И трава такая же, как наша привычная трава. На ощупь — один в один. Понимаешь, куда я клоню, да?..Да?
София и весь геокорпус внимали и понимали.
— А что, среди тех птичек, которые попадались нам погоревшими на поле, не было ни одной искусственной? — поинтересовалась Эльвира, как и остальные, с живым любопытством прислушивавшаяся к беседе.
Ник возмущенно обернулся, аж волосы пламенем запылали вокруг головы:
— Нет! Неужели вы думаете, такое смогли бы скрыть?!
— Но ведь вы же скрыли информацию о Тамиле, — заметила София.
Он обернулся уже к ней, покачал головой:
— Это другое дело, приказ сверху. Но если бы вдруг появилось что-тотакое, неужели ты думаешь, это стали бы держать в секрете?
Он снова покачал головой, будто изумляясь тому, что она не видит разницы, будто даже разочарованный тем, что она вообще его в этом упрекнула: прилюдно, некрасиво, хотя могла бы промолчать.
София только вздохнула: ну вот такая она нетактичная, что поделать. Задает неудобные вопросы, выдает неудобные догадки.
— Ничего, прилетят парни с оборудованием, они еще и живую птичку вам изловят, — сказала Саломея, которая тоже с ума сходила в лаборатории от безделья, а потому пришла в общий кабинет на голос Ника. Казалось, ее нисколько не тревожило происходящее, наоборот, девушка с нетерпением ждала прибытия миссии и щебетала о ней днями напролет, не закрывая рта.
Чего доброго, подумалось Софии, воспользуется возможностью и все-таки улетит с планеты. Похоже, такая мысль посетила не только ее. Эльвира подозрительно щурилась, поглядывая на дочь, и постоянно
