class="p1">— Население Цирцеи-4! — воззвал мужчина, когда затихли возбужденные возгласы. София заметила, как неосознанно выпрямили спины и сдвинулись ближе друг к другу те, кто стоял впереди. — Меня зовут Феодор Кейт, я — руководитель миссии «Исследование и наблюдение». Официально объявляю, что с этого момента на вашей планете распоряжаемся мы.
Он не ожидал возражений; их не было. Тишина, до этого бывшая неполной, вдруг стала почти мертвой, и София спросила себя, а где же начальник колонии и почему он не стоит сейчас лицом к лицу с прибывшим чужаком?
— Наш корабль благополучно сел на планете, но приехать мы к вам пока не сможем. Почему, спросите вы. Отвечу: потому что стена активировала поле, пересечь которое не может ни одна машина. Это значит, что миссия сможет предоставить Цирцее только человеческие ресурсы. Во всяком случае, пока.
Кейт чуть развернулся на пятках, будто чтобы охватить взором всю собравшуюся толпу, и продолжил:
— Корабль, на котором к вам прибыли женщины программы «Стандарт», готов принять на борт всех желающих покинуть планету, если таковые найдутся. Управление миграции берет на себя все расходы. Вас определили в зону временного пребывания на Цирцее-1, там вы останетесь до конца миссии. Остальные жители колонии будут временно переселены в палаточный лагерь при космодроме. Почему, спросите вы снова. Отвечу: потому что наши активные попытки понять, что происходит, могут спровоцировать не менее активную реакцию со стороны… — и вот тут он озвучил то, что нужно было озвучить давным-давно, — искусственного интеллекта, управляющего этой частью планеты.
— Что-о? — раздалось разом с десяток голосов.
— Откуда у вас такая уверенность? — подал голос Джером Хелена. — И что вы вообще намерены делать с нашимдомом, пока нас тут не будет?
— Наша уверенность базируется на данных, которые передала нам ваша же планета, — ответил Кейт. — Мы знаем почти наверняка: то, что происходит внутри кольца, управляется из центра — скорее всего, расположенного тут же, внутри, но только под землей. Что мы будем делать, спросите вы. Отвечу: как я уже сказал, все происходящее здесь управляетсячужимискусственным интеллектом, со своей, чуждой нам логикой и, главное, реакциями. И в наших интересах разобраться с ними побыстрее, чтобы вы снова могли спокойно жить на Цирцее и заниматься своими делами. А для этого нам нужно выяснить, что активировало стену, почему стала менять ареол трава и какие функции выполняли птицы. Это три приоритетных задачи. Их мы и будем решать.
— Стена появилась в день прилета корабля «Стандарта»! — громко проговорил возникший рядом с Софией Рудольф Майя, и его поддержало несколько голосов. — А поле — в день вашего прилета. Так, может, вам и им лучше просто оставить нас в покое и улететь? И все решится само собой, без всяких поисков и разборов?
— А если нет? — поинтересовался Кейт. — Что тогда вы станете делать? Вернете нас назад и возьмете на себя дополнительные расходы?
Майя начал что-то бормотать, но передумал и отступил в безопасную безликость толпы.
София же внутренне торжествовала: наконец-то, наконец-то сюда прилетели люди, готовые воспринимать происходящее всерьез! Не просто воспринимать, а что-то делать, разбираться, действовать! Но она не собирается ехать вместе с остальными в палаточный лагерь и отсиживаться там. Она…
— София Владимир! — прозвучало внушительно в следующий миг. — Выйдите сюда.
Мгновение — и часть людской массы, закрывающая ее от глаз Феодора Кейта, повернулась и расступилась. Так быстро, будто ждала сигнала, с такой готовностью, будто знала: о Софии Владимир заговорят, о ней обязательно спросят.
Но ведь и сама София Владимир знала, что о ней спросят, ведь так?..
— Фрейя, спящий режим. — И она привычно вздернула подбородок и вышла вперед, чувствуя, как на спине почти сразу же скрестились лазерные лучи взглядов.
Интересно, есть ли в этом пучке взгляд Анны?..
— София Владимир, миссии немедленно нужен ваш робот, — заявил Кейт без обиняков, когда она остановилась перед ним и тоже заложила руки за спину. — На данный момент он — единственный, который способен работать внутри кольца. Я знаю, что вы еще не согласились, но, принимая во внимание обстоятельства, вы обязаны, вы просто должны нам его передать.
Должны? София возмутилась. Должны?! Отдать миссии Фрейю, расстаться с ней — то есть безоговорочно принять условие предложенной ей Зельдой возмутительной сделки, на которую она никогда в жизни не согласится! Стереть ее личность, откатить назад ее характер, вредность, назойливость — все то, что делало Фрейю Фрейей, — превратить ее в еще одного нейтрально-доброжелательного робота и отдать?!
— А что я получу взамен?
Голограмма еле заметно вздернула бровь.
— Насколько я знаю, вы очень хотели остаться здесь. — Феодор Кейт протянул руку, и кто-то за пределами проекции подал ему планшет с документом, к которому он тут же приложил палец. Отпечаток сверкнул голубым, прежде чем пропасть. — Естественно, вместе с другими до конца миссии вы временно поживете в палаточном городке, но после сможете переселиться в выделенное…
— Я не согласна, — сказала София.
— Не согласны? — Кейт повторил это так, будто думал, что ослышался, но продолжил в высшей степени терпеливо. — Владимир, давайте я скажу как есть: если бы не острая необходимость, вы бы уже через пять минут после вашего «не согласна» паковали чемоданы. Но мы уже потеряли часть оборудования и двух роботов — новых роботов, которые стоили больших денег. Неужели вы рискнете, возможно, единственным шансом для планеты, которую хотите назвать своим домом? Ведь вы же хотите создать здесь семью, выйти замуж. Любой мужчина оценит…
Он говорил это не сколько уже для Софии, а сколько для всей людской массы, собравшейся за ее спиной, массы, которая стояла позади препятствием не хуже, чем пресловутая Стена, и которая тоже была защищена своим полем — полем, сквозь которое София никогда не сможет пройти.
Может быть, было бы проще, будь она такой, как Аманда: открытой, добродушной, красивой… Может, было бы легче, если бы она сосредоточилась не на неведомых технологиях и тайнах, а на том, за чем, собственно, ее и послали на эту планету.
Пять кандидатов.
Семь недель.
И постоянное мысленное «потом», «как-нибудь», которым она отгораживалась от назойливо тикающего в голове и на запястье таймера. Как быстро это «потом» превратилось в «никогда»?
— Мне все равно, как воспримут это здешние мужчины, — сказала она. — Замуж я не собираюсь.
— Но, голубушка, зачем вы вообще тогда сюда прилетели? — раздался позади чей-то знакомый голос, только теперь это «голубушка» звучало совсем не так приветливо, как в прошлый раз.
— В колониях на дальних планетах не держат лишних людей, — поддержали его. — Как же вы собирались тогда здесь остаться?
— Почему кому-то пришлось добывать себе здесь
