еще одному очень плохо. Скажи, что мы заблудились в Аокигахаре. Надо, чтобы они нас нашли.
Томо поставил на землю свой рюкзак и стал искать в нем телефон. Сначала он проверил наружный карман, потом перерыл главное отделение. Вскоре все вокруг него было покрыто содержимым рюкзака: одеждой и комиксами. Он обыскал свои карманы.
— Что за дерьмо! Где мой телефон?
Джон Скотт тоже обыскал свой рюкзак, а я открыл рюкзак Мел, куда положил телефон прошлой ночью. Оба аппарата исчезли.
— Что за бред! — не поверил я. — Не могли же мы потерять телефоны одновременно.
— Мой остался в кратере, — напомнила Мел.
— А где мой, Джона и Томо?
Джон Скотт выглядел обескураженным.
— Не, чуваки, если кто-то решил приколоться, то шутка удалась. Где телефоны все-таки.
— Бен мог их взять? — спросила Мел.
— Зачем ему это делать? — усомнилась Нина.
— Его накрыло, — объяснил Джон Скотт. — Может, он подумал, что это приборы для телепортации и он сможет убраться отсюда домой. Ну и мудак!
— Бен их не брал, — настаивала Нина. — Он был под кайфом, да. Но он не сумасшедший.
— Он смотал чертову веревку, не так ли?
— Может, попробуем вернуться? — предложил я.
Мел взглянула на меня.
— В лагерь?
— Может, он их закопал под деревом.
Джон Скотт покачал головой.
— Мы даже не знаем точно, в какой стороне сейчас лагерь.
Мы постояли молча, обдумывая ситуацию. Неужели Бен действительно забрал наши телефоны? В это было трудно поверить.
Я почувствовал на себе взгляд Нины. Посмотрев на нее, я сразу понял, о чем она думает. Колышущиеся распятия, призрачный силуэт на фотографии, загадочный телефонный звонок… На мгновение я даже поверил в существование чего-то сверхъестественного. Но это было лишь мгновение. Призраков не существует. Не бывает заколдованных лесов. Я тряхнул головой. Нина отвернулась.
Я взял с носилок рюкзак Бена и открыл его.
— Что за… — В моей руке оказался томик «Полного руководства по самоубийству».
— Такую же книжку мы нашли на поляне! — воскликнула Мел. — Откуда это у Бена?! Это ведь та самая, той девушки. Зачем Бен взял ее?
Мел была права. Книга оказалась старой и пожелтевшей. Экземпляр, принадлежавший Юми, выглядел так же.
— Ты знала, что эта книга у него с собой? — спросил я Нину.
— Нет. — Она покачала головой. — Понятия не имела.
— Зачем он взял ее? — спросил Джон Скотт.
— Сувенир? — предположил Томо.
— Расскажи то, что рассказала вчера мне, — обратился я к Нине. — Вчера, когда мы болтали ночью. Расскажи, почему Бен хотел побывать в Лесу Самоубийц.
Нина была явно не в своей тарелке.
— Выкладывай, — потребовал Джон Скотт.
— Бен… Он знал кое-кого, кто совершил самоубийство, — неуверенно начала Нина. — С тех пор он заинтересовался самоубийствами.
Молчание.
Потом заговорил Джон Скотт:
— Видите, это не грибы! Он планировал покончить с собой. — Джон произнес это не для нас, а скорее для себя. Признание того, что Бен готовился к самоубийству, снимало с него обвинения. Теперь на него не могли повесить убийство.
— Но это неправда, — возразила Нина.
— Правда! — победоносно отрезал Джон Скотт. — Он был одержим самоубийствами. Ты это сама сказала, и все это слышали.
— Ну ты и свинья, — вспылила Нина.
— Думай как хочешь. Просто у меня слишком много вопросов. И да, это подтверждает, что Бен забрал наши телефоны.
— Каким образом?
— Он вор.
— Он не вор, и не смей его так называть.
— Книга лежит у него в рюкзаке, но она не принадлежит ему. Для меня это воровство.
Спор прервало появление Нила. Почувствовав напряженную атмосферу, он сказал:
— Простите, не могу это никак контролировать. — Он сполз на землю, держась руками за живот. — Сдается мне, что дальше я не смогу идти.
— Нил, можно я поищу в твоем рюкзаке телефон?
— Зачем?
— Надо позвонить.
Нил вытащил свой сотовый из поясной сумочки, сильно удивившись всеобщему вздоху изумления.
— Нам нужно позвонить в полицию, — просто пояснил я.
Я глянул на черно-белый экран старой «раскладушки» Нила. Связь была, а вот на шкале заряда батареи оставалась последняя палочка.
— Аккумулятор почти пустой. — Я передал телефон Томо. — Звони в полицию, быстро.
Томо набрал трехзначный номер и через секунду разговаривал с кем-то по-японски. Через две минуты он оторвался от сотового.
— Они хотят перезвонить.
— Зачем?
— Ей нужно переговорить с кем-то еще.
— Что? Черт, скажи ей, чтобы поторапливалась!
Томо передал это и покачал головой, услышав ответ.
— Этого чувака нет на месте, она должна ему позвонить.
— Томо, — сказал я твердо, — скажи ей, что телефон сейчас сядет. Скажи, что мы не можем ждать.
Он говорил с диспетчером еще несколько минут.
Злясь на копов, я шагал из стороны в сторону и клял их неповоротливость.
— Сколько осталось заряда у батареи? — прервал я Томо на полуслове.
— Пусто.
— Скажи им, чтобы делали все быстрее! — зло воскликнул Джон Скотт. — Где этот чувак? На Луне?
Томо говорил еще две минуты, почти срываясь на крик, потом дал отбой.
— Ну? — спросил я, зная уже, что новости окажутся плохими.
— Они позвонят в телефонную компанию, потом нам. Телефонная компания отследит звонок.
— Сколько это займет?
— Не знаю. Они перезвонят.
— И что это, черт возьми, даст, если телефон вот-вот сдохнет? — с сарказмом спросил Джон.
— Чувак, я пытался.
— И что нам теперь делать? — спросила Мел.
— А что мы можем сделать? — раздраженно ответил Джон Скотт. — Только надеяться, что они перезвонят до того, как батарейка сядет.
— Выключай его, — потребовал я.
— В смысле? — удивился Томо.
— Выключай телефон. Не трать заряд. Мы сами им перезвоним через несколько часов. К тому моменту они будут готовы и отследят звонок.
Томо нерешительно поглядел на остальных.
— Он может больше не включиться, — заметил Джон.
— Мы должны рискнуть.
Взвесив все за и против, он пожал плечами.
— Как скажешь, дружище.
Я взглянул на него. Джон Скотт был согласен с моим предложением, но хотел быть уверен, что в случае неудачи избежит ответственности за это решение.
— Вырубай, Томо, — повторил я.
Он отключил телефон.
22
Как быстро мы оказались в каком-то аду, думал я, сидя чуть в стороне от остальных. Бен повесился, мы заблудились, Нилу с каждой минутой становится все хуже. Я пытался усмирить бушевавшие во мне эмоции, привести мысли в порядок. Для Бена сделать мы уже ничего не могли, поэтому заботы о нем отступили на задний план. Решение оставаться на месте было, кажется, логичным шагом. Худшее, что мы могли сейчас сделать, это окончательно утратить понимание того, в какой части леса мы находимся. Двухчасовая прогулка и без того увела нас на внушительное расстояние от парковки. Я надеялся, что полиции удастся засечь звонок и
