Она поднялась наверх, чтобы надеть дорожный костюм. Застегивая пуговицы на черном платье с высоким воротником, размышляла, кто может посылать ей такие письма? И с какой целью?
Заколола шпильками волосы, собранные в пучок. Гилберт чинил ставни, в комнату доносился веселый стук молотка. Внезапно ей в голову пришла ужасная мысль.
«Гиб?!»
Она посмотрела в зеркало. Испуганное, бледное лицо. Вздрагивающие от негодования губы. Нет. Гилберт Бут не может иметь ничего общего с этими письмами, грубыми, оскорбительными. Подозрения настолько нелепы, что она даже устыдилась.
Потом вспомнила, что получила первое письмо тотчас же, после появления Гиба в городе.
Джулия надела шляпу с вуалью, натянула перчатки, спустилась вниз и вышла на улицу. День был ветренным и бодрящим.
Гилберт работал возле сарая. Положил доски поперек козел и закрепил на самодельном верстаке. Увидев Джулию, перестал стучать и приподнял шляпу, приветствуя хозяйку дома.
— Доброе утро, мэм.
— Доброе утро, Гиб.
Молодой человек, как и прежде, радушно улыбался обычной обезоруживающей улыбкой. Джулия пристально посмотрела ему в глаза, словно пыталась разглядеть того дурного человека, который написал письма. Ничего не получилось. Она знала только одного Гилберта — сильное тело, непринужденная поза, серые лучистые глаза.
— Я еду в «Континентальную» компанию, — сказала Джулия. — Боюсь, что вам с Мосси придется обедать без меня…
— Вы встретитесь с Хьюзом?..
— У меня есть вызовы на шахте. Конечно, я встречу Гарлана.
Взяв сумку, Гилберт поставил ее на сиденье коляски. Помог Джулии подняться. Когда она устроилась в коляске, Гилберт положил руку на холку Бискита и улыбнулся, присущей только ему, очаровательной и неповторимой улыбкой.
— Сегодня я отремонтирую ставни и починю крыльцо.
— Очень ценю ваше старание.
Коснувшись рукой шляпы, молодой человек снова вернулся к сараю.
Джулия взяла поводья и пустила Бискита рысью. Выезжая со двора, думала о великодушии Гилберта, о том, как он добр с Мосси, о его беспокойстве по поводу крестин сына Чепменов…
Нет, у такого человека не может быть два столь непохожих лица!
Глава 11
Горная компания «Континентальная» находилась в пяти милях от Стайлза. К ней вела каменистая дорога, разбитая колесами тяжелых повозок, груженых рудой. Вокруг предприятия виднелись заброшенные шахты и полуразвалившиеся хижины. Вдали, до самого горизонта тянулись высокие холмы и горы, в неповторимой первозданности. Весеннее небо переливалось всеми оттенками синего цвета — от бледно-голубого до густо-синего. В воздухе пахло хвоей — терпко и нежно.
На территории компании было шумно. Суетились и перекликались рабочие, дребезжали дробилки обогатительной фабрики, грохотали вагонетки с рудой, хлопали двери. Время от времени, из недр горы доносился низкий гул, почва под ногами тряслась и вздрагивала. В шахте велись взрывные работы.
Джулия остановила Бискита перед длинным зданием, где располагались лаборатории и контора управляющего. Встретить ее вышел Гарлан Хьюз. На нем были новые кожаные ботинки — сияющие, начищенные. Золотая цепочка для карманных часов с подвеской из самородка сверкала на солнце. Темные волосы, зачесанные назад, тщательно напомажены и масляно блестели. Гарлану всегда удавалось выглядеть превосходно, даже среди царившего вокруг хаоса.
— К тебе сегодня не очень много народу, — сказал он помогая Джулии выйти из коляски.
— Очень хорошо, — обрадовалась она.
Джулия ничего не имела против осмотра рабочих здесь, в конторе, но ей, все-таки, больше нравилось посещать их семьи.
Войдя в контору, Джулия прошла через маленькую амбулаторию. Разложила на столе инструменты, термометры, шпатели для осмотра горла, ланцеты и зонды, поставила маленький стерилизатор.
Вымыв руки, приготовилась к приему. В кабинет стали заходить больные. Джулия выслушивала жалобы, вскрывала фурункулы, прослушивала хрипящие легкие, назначала повязки на растянутые суставы, смазывала кожные язвы. При ревматизме прописывала салициловую кислоту, при бурситах накладывала шины. Эдвард объяснял ей, что организм в состоянии бороться с болезнью самостоятельно. Внутренние органы вырабатывают вещества, способные устранить причину заболевания. Потому Джулия старалась не особенно усердствовать с лекарствами, а призывала своих пациентов вести оздоровляющий образ жизни.
Через час она сложила инструменты в сумку, умылась, привела в порядок прическу и вместе с Гарланом отправилась обедать.
Столовая была обставлена простой мебелью и выходила окнами на свалку. Зато на столе, за который Гарлан усадил Джулию, сверкала белоснежная скатерть и накрахмаленные салфетки, стояла фарфоровая посуда.
— Как элегантно, — улыбнулась Джулия, когда Гарлан помог ей сесть. — Уверена, что с Эдвардом вы никогда не обедали за таким столом. Верно?
— Моя дорогая Джулия, ты — не Эдвард! — он по-дружески обнял ее за плечи.
Джулия поспешно переменила тему разговора.
— Как дела на четвертом уровне? Есть какие-нибудь успехи?
— Пока нет, — Гарлан сел напротив Джулии. — Но сейчас мы проводим взрывные работы. В эту минуту внизу работает бригада, они устанавливают крепь.
— Думаю, что скоро обязательно что-нибудь найдете! А пока поблагодарим ранчерос из долины, — теперь, когда дела на шахте шли неважно, доходы Стайлзу приносила, в основном, торговля мясом и другими продуктами с ферм.
Гарлан раздраженно хмыкнул.
— Если хочешь знать мое мнение, от фермеров — только ужасная морока. На каждой сессии в законодательном собрании их становится все больше и больше!
Он махнул рукой, подзывая повара. Ли Чанг тут же засуетился вокруг стола, раскланиваясь и улыбаясь. Гарлан сделал заказ. Ли Чанг, покорно согнувшись, поспешил на кухню.
— Источник жизни нашего штата — горная промышленность. Но не коровы, — тоном, не терпящим возражений, заявил Гарлан. — Об этом знаешь ты. Об этом знаю я. Об этом прекрасно осведомлены политики.
Джулии меньше всего хотелось выслушивать политиканские рассуждения управляющего. Но уж лучше говорить о политике, чем о последнем грязном письме, которое она получила и о подозрениях…
Ли Чанг принес тарелки. Поставил на стол истекающее соком жаркое, вареные бобы, маленькие булочки…
— Выглядит все очень аппетитно! — воскликнула Джулия. — Ли Чанг ты превзошел сам себя!
Повар плохо понимал по-английски. Но расставляя тарелки перед Джулией, приветливо улыбался молодой женщине.
Когда стол был накрыт, Джулия поблагодарила Ли Чанга. Гарлан пристально взглянул на нее и откашлялся, словно собирался произнести речь.
