лишь раздражало. Заставляло вновь и вновь прокручивать в голове произошедшие события.
Я поняла, что катиться вниз больше уже невозможно, когда проснулась в гостиничном номере, ставшем уже привычным, в обнимку с пустой бутылкой вина.
Тяжелое похмелье в сумме с апатией заставили смотреть по-другому на многие вещи. Например, на таблетки, которые я употребляла перед с ном.
Интересно, а что будет, если выпить всю пачку сразу?
Наверное, именно тогда я и поняла, что это дно. Падать дальше уже просто некуда, а подняться выше просто нет сил.
Естественно, я бросила работу. Но никто из представителей отдела кадров кроватного королевства даже не подумал позвонить. Конечно же, папа наверняка побеседовал с руководством, которое не без облегчения вздохнуло, узнав о потере такого ценного сотрудника, как я.
Машина Сергея Валентиновича уже неделю стояла под моими окнами, но с ним, как и с родными я совершенно не готова была встретиться.
Пару раз я думала о том, чтобы выпрыгнуть из окна и приземлиться прямиком на крышу его «Ауди».
Интересно, это бы произвело должный эффект?
Интересно, я бы смогла?
Помощь пришла абсолютно неожиданно, и откуда не ждали. Когда тишину очередного бесполезного утра нарушил телефонный звонок, я равнодушно поднесла мобильник к лицу и посмотрела на экран, готовая к очередному уколу боли.
Не знаю, что руководило мной, когда я все-таки приняла звонок от человека, который не вызывал у меня ни грамма симпатии, которого я видела всего несколько раз в жизни, а наш диалог обычно состоял из дежурного приветствия и прощания.
— Алло?
— Регина? — тон собеседника был не слишком уверенным, создавалось ощущение, что он и сам был не слишком уверен в правильности совершаемого действия.
— Максим? — ответила вопросом на вопрос.
Пауза.
— Привет.
— Привет.
И вновь пауза. Наверное, правильней было бы повесить трубку, но что-то держало. Возможно, это остатки здравого смысла заставляли цепляться за реальность.
— Как твои дела?
Не знаю, почему я не отшутилась, почему задумалась и подошла к окну, посмотрела на хмурый осенний город и честно проговорила:
— Отвратительно.
Кажется, на том конце раздался абсолютно неуместный вздох облегчения, а потом собеседник предложил то, от чего в здравом уме я бы обязательно отказалась.
— Пообедаем?
И вновь абсолютно неправильный ответ:
— Можно.
Я переместилась к зеркалу и взглянула на свое отражение — спутавшиеся волосы, тени под глазами, гостиничный халат. Тоскливое зрелище.
— Тогда в два я заеду за тобой, говори адрес?
— Ладно… — сделала небольшую паузу, а потом, закрыв глаза, добавила. — Макс, можно тебя попросить?
Наследник кроватного королевства ответил, не раздумывая:
— Конечно, говори.
Макс выполнил мою просьбу, не задавая лишних вопросов. Подъехал к гостинице, забрал ключи от квартиры вместе со списком нужных вещей и уже через полтора часа вернулся обратно.
За это время я успела привести себя в человеческий вид. Приняла душ, уложила волосы, сделала легкий макияж, воспользовавшись тем минимумом косметики, который всегда валялся в сумочке.
Получив чемодан, привезенный Максом, переоделась в платье и спустилась в ресторан при отеле, где наследник кроватного королевства меня ждал.
Без труда заметив парня, который уже успел занять место за столиком, попыталась натянуть подобие улыбки, после чего направилась в его сторону, однако заговорить смогла лишь спустя несколько минут, когда услужливый официант, принявший заказ, удалился.
— Спасибо, Макс.
— Пустяки. — Галицкий отмахнулся. — Обращайся.
Почему-то эти его слова заставили напрячься, вспомнить о том, что на самом-то деле мы никогда хорошо не общались, просто являлись наследниками двух крупных компаний, которым на данном этапе было по пути, поэтому я спросила:
— Почему ты вообще мне позвонил?
Парень, сидевший напротив, оторвался от изучения стакана с виски, который крутил в руках, и удивленно на меня посмотрел, как будто я спросила о чем-то странном.
— А не стоило?
Игра в загадки мне была не по душе. Отвратительное настроение в сумме с недосыпом и усталостью, которыми я успела обзавестись, в принципе, ничего не делая, мигом вывели меня из равновесия.
— Зависит от того, с чьей подачи ты это сделал. — ответила едко, сделав глоток вина.
Макс тянул с ответом, а я все сильней закипала. Он заговорил лишь в тот момент, когда я была уже готова подняться с места и вылететь из ресторана. Вернуться в комнату, чтобы провести очередную бессонную ночь с обрывками воспоминаний, которые разъедали изнутри.
— Твой отец тут не при чем. — Галицкий вздохнул, сделал глоток янтарного напитка и продолжил. — То есть при чем, но он не просил меня с тобой встречаться.
— Макс, конкретней! — вновь не слишком вежливо проговорила я, чувствуя отвращение к самой себе за такое поведение.
— Вчера Виктор Васильевич заезжал к нам. Не думай, что я фанатею от подслушивания чужих разговоров… Просто тема оказалась слишком странной. — парень словно смутился, отпил еще немного виски и вновь заговорил. — Он рассказывал отцу о том, что узнал о существовании сына. Буквально несколько недель назад. От женщины, с которой встречался еще до свадьбы. Они расстались, она ничего не сказала… В общем, «Санта-Барбара» отдыхает. — Макс прервался, а потом с опаской посмотрел на меня. — Прости.
— Все в порядке. — соврала, призывая продолжать.
— В общем, я уже собирался уходить, когда услышал имя новообретенного сына. Знаешь, после ваших выходок в кроватном королевстве, сложно было его не запомнить.
Я кивнула и тихо проговорила.
— Прости. Знаю, что срываться на человеке, который решил помочь — так себе идея.
Макс вновь отмахнулся, а потом тихо проговорил.
— Паршивая ситуация.
Спорить с очевидным я не стала, невесело усмехнулась и сделала еще один глоток вина.
— Что ты планируешь делать дальше, Регина?
— А это имеет значение? — теперь я ответила вопросом на вопрос.
— Ну, раз уж мы сошлись на том, что я тот человек, который решил тебе помочь, то имеет.
От таких простых слов, сказанных с легкой полуулыбкой, на мгновение стало легче, и я
