Остаток обеда прошел в молчании. Однако Лили чувствовала, что, благодаря постоянному вниманию герцога Ремингтона и оскорбительному выпаду леди Кэролайн, она стала основным предметом для сплетен, для этого тихого перешептывания. Интересно, подумала она, что будет, если она сейчас сделает то, что ей больше всего сейчас хочется, – зарычит от отчаяния? Скорее всего ее тут же утащат в сумасшедший дом.
– Вроде бы все обошлось.
Спокойное замечание герцога отвлекло Лили от ее мрачных мыслей. Она молча взглянула на него, затем перевела взгляд на тарелку, где лежал кусок торта, который она только что искромсала на мелкие кусочки своей серебряной вилкой. Она положила ее на стол и сложила руки на коленях.
– Да, я только сейчас в этом убедилась.
Уголки его рта чуть дрогнули. Остальные гости начали выходить из-за стола, и он тоже поднялся и предложил ей руку.
– Леди Китон приглашала всех в сад, в павильоне подадут напитки и будут играть музыканты, но я уверен, мы сможем найти там и более уединенное место. Нам пора поговорить серьезно.
Сад леди Китон напомнил Лили волшебную сказку. Причудливые силуэты деревьев и множество цветов высвечивались неярким светом китайских фонариков, развешанных среди листвы деревьев и кустарников. Трудно было бы представить место более романтическое и уж тем более вообразить, что она когда-нибудь будет прогуливаться тут с самим герцогом Ремингтоном… Да, весь этот вечер был злой насмешкой над ее чувствами.
Прямо от веранды к павильону, расположенному в центре сада, вела через зеленый лабиринт извилистая тропинка. С нее они могли свернуть в глубь зарослей, подальше от людей. Быстрые шаги герцога свидетельствовали о том, что он стремится как можно скорее остаться с ней наедине, однако Лили понимала, что им руководят отнюдь не романтические порывы. Скорее всего он просто хотел с глазу-на глаз еще раз прочесть ей лекцию о правилах поведения.
– Вы опаздываете на свидание? – Она немного задыхалась, так как ей приходилось почти бежать, чтобы не отстать от него. Услышав ее слова, он чуть замедлил шаг. – Я думаю, мы вполне могли бы поговорить с вами на виду у всех.
– Не будьте дурочкой. То, что я должен вам сказать, отнюдь не предназначено для чужих ушей.
Лили резко остановилась, не желая двигаться с места, хотя он продолжал тянуть ее за руку.
– Я не дурочка.
–Вы отнюдь не глупы, – согласился он. – Но даже умная женщина может иногда вести себя как дурочка.
Она упрямо вздернула подбородок и сжала кулаки.
– Может быть, вы хотя бы скажете, когда и где я так себя вела?
– Мне бы не хотелось начинать спор посреди дороги, где на нас может наткнуться кто угодно. – Он огляделся по сторонам. – Но раз уж вы спросили, то, извольте, я отвечу. Ваш сегодняшний разговор с Гарри – яркий пример вашего легкомыслия. Вы без колебаний подсказали ему ключ к задаче, над которой он бьется уже целый месяц. А вы не думаете, что после этого он непременно задастся вопросом, откуда у вас такие познания? Ведь вы утверждаете, что вас не интересуют ни иностранные языки, ни египетские папирусы и якобы вы ничего в них не понимаете. Лично мне ничего не стоило поймать вас на вранье, как тогда, когда мы с вами обсуждали вопросы философии. Вы, возможно, неплохо разбираетесь в шифрах, однако совершенно не умеете играть и притворяться.
Лили еще выше вздернула подбородок.
– Я прекрасно понимаю, с кем и о чем можно говорить. И потом, я всегда ссылаюсь на других, на тех, от кого я вроде бы случайно что-то услышала. Лорд Гордон, по-моему, совсем не удивился тому, что я ему рассказала.
– Возможно и так, – не стал он спорить. – Но что вы скажете по поводу леди Кэролайн? Чтобы и дальше продолжать успешно заниматься нашими делами, вам следовало бы вести себя как можно скромнее. А вы? Сначала вы вызываете на себя гнев Маргарет Грэнджер из-за всей этой истории с лордом Осгудом, а теперь еще и Кэролайн Сэммс разозлится на вас за явную попытку увлечь этого молодого хлыща, лорда Брайана. Если эти два столпа общества отвернутся от вас, то и все остальные дамы начнут относиться к вам весьма настороженно. Смотрите, светские львицы обычно не дают спуску своим соперницам. Они исхитряются вытаскивать на свет все их грехи и тайны. Вы не успеете и оглянуться, как ваша репутация будет окончательно загублена. И хорошо еще, если только репутация.
–Леди Кэролайн просто вывела меня из терпения. – Она виновато опустила голову. Он был абсолютно прав. О Боже, она таяла от его улыбок и краснела под его горящим взглядом. А он все это время внимательно следил за каждым ее движением с ясной головой и холодным сердцем… А она чуть не теряла сознание, околдованная его близостью… Лили почувствовала, как жгучие слезы набежали вдруг на глаза.
– Мне что же, нельзя хоть разочек ошибиться?
– Нельзя. Ибо на карту поставлена ваша жизнь. Для. того чтобы остаться в живых, вам ни в коем случае нельзя становиться объектом пристального внимания. Нелестного внимания тем более. Вы должны помнить о главном – о нашем с вами деле. – Внезапно он замолчал. – Лили, что с вами? Вы плачете?
Она вытерла слезы, но продолжала стоять, опустив голову, боясь встретиться с ним взглядом.
– И мне не полагается испытывать нормальные человеческие чувства, да?
—Я не хотел…
– Герцог Ремингтон!
Лили подняла голову. К ним направлялись Маргарет Грэнджер и леди Кэролайн. Их лица были совершенно невозмутимы, однако Лили успела заметить всполох гнева в глазах Маргарет. В этот момент Ремингтон повернулся к ним лицом, заслонив спиной Лили, – наверное, хотел, чтобы она привела себя в порядок перед встречей с этими разгневанными фуриями.
– Добрый вечер, леди Маргарет, леди Каролайн, – пробормотал он.
Леди Кэролайн, заметив за спиной Ремингтона Лили, с многозначительным видом переглянулась с подругой. Самодовольная усмешка скривила ее губы.
– О Маргарет, я и в самом деле должна вернуться, а не то лорд Брайан станет волноваться. Вы, я надеюсь, извините меня?
– Конечно, – сказала Маргарет, не отводя взгляда от Ремингтона.
Кэролайн повернулась и направилась обратно к дому. Лили решила воспользоваться благоприятным моментом, чтобы тоже исчезнуть со сцены. Герцог стоял спиной к ней, а Маргарет, казалось, вообще не обращала на нее никакого внимания. Лили нерешительно отступила на несколько шагов, затем еще и еще. Внутренний голос твердил ей, что лучше ей остаться рядом с Ремингтоном, что она совершает ошибку, оставляя его.
Однако один взгляд на лицо Маргарет, пылающее яростью, тут же убедил ее, что не будет ничего страшного, если она подождет герцога у павильона. Возможно, он даже оценит ее деликатность. Однако она не могла обманывать себя слишком долго. Скорее всего он просто добавит трусость к списку ее грехов. Она развернулась и пошла прочь. Зычный голос Ремингтона полностью заглушил ее шаги по гравиевой тропинке.
