Сколько времени она провела, прячась в беседке с узорчатой решеткой, увитой побегами розовых кустов, Лили не знала. Ей показалось, что прошло несколько часов. Она набрела на беседку случайно. Это убежище было расположено почти у самой стены сада. Длинные колючие побеги полностью закрывали беседку. Светила полная луна, но сюда свет почти не проникал, и звуки музыки, едва долетающие из павильона, казались далекими-далекими. Здесь ее никому не найти. Даже герцогу Ремингтону. Она вытерла щеки тыльной стороной ладони и попыталась сдержать новые слезы.
Больше всего она бы хотела очутиться дома, хотя с той самой страшной ночи она еще ни разу не ночевала в своей комнате. Скорее всего она не сможет сегодня заснуть и всю ночь будет вслушиваться, вглядываться в темноту с сильно бьющимся сердцем… вот так же, как сейчас. Если бы она больше доверяла своей интуиции в отношении Ремингтона, то сейчас была бы в полной безопасности в его огромном доме. Интересно, он ищет ее? Наверное, она окончательно оттолкнула его от себя. И поделом ей. Она бы не обиделась на него… даже если он решит, что его миссия не стоит тех усилий, которые ему приходится тратить.
На освещенной луной тропинке появилась высокая темная фигура, и Лили затаила дыхание, сжавшись в углу беседки.
– Лили?
Голос герцога прозвучал как-то уж слишком спокойно. Он подошел ближе, и девушка ясно увидела его бледное лицо в призрачном лунном свете. Лили поднялась и сделала шаг ему навстречу, затем еще один… Он раскрыл объятия и подхватил ее. Лили почти упала ему на грудь и обхватила его шею руками.
– Вы хоть представляете, как я волновался, пока искал вас? – прошептал он, крепче сжимая объятия. Ей даже показалось, что он больше никогда не отпустит ее… Но он разжал руки и, взяв ее за плечи, чуть отстранил от себя. – Боже мой, Лили, вы дрожите, как осенний лист. Что случилось?
– Н-ничего, – пробормотала она, запинаясь. – Т-так, м-мелочь. – Она снова обхватила его и уткнулась лицом ему в грудь. – Пожалуйста, обнимите меня, совсем ненадолго.
Мгновение он колебался, но затем крепко прижал ее к себе и ласково погладил волосы и плечи.
– Все хорошо, любимая. Я с тобой.
Когда она немного успокоилась и перестала всхлипывать, он приподнял ей подбородок и держал так, пока она не подняла на него глаза.
– Рассказывайте, что такое стряслось.
Она покачала головой.
– Да ничего. То есть ничего такого, из-за чего стоило бы так раскисать..
– И все-таки? – настойчиво повторил он.
– Просто мое неумение ориентироваться сыграло со мной злую шутку. После того, как я покинула вас с Маргарет Грэнджер, я повернула не в ту сторону и вышла недалеко от павильона, где меня обнаружил лорд Аллен.
Она стала описывать эту встречу. Ремингтон не перебивал ее. Она постаралась ничего не пропустить и теперь сама не понимала, чего она так испугалась. Ей стало стыдно. Впрочем, герцога ее рассказ отнюдь не успокоил. В этот момент невдалеке послышался чей-то смех и шепот – видимо, по соседней тропинке проходила какая-то парочка.
– Кто-то идет сюда, – сказал герцог. Он пристально посмотрел на нее, и глаза его вспыхнули странным огнем. – Погодите… прежде чем мы уйдем отсюда, я хотел бы кое-что сделать. Чтобы вы не вздумали снова убегать от меня.
Прежде чем она поняла, что он имеет в виду, его губы впились в ее рот в яростном поцелуе. Яснее всяких слов этот поцелуй выразил все: и его гнев, и безумное беспокойство за нее. Едва его объятия стали слабее, она принялась молотить кулаками по его груди. Его губы с мягкой настойчивостью продолжали прижиматься к ее губам, пока она не разжала руки и не опустила ладони на его грудь, чувствуя внезапную слабость и головокружение. Смех раздавался теперь уже совсем близко. Он тут же оторвался от нее. У него голова явно не кружилась от их долгого поцелуя. Он подхватил ее под локоть и повел к тропинке.
– Идемте, Лили, – спокойно произнес он. – Нам пора уезжать.
10
–.Проклятие! Наверное, мы никогда отсюда не выберемся, – пробормотал герцог Ремингтон. Дюжины экипажей выстроились в несколько рядов перед домом леди Китон, запрудив всю улицу.
– Как легко вы выбрались из лабиринта, – сказала Лили, не скрывая своего восхищения. – А мне показалось, что я кружила там несколько часов, пока наконец набрела на беседку.
– Два часа, – уточнил он, нахмурившись при одном воспоминании об этих безумных часах. Герцог не волновался, пока не вышел к главному павильону. Не обнаружив Лили там, он испугался. Ремингтон два часа прочесывал весь лабиринт, его сердце сжималось от страха, а воображение рисовало самые дикие картины…
Она все еще продолжала сжимать его руку обеими руками, словно боялась, что он вдруг исчезнет. Ну, на это она пусть не рассчитывает, теперь он ни на миг не выпустит ее из виду.
Ремингтон вывел Лили к своему экипажу, помог ей усесться и опустился рядом. Девушка прижалась к нему, и он едва не схватил ее в объятия. Экипаж двинулся вперед, и он невольно придвинулся к ней так близко, чтоих ноги соприкоснулись.
– Почему вы не сказали лорду Аллену, что его намерения неосуществимы, что у вас уже есть поклонник?
Она пожала плечами, чуть растерянно глядя на него.
– Он так внезапно возник передо мною, словно из ниоткуда, и я почему-то сразу вспомнила, что я совсем одна… и что мне совсем не следует быть одной. У меня не было причин бояться лорда Аллена, но мне было очень неуютно рядом с ним. Мне хотелось как можно скорее от него избавиться, и без всяких объяснений.
Герцог мысленно отметил, что необходимо дать задание Диксби собрать материал на лорда Аллена. Молодой денди казался вполне безобидным, да и сэр Малкольм сказал, что он уехал с бала только на рассвете. Однако, где бы Лили ни появлялась, он каждый раз оказывался рядом с ней. Лучше лишний раз проверить…
– Аллен не мог напасть на вас. Лили. Несколько человек подтвердили, что видели его у Эшландов. Он играл в карты почти до самого утра.
– Я знаю. И еще я знаю, что совершила непростительную глупость, когда ушла от вас. – Она прикусила нижнюю губу, затем сказала извиняющимся тоном: – Вы были совершенно правы, что рассердились на меня, ваша светлость. Простите, что я заставила вас искать меня столько времени.
Еще полчаса назад он хотел только одного: найти ее и хорошенько отругать за ее нелепую выходку. И не просто отругать, а наорать на нее. Но сейчас ему хотелось совсем другого… обнять, погладить эти кудри, провести пальцем по щеке… просто для того, чтобы убедиться, что ее кожа и в самом деле так нежна… какой запомнилась ему после той ночи…
– Наверное, вам лучше пересесть в другой угол, Лили.
